Закрываю помещение и чуть ли не бегу наружу.
На улице жадно вдыхаю прохладный ночной воздух и всматриваюсь в полумрак. Слабый свет фонаря едва освещает двор.
Замечаю, что на другой стороне улицы мигает фарами темная машина. Странно, это точно не машина Миланы. У нее белая. Может, взяла машину Дамира?
Сигнал фарами повторяется и я, оглянувшись, иду к автомобилю.
Глава 19. Алина
И, лишь приблизившись к машине, понимаю, чья она. Вернее, как вспышкой простреливает осознание.
Я ведь уже сидела в этой самой машине!
И сразу миллион бессвязных и путающих друг друга мыслей успевают пронестись за считанные секунды.
Он приехал за мной?
Наверное, его мама попросила?
А вдруг он сам?
Случайно здесь проезжал и заметил меня? Тогда надо позвонить Милане?
Потому что я не хочу с ней ехать. Я хочу с Ним…
И хочу, и страшно. Опять наедине с ним в машине?! Опять?!
В первый раз было не так страшно. В первый раз он меня не узнал. Теперь он знает ВСЁ.
И я знаю, что не смогу просто так сидеть рядом с ним. Мне руки надо связать тогда. И на глаза – повязку.
Господи. Господи. Спасибо тебе! И… за что?
Это же ещё одна пытка. Сладкая пытка. Быть с Ним наедине…
Сердце превращается в бьющийся на максимуме шарик. Сжимается там, в груди. И каждым толчком ударяется в ребра.
Кажется, что кровь отхлынивает от конечностей, концентрируясь в этом шарике. Пальцы холодеют. Не чувствую их кончиков. С силой сжимаю руки в кулаки. Ногтями впиваюсь в ладони. Но не чувствую боли. Как будто в меня вкололи обезболивающее. Онемевшие пальцы.
И губы пересохли. Пытаюсь быстро облизать их. Но такое ощущение, что и язык сухой. Слюны не чувствую.
А что, если… Неприятная мысль колет в шарик у меня в груди. Поджимаю плечи. Не надо. Еще пара уколов и он лопнет! А вместе с ним и я.
Что, если Булат приехал, чтобы поговорить насчет Марины?
Меня так и не отпустили сомнения, терзающие с той самой встречи.
Что тогда?
Ты готова к этому, Алина?
И почему вспоминается взгляд мачехи на него? И его ухмылка? А пальцы?!
Ледяным ветром обдает шарик у меня в груди и он сжимается еще больше. Пульс учащается.
Вижу, как тонированное стекло водительского сиденья опускается. Появляется локоть и потом из окна выглядывает Булат.
Да! Это он!
Быстро проходится по мне взглядом, не выражающим ни единой эмоции. Наверное, точно также он осмотрел бы на столб на другой стороне улицы.
– Чего встала? – хриплый голос ударяет точно в грудь. – Садись!
Мамочки. Коленки подгибаются.
Локоть исчезает из вида. И потом щелчок и открывается… задняя дверь? Но так, может, и лучше. Рядом было бы сложнее. Я знаю.
Собрав остатки воли, расправляю плечи и шагаю к машине. Каждый шаг – удар в шарик. Болезненный, но такой приятный. Потому что каждый шаг приближает меня к нему.
Открываю шире дверь и запрыгиваю на прохладное кожаное сиденье в предвкушении. Сейчас я опять вдохну его запах.
Но вместо этого в нос бьет резкий цветочный аромат. Настолько сильный, что в носу першение. Но это ничто с тем ударом, который получает мой маленький, бьющийся в агонии шарик, от того, что видят мои глаза.
Булат не один… И рядом с ним не Милана.
Прямо на меня смотрит, обернувшись назад, красивая, эффектная, ухоженная блондинка с идеально уложенными волосами. Улыбается мне пухлыми губами, предварительно пробежав оценивающим взглядом, и произносит приторным голоском:
– Привет. Я Вика.
И руку мне протягивает.
Отойдя от шока, перевожу взгляд с красивого, но какого-то холодного лица на идеальный маникюр и… зажимаю свои ладони между колен. Не хочу подавать ей руку. Не хочу.
Хмурюсь и смотрю на нее исподлобья.
– У меня руки в пыли, – бросаю очень невежливо. Не скрываю этого.
Бровь блондинки дергается вверх. Она хмыкает и отворачивается. Садится прямо.
