— Это всё из-за неё, — сказала одна Мадина. — Её грехи принесли нам беду. Ты здесь хозяйка ненадолго! Я тебе обещаю!

Сестры демонстративно переехали в другое крыло дома. Наверное, я могла бы выгнать их, но никогда бы этого не сделала. Я хотела только одного – проводить больше времени с Шамилем и увидеть Марата. И если первое у меня теперь получалось без проблем, то второе…я могла только плакать и надеяться.

А потом ко мне приехал адвокат.

- Вам разрешили свидание с вашим мужем. Это стоило немало денег. Зулейха оплатила все расходы. Будьте готовы завтра утром я заеду за вами.

Я стояла перед воротами тюрьмы, сердце бешено колотилось в груди. Солнечный свет казался резким и холодным, и каждый звук вокруг казался громче обычного. В этот момент казалось, что весь мир замер в ожидании нашей встречи. Я глубоко вздохнула и прошла через охрану, ощущая, как мои ноги становятся тяжелее с каждым шагом. Меня обыскали. Было очень неприятно стоять под взглядами охранников и чувствовать, как по твоему телу шарят чужие руки. Дальше меня осмотрела женщина, чтобы убедиться, что я не пронесла ничего запрещенного. Охранник, который провёл меня через тюремные коридоры, выглядел сурово и непроницаемо. Мы остановились перед тяжелой металлической дверью, и он открыл её, жестом приглашая меня внутрь. Я вошла в маленькую комнату для свиданий и села на жесткий стул, чувствуя, как внутри меня разрастается тревога.

Комната была скромно обставлена — стол, два стула и кровать. Окно с решетками пропускало тусклый свет, создавая тени на стенах. Я сидела, обхватив себя руками, стараясь успокоить дыхание. Мысли хаотично носились в голове, воспоминания о прошлых моментах с Маратом всплывали и тонули, оставляя после себя горечь и надежду. У нас было слишком страшное и темное прошлое. И это прошлое наше общее клеймо. Нам никогда от него не избавиться. Это проклятие, которое всегда будет с нами.

Время тянулось медленно, каждое мгновение ощущалось, как вечность. Сердце билось в груди, как бешеное, а мысли хаотично носились в голове. Вспоминалась каждая деталь, каждый момент, проведённый с ним. И вот, наконец, дверь открылась, и он вошёл.

Первое, что я увидела это были его карие глаза. Такие глубокие, бархатные, с длинными ресницами. В них горела решимость и сила, которую я полюбила. Которая заставила меня выдержать крушение корабля, выживать на острове, решиться прийти к Шаху. Эти глаза, которые могли быть жестокими, властными, а еще заботливыми и внимательными, сейчас выражали усталость и боль. Его красивое лицо с чёткими скулами и твёрдой линией подбородка было измождено, но всё равно оставалось прекрасным. Чёрные короткие волосы были аккуратно подстрижены, как всегда. Бледный даже сквозь природную смуглость, но эта бледность придает ему мужественности.

Марат был одет в тюремную форму — простую серую футболку и брюки. Но даже в этой скромной одежде он выглядел сильным и уверенным. Я заметила, как его руки, покрытые татуировками, крепко сжаты в кулаки. Каждая татуировка рассказывала свою историю — я их пока не знала, но мне хотелось спросить, что означает каждая из них для него. Мне так много хочется у него спросить. Ведь я на самом деле ничего о нем не знаю. Все это время мы были с ним чужими…

На правой руке виднелся изображение тигра, символ его силы и храбрости. На левой руке были выгравированы различные символы и слова, которые были важны для него. Среди них я вдруг увидела свежую татуировку с моим именем — «Алиса». Сердце гулко забилось, зашлось, поднялось к горлу и мне захотелось закричать. Когда наши глаза встретились, я почувствовала, как все сжимается от бешеных эмоций. В его взгляде я увидела столько боли и тоски, что мне хотелось обнять его и никогда не отпускать. Он медленно подошёл ко мне, его шаги были тяжёлыми, но уверенными.

— Алиса, — тихо сказал он, его голос дрожал.

