Но нет.

В саду послышались голоса родителей и вскоре я оказалась на руках папы. Он что-то спрашивал, а я глаз не могла отвести от моего героя, спасшего меня и сейчас со злостью отчитывающего своего младшего брата. Он даже подзатыльник ему отвесил.

Я едва успела убрать взгляд, чтобы он не заметил. Потому что Булат подошёл к нам и предложил отвезти меня в больницу.

Мне хотелось кричать, что да! Пожалуйста! Я хочу поехать с тобой! Все равно куда!

И это произошло!

Сейчас вспоминаю и опять ощущаю эту эйфорию, охватившую меня тогда. Мне кажется, это был самый счастливый день в моей жизни.

Папа не мог везти меня, потому что выпил. Отец Булата тоже.

Поэтому я и оказалась в машине Булата.

С мамой на заднем сиденье.

Мама что-то шептала мне всю дорогу, пыталась успокоить.

Она не догадывалась, что бешеное сердцебиение и жар были не от нападения на меня собаки. Нет.

Они были от присутствия рядом Его. Я взглядом упиралась в его затылок. В идеальную стрижку. Рассматривала каждый волосок. И вдыхала. Жадно вдыхала его парфюм. Чтобы он подольше остался во мне.

Конечно же, ничего серьезного со мной не случилось. Доктор успокоил маму и мы вскоре вернулись в дом.

– Не грусти, Малина! – оставаясь в машине, с улыбкой и подмигивая кинул мне Булат, когда мы с мамой выходили из салона.

Он не вышел. Визг шин и он скрылся за воротами.

А я так и стояла и смотрела на угасающие вдалеке фары.

Малина? Мне же не послышалось?

Он назвал меня Малиной?!

Теперь я знала его фамилию и без труда собрала всю нужную для меня информацию.

Я нашла его в соцсетях.

Двадцать пять лет. Неженат! От этой новости я готова была прыгать на кровати до потолка. Помню, даже мама в комнату вошла и удивленно посмотрела на меня. Я сказала, что получила пятерку по сочинению и поэтому так радуюсь.

Футболист. Как раз после того случая Булат улетел играть за английский клуб.

Он был такой красивый в красной форме. И его улыбка. Как тогда в машине.

Каждое утро и каждый вечер Я заходила и смотрела новые фотографии Булата. Пока на них не появилась… красивая высокая девушка.

Это было как ведро ледяной воды, вылитое без предупреждения на голову. Каждая капля больно ударяла о кожу и заставляла вздрагивать.

На какое-то время я перестала заходить к нему на страницу. Было больно. Но ещё больнее было не видеть его. Не знать о его жизни.

Я успокаивала себя тем, что это нормально. Он взрослый и, конечно, у него есть девушка. Но становилось только хуже.

А потом и вовсе меня разбило на осколки, которые я бережно и старательно собирала все последующие годы.

– Алина, – в тот день мама встретила меня после школы с какой-то открыткой. – Помнишь то платье, которое мы присмотрели в каталоге? Мне кажется, нам надо купить его.

Я не сразу поняла, о чем она, и мама следующей фразой просто пригвоздила меня к полу.

– Булат женится. Нас пригласили на свадьбу.

И все.

Не слыша маму, я поковыряла вилкой в тарелке, но так ничего и не съела. Убежала в свою комнату и проплакала почти весь вечер.

Это был конец. Нет, он не был моим парнем. Уверена, он даже не вспоминал обо мне.

Хотя и жил в моем сердце и в моих мыслях каждую минуту.

На свадьбу я не поехала. Сделала все, чтобы простудиться. Лишь бы выглядеть правдоподобно. Родители уехали одни. Я осталась дома.

Честно пыталась не думать о том, что сейчас происходит за тысячу километров от меня. И… не смогла…

Проревела все дни, что мамы и папы не было дома. Рассказы и фотографии мамы по телефону ломали меня ещё больше.

Я с каким-то мазохистским интересом рассматривала невесту. Она была идеальна.

Та самая девушка с фото.

На Булата смотреть не могла. Было больно. И я все удалила. И фото, и все сохраненные соцсети с ним.

Все.

После этого я попыталась жить обычной жизнью. Занялась вплотную учебой.

