Вульф не упустил случая отомстить своим обидчикам. Бургомистр Карстен Зарнов, который способствовал падению Вульфламов, был обезглавлен, а старые законы вновь вступили в силу. Вскоре был раскрыт еще один заговор, его участники казнены. На протяжении десяти лет Вульф лично занимал пост бургомистра, опираясь на дружбу с герцогами и дворянством. Богатство позволяло ему жить на широкую ногу, его двор своим великолепием не уступал княжескому.
Однажды в гости к Вульфу приехал Штарке Зум, дворянин с острова Рюген, вместе со своим сыном Торкелем. Когда отец с сыном катались на лодке по реке, на них напали разбойники и убили отца; сыну лишь чудом удалось спастись. Тело убитого принесли к дому бургомистра, однако тот приказал убрать его подальше. Молва говорила, что сам Вульф отдал приказ об убийстве, чтобы отомстить за некое оскорбление. Конечно, никто не рискнул обвинить его напрямую. Однако в 1409 году Торкель смог свести счеты с предполагаемым обидчиком, убив его в Бергене на Рюгене. Жители Штральзунда, в свою очередь, снесли дом ненавистного Вульфа и объявили войну всему его семейству, пока те не совершили по тогдашнему обычаю обряд покаяния. Рука убитого дворянина в сопровождении траурной процессии из 200 рыцарей и 200 женщин и девиц была отнесена в церковь Святого Николая. После этого выяснилось, что семейство Вульфламов накопило огромные долги, и от их богатства ничего не осталось. Вдова Вульфа, Маргарита, когда-то купавшаяся в роскоши, смогла сохранить лишь одну серебряную чашу, с которой просила милостыню на паперти.
В Любеке тоже было неспокойно. В 1384 году в городе был раскрыт большой заговор, одиннадцать его вожаков казнены. Хотя городской совет пошел на некоторые уступки недовольным, напряженность сохранилась. В 1408 году городская община потребовала создания постоянного наблюдательного комитета и права участия в выборах совета. После этого большинство членов городского совета покинули Любек, опасаясь за свою жизнь. Среди них находились и четыре бургомистра, в том числе Генрих Вестхоф и Йордан Плесков, которые на протяжении двух десятилетий успешно руководили городской политикой.
Реформа избирательной системы была проведена, и новый городской совет сформирован. После этого Висмар, Росток и Гамбург последовали этому примеру и провели у себя аналогичные преобразования. Однако представители прежнего городского совета не собирались сдаваться, направив жалобу в императорский надворный суд, который вынес решение в их пользу. Другие ганзейские города, признававшие большие заслуги старого руководства Любека в защите интересов немецких торговцев, также выступили против нового городского совета. В конце концов, ту же позицию занял король Эрик. В итоге новые правители Любека вынуждены были подчиниться третейскому суду соседних ганзейских городов, восстановивших старые законы. В июне 1416 года оставшиеся в живых члены старого городского совета торжественно вступили в город. Новый совет сложил с себя полномочия и просил о прощении, которое было великодушно даровано ему Йорданом Плесковом.
Это был редкий случай, когда спор был улажен бескровно. Однако старый городской совет и все, кто его поддерживал, стремились раз и навсегда пресечь подобного рода мятежи. Лучшим средством для достижения этой цели было единство ганзейских городов. Действительно, грамоты бессильного императора, стремившегося лишь получить побольше денег, не имели никакой ценности. Исключение же из союза было чудовищно эффективным оружием. Поэтому в 1418 году съезд ганзейских городов принял постановление, запрещавшее вносить какие-либо изменения во внутреннее устройство.
Восстановление порядка в Любеке помогло Ганзейскому союзу преодолеть еще один тяжелый период и продемонстрировало его внутреннюю силу. В 1412 году внезапно скончалась королева Маргарита. На тот момент она находилась в состоянии войны с гольштейнскими графами из-за Шлезвига. Ее преемником стал Эрик — красивый, сильный и ловкий, с золотыми волосами, белоснежной кожей и розовыми щеками, любимец всех женщин. Сначала он был популярен среди своих подданных и пользовался репутацией «народного короля». Однако вскоре выяснилось, что новый правитель аморален, самовлюблен, не держит слово и неспособен выполнять королевские обязанности. Он очертя голову бросился в борьбу за Шлезвиг, которая в конечном счете стоила ему короны.