Я встала и подошла к нему, не отрывая взгляда от его глаз. Каждое движение казалось вечностью, но я не могла остановиться. Когда я оказалась достаточно близко, чтобы чувствовать его тепло, я остановилась.

— Марат, — прошептала я, поднимая руку и касаясь его лица.

Он закрыл глаза и наклонил голову к моему прикосновению, словно впитывая каждый момент. В его глазах я увидела не только боль, но и что-то чего никогда раньше в них не видела. И меня обожгло как раскаленным железом.

— Я так скучала по тебе, — прошептала я, сдерживая свои собственные слёзы. Не ожидала, что когда-нибудь скажу ему об этом.

— И я по тебе скучал, малышка — ответил он, его голос был полон эмоций. — Я думал о тебе каждый день, Алиса.

Я почувствовала, как слёзы текут по моим щекам. Я не могла больше сдерживаться. Я обняла его, крепко прижавшись к нему, чувствуя его тепло и силу. Марат ответил на мой жест, обняв меня одновременно и сильно и нежно. Потому что мой живот уже сильно выпирал вперед.

Я решилась и нежно поцеловала его. Едва касаясь губами его губ. Это был первый раз, когда я сама…,и в этот поцелуй я вложила все свои чувства, всю свою любовь и отчаяние. Марат на мгновение замер, а затем неожиданно привлек меня к себе. Зарылся обеими руками в мои волосы, глядя в мои глаза. Сначала в один потом в другой, словно изучая, словно впитывая мои черты, мне кажется, я смотрела на него так же жадно. Как будто впервые увидела. И это действительно было впервые… я смотрела на Марата глазами влюбленной женщины. Наши губы слились и я ощутила как его рот жадно пожирает мой, как он выдыхает в меня, как толкается языком, сплетая его с моим и у меня замирает сердце, меня всю трясет от этого поцелуя. Марат целовал меня так, словно пытался передать всю ту боль и страсть, которую он чувствовал. Его поцелуи были полны тоски и какой-то болезненной надежды. Я чувствовала, как его руки крепко держат меня, как его сердце бьётся в унисон с моим.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, я увидела, что в его глазах блестят слёзы. Я провела тыльной стороной ладони по его щеке, потом костяшками пальцев по подбородку, чувствуя, как внутри меня разливается тепло.

— Я хотела увидеть тебя, — прошептала я, сдерживая свои собственные слёзы. – бабушка…бабушка ушла, Марат…навсегда ушла. Она до последнего думала о тебе. И она…она все знала.

Он нахмурился глядя мне в глаза, потом резко отвернулся, обхватив лоб ладонью потирая свои волосы растопыренными пальцами. Он был весь напряжен. Как будто на грани. Он отошел к стене и прислонился к ней лбом, трогая ее кулаком, словно примериваясь как ударить. Я подошла сзади и коснулась раскрытыми ладонями его спины.

- Мне так жаль…Прости, что принесла тебе такую ужасную новость.

Он вдруг резко обернулся и обхватил мое лицо обеими руками. А я отстранилась от него, и он опустил обе ладони. Глядя ему в глаза, я расстегнула первую пуговицу платья на груди. Его глаза сверкнули, но он сделал шаг назад от меня и отрицательно качнул головой.

- Уходи…не надо. Я не хочу жертв и оплаты. Слышишь? Последнее чего я ждут от тебя это то, что ты начнешь мне платить!

Но я приблизилась к нему и схватила за руки. Мои ладони не смогли полностью обхватить его мощные запястья.

- Это не оплата…я столько думала о тебе…о нас. Я хочу быть с тобой, хочу быть твоей если ты захочешь меня, захочешь принять вот такую…сможешь любить меня.

И я сама набросилась на его губы, зарываясь дрожащими пальцами в его непослушные волосы. И он ответил, он ответил мне медленно и неуверенно, как будто хотел понять, что я сказала ему правду. Как будто не мог себе представить как я могу сама целовать его после всего что было. После всей боли, что мы пережили.

- Я не могу себя простить, понимаешь? – сказал хрипло он и сжал мои запястья, - Не могу простить, что не защитил тебя, не уберег…что видел и…висел там беспомощный как слизняк.