Мальчики обращали на меня внимание. Я видела это. Некоторые предлагали дружбу. Но мне это было не надо… Никто из них не мог сравниться с Булатом. И от этого становилось ещё тяжелее.

А потом мамы не стало… Мне было шестнадцать, когда ее не стало. Мне до сих пор больно. Мама была самым близким мне человеком.

Вместе с ней умерла и часть меня.

Через год отец женился во второй раз. Моя мачеха Марина была всего на пять лет старше меня. Отношения с ней были прохладными и мне кажется, мы обе испытали облегчение, когда я поступила в университет в Москве и уехала из дома.

В тот вечер я пошла в клуб с однокурсницами. Я не собиралась, но девчонки уговорили.

В этот клуб мы пришли впервые. И в основном тут были не студенты, наши ровесники, а мужчины постарше. Мне это не очень понравилось, но я посидела с девчонками пару часов. А потом собралась домой.

Шла к выходу, роясь в сумке в поисках телефона, пока не наткнулась на кого-то.

– Под ноги смотри! – бросил мне хриплый, густой как дым голос.

И все сжалось в груди моментально. Я поверить не могла. Но память безжалостно вернула меня туда, десять лет назад. Я узнала его.

На мгновение мне показалось, что ошиблась. Подняла взгляд.

Мужчина не удостоил меня своим вниманием. Даже не взглянул. Секунда и мой взгляд упирается в его спину.

Это был Он! Повзрослевший, возмужавший. Но все тот же темный омут глаз и ухмылка.

Я смотрела на мощную мужскую спину, обтянутую белоснежной рубашкой. На сильные руки с закатанными рукавами.

Просто стояла и пошевелиться не могла.

Он!

Я, вроде, как и была готова к нашей встрече после того, как на время переехала к родителям Булата. Я даже ждала ее первое время. Пока не узнала, что Булата давно нет в стране. А потом его мама сказала, что он скоро возвращается. И я опять стала ждать. Каждое утро просыпалась и надеялась, что сегодня его увижу.

Но оказывается, была не готова… Поняла, когда услышала его голос.

Булат прошел к бару и к нему тут же подошел какой-то мужчина. Явно, знакомый, потому что они стали общаться.

Чуть тряхнув головой, я пришла в себя и направилась туда.

Села чуть поодаль. Булат меня не видел. Он сидел полубоком ко мне. Зато у меня была отличная возможность рассмотреть его.

Он стал еще красивее. Длинные ресницы медленно опускались и поднимались, завораживая меня. пухлые губы что-то говорили собеседнику, иногда усмехаясь. А руки! Сильные мужские руки. Мышцы.

Я попросила коктейль у бармена, потому что в горле все пересохло от волнения. Мне надо было выпить и желательно чего-нибудь покрепче. Потому что мне безумно хотелось подойти к нему. Прикоснуться к нему. Но страх пока был сильнее.

А, когда от него отошел мужик и Булат встал, кинув купюру на стойку, я поняла, что либо сейчас, либо…

С той самой ночи моя жизнь стала иной. Оказывается, как мало надо для того, чтобы просыпаться с улыбкой на лице.

Трогать свои губы, вспоминая, как мужские губы терзали их. Вспоминать, как тело бросало в жар от одного хрипа. Как кожу жгло от прикосновений.

А потом окунуться в ледяной прорубь, наполненный злостью и пренебрежением. Видеть в его глазах огонь и слышать обидные слова.

Он специально делал мне больно. Я чувствовала это. Знала. Видела по его взгляду. Глаза не врали.

Это была пытка. Пытка выслушивать все это. И в какой-то момент я не выдержала.

– Я вас люблю, – делаю ударение на «вас» и шепчу онемевшими губами. Я вообще не чувствую их. И даже не уверена, что произношу это вслух.

Хотя нет. Произношу. Понимаю это по реакции Булата.

Ледяной айсберг в глазах на мгновение как будто рушится и тонет в омуте потемневших зрачков.

Булат не сводит с меня взгляда, но брови медленно сходятся на переносице.

Мелкая дрожь, пробивающая каждую клеточку моего напряженного до предела тела, превращается в такой колотун, что мне кажется, я чувствую, как кровь бешено несется по венам, заставляя сердце заходится в сжигающем меня темпе.