Германский император Сигизмунд[46], будучи близким родственником Эриха, поддерживал его претензии на Шлезвиг. Реального значения, однако, эта поддержка не имела; важнее была позиция городов. Гамбург оказывал помощь гольштейнским графам; другие ганзейские города сначала поддержали Эрика, который способствовал свержению нового городского совета в Любеке. Однако когда попытки ганзейцев выступить в роли посредников провалились, а амбиции короля приобрели опасный характер, Ганза выступила против него. К тому же Эрик ввел так называемую Зундскую пошлину[47], которую датчане взимали вплоть до 1857 года.
В 1426 году Любек, Гамбург, Росток, Штральзунд, Висмар и Люнебург заключили союз с герцогом Генрихом Шлезвиг-Гольштейнским и вступили в войну против Дании. Союзники договорились не заключать сепаратный мир. Их поддержали саксонские города, хотя позиция последних имела лишь моральное значение. Прусские, лифляндские и почти все померанские города сохранили нейтралитет.
Война началась не слишком успешно. Сначала во время штурма Фленсбурга, занятого датчанами, погиб герцог Генрих. Командование взял на себя его младший брат Адольф, однако ганзейские солдаты отправились домой. За это Гамбург приговорил командующего своим контингентом советника Иоганна Клецеке к смерти. Ганзейский флот (более 30 кораблей, 8 тысяч солдат) под командованием бургомистра Любека Тидеманна Штеена вошел в Зунд с задачей защитить две торговые флотилии, шедшие из Франции и от устья Вислы. Однако 11 июля перед Копенгагеном показался большой датский флот, готовившийся к сражению. Штеен решил принять бой. Гамбургские моряки сражались храбро, однако их корабли сели на мель и попали в руки датчан; 200 человек было убито, 600 попало в плен. Никто из союзников не пришел к ним на помощь. Более того, Штеен повел себя в сражении довольно трусливо, спрятавшись на маленьком корабле, на борту которого находились рыцари.
Еще долгое время после этого жители Гамбурга обвиняли Любек в предательстве и насмехались над ним. Однако некоторые любекские капитаны сражались храбро и даже захватили вражеские корабли. Знамя, украшенное гербами трех скандинавских королевств, с изображением грифа (символ короля Эрика) и святых Марии и Иосифа, оказалось захвачено в этот день и выставлено в Любеке в церкви Святой Марии.
Хуже всего, однако, было то, что Штеен ушел из Зунда, и шедшая из Франции торговая флотилия численностью более 30 кораблей, оказав мужественное сопротивление, была захвачена датчанами. Виновник, впрочем, отделался легче, чем в свое время Виттенборг. Штеен был закован в кандалы и брошен в темницу. Выпущенный на волю три года спустя, он был лишен до конца дней своих права заседать в городском совете.
Война тем временем продолжалась. В следующем году большой ганзейский флот дважды подходил к Копенгагену и перекрывал вход в гавань затопленными кораблями. Однако ганзейцам никак не удавалось уничтожить вражеский флот. В 1429 году датчане, в свою очередь, подошли к Штральзунду, сожгли стоявшие на рейде суда и танцевали у городских стен, насмехаясь над горожанами. В конечном счете, однако, их поход завершился неудачей.
После этого союз шести городов распался. В 1430 году Росток и Штральзунд заключили мир с Эриком, опасаясь внутренних беспорядков. Однако другие города, недовольные размером уступок, на которые был готов король, продолжили войну. В 1432 году Любек добился серьезного успеха, захватив возле устья Траве датского капера, наводившего ужас на всю Балтику. В том же году города вместе с графом Адольфом Гольштейнским заключили с датчанами трехлетнее перемирие. По истечении его срока, в 1435 году, в Вордингборге был подписан мирный договор. Адольф сохранял за собой Шлезвиг, а четыре города получили торговые привилегии, распространявшиеся и на других членов Ганзы.