Не знаю, что заставляет меня поднять взгляд и встретиться со взглядом черных прищуренных сейчас глаз в зеркале заднего вида. Я не вижу рта Булата, но уверена почему-то, что он ухмыляется. Как обычно.
Я не отвожу глаз. Выдерживаю. Не показываю вида, что внутри все полыхает. Синим пламенем сжигает постепенно все, подбираясь к шарику. Еще немного и он взорвется.
– Милый, поехали, – эту пытку прерывает елейный голосок и мой взгляд сам опускается на руку с идеальным маникюром, ложащуюся на плечо Булата.
Задыхаюсь.
Чтобы немного успокоиться, я зажмуриваюсь и откидываюсь на спинку кресла. И сквозь майку чувствую, как жар моего тела обдает холодом кожи. Выпрямляюсь, чтобы избежать этого неприятного контакта.
Машина плавно трогается и я открываю глаза.
Ненавистная рука все еще на плече Булата и пальцы перебирают его волосы. Слишком громко выдыхаю и отворачиваюсь к окну. Там проносятся огни ночного города. Пешеходов почти нет. Я пытаюсь отвлечься.
Но, если глаза можно занять картинкой за окном, то что делать с ушами?!
– Милый, завтра заедешь? Я тебе еще не все показала. Нас отвлекли.
Как же бесит этот голос.
Опускаю взгляд и вижу, как часто вздымается моя грудь. Я как будто стометровку пробежала. И сердце заходится.
– Посмотрим, Вик, – хриплый голос с неизменной усмешкой.
И опять я невольно поворачиваю голову и смотрю в зеркало. Наши взгляды встречаются. Этот контакт длится пару секунд. Потом Булат возвращает взгляд на дорогу.
– Ты у меня кое-что забыл, – игриво произносит, получается, что Вика. – Поэтому все равно приехать придется.
– А можно музыку прибавить? – громко прошу я, недовольно ерзая на сиденье.
Женщина оборачивается и непонимающе смотрит на меня.
Ну, извините, что помешала вам обсуждать бюро находок.
– Песня очень нравится, – говорю я в ответ на ее немой вопрос. – Очень.
Вижу, что рука Булата тянется к кнопкам. Неужели прибавит громкость?
Ага! Сейчас!
Он просто берет и совсем вырубает радио.
В салоне повисает давящая на всех тишина.
Блондинка переводит взгляд на невозмутимого Булата, который не отрывается от лобового стекла. И в зеркало больше не смотрит.
Потом она опять поворачивается ко мне. И я демонстративно, глядя ей в глаза, достаю наушники и подключаю их к телефону. И врубаю музыку так, что уверена, биты слышно всем. Не только мне.
Блондинка садится прямо. И я вижу, что, когда ее пальцы опять ползут на волосы Булата, как змеи. Вот, правда! Как змеи! В этом момент мужчина берет ее руку и отводит от себя.
Мне кажется, у меня сердце останавливается. Плотнее сжимаю губы, чтобы не улыбнуться. Опускаю взгляд и утыкаюсь в телефон. Делаю вид, что занята перепиской.
Через какое-то время опять смотрю в окно и понимаю, что мы едем не домой. Машина как раз тормозит. Булат и блондинка выходят и идут к какому-то дому.
Я наблюдаю, не поднимая головы. Боковым зрением.
Вижу, что блондинка что-то горячо говорит Булату. Тот молчит. Стоит, засунув одну руку в карман, а второй потирает подбородок. На женщину не смотрит. Та, закончив речь, закатывает глаза, чего-то еще ждет, а потом вдруг резко разворачивается на своих высоченных каблуках и топает к двери, которую ей любезно открывает какой-то дядька в форме.
Булат еще несколько секунд стоит, потом поворачивается и смотрит на машину.
Я тут же опять возвращаю все внимание телефону.
Ну, ясно, отвез сначала ее. Теперь меня повезет. Тоже мне.
Он садится в машину и заводит ее. Не произносит ни слова.
Мы едем в полной тишине.
Вообще, я музыку в наушниках отключила, но делаю вид, что наслаждаюсь мелодией.
Искоса я вижу, что Булат то и дело смотрит в зеркало. Но я не поднимаю взгляда от телефона. И молчу.
– Это что сейчас было? – раздается как гром. Так неожиданно и так громко, что я даже вздрагиваю.
Облизываю губы и сглатываю.
Сделаю вид, что не слышала.
Остановившись на светофоре, Булат резко разворачивается и дергает за провод наушники. Они выпадают из моих ушей и я от неожиданности поднимаю на него взгляд.
