— Хорошо! Как вы нас будете конвоировать? — мой вопрос явно не понравился его говорливому подчинённому, из-за чего тот сухо передёрнул затвором, но был вновь осажен командиром.

— Сперва обыск. Потом подкинем до «брони», а дальше уже к Главному, — нехотя ответил старший.

— А машина?! — кивнул я головой в сторону «БЕЛАЗА».

— Никуда твой агрегат не денется. Следом пригонит наш водитель. Всё! Закончили разговоры. Сдать оружие и по машинам! Надеюсь, мы поняли друг друга, и эксцессов за этот краткий срок не случится?! — подвёл он черту, и все вокруг зашевелились, тем более что нам вроде как и сдавать то было нечего, все давно попрятали в «пространственные карманы». Ну разве что пара простых стволов от Ольвии и Ждана перекочевали в руки встречающей делегации.

— Командир, а можно я обыщу этих девах? — снова полез на рожон татуированный.

— Оружия у нас нет, но если ты тронешь моих жён, я буду очень расстроен, — гортанно прорычал я, повернувшись к нему лицом и чуть искривив губы в легком оскале.

— Твоих жён? Ну-ну, «глазастенький» ты наш… — хмыкнул он и, недобро взглянув на меня, сделал несколько быстрых шагов и своим плечом «боднул» меня с силой в плечо, заставляя сделать шаг назад, чтобы удержать равновесие.

Командир их никак на это не отреагировал и лишь покачал головой, явно не одобряя поступок своего подчинённого, который, на мой взгляд, был кем угодно, но только не его «подчинённым».

Но самое «интересное» было в том, что в момент толчка меня коснулась такая знакомая энергия знахаря, которая за столь краткий миг умудрилась считать не скрытые продвинутым «пологом», «пожирателя споры» и «лингвиста».

При этом он даже не скрывал своего презрения и с вызовом смотрел мне в лицо, понимая, что моя мнимая «злость» ничем не подкреплена, а значит, мои слова — не более чем бравада.

Я хмуро взглянул на этого мужика и стал пыхтеть и зло раздувать ноздри, чем изрядно повеселил этого засланного чудака на букву «м».

— А мордашку ты прячешь оттого что ты уродец?! Может покажешь свою «красоту»??? — с мерзкой ухмылочкой продолжил он раздувать намечающийся конфликт, но ответить я не успел.

— Отставить свару! — всё же вмешался командир, видя, что «подчинённый» собирается ещё сильнее эскалировать конфликт при этом поглядывая на моих девчонок с недвусмысленным интересом.

На этот раз татуированный знахарь, а это был именно он, решил оставить нас в покое и, отступив, скрылся в одном из бронеавтомобилей, который практически мгновенно дал по газам и рванул в сторону стоящего вдалеке БэТРа.

— Не ссорился бы ты с ним, — кивнул командир в сторону умчавшегося авто.

— Мне следует волноваться?! — глядя с прищуром, уточнил я.

— Не знаю. Всё решит Главный, — буркнул вояка, явно уже пожалевший о своей излишней болтливости.

— Как хоть тебя звать? — уточнил я напоследок, понимая, что, возможно, совершаю ошибку, решив искать с ними контакт.

— Когда пройдёте ментата, в лагере, тогда и познакомимся! — отрезал он.

Ну и ладушки.

Пока нас везли-перегружали, мы вкратце «переговорили» с супругами. Все вели себя более-менее спокойно. Ждан подчинялся моему приказу не «дёргаться», и лишь Ольвия порядком нервничала, кидая на меня испуганные взгляды. Ну да, она ведь внешница, а с её «братом» разговор всегда у иммунных, короткий.

Я удостоил её лишь обнадеживающего кивка, но её это, похоже, не устроило.

— Милаш. Зачем эти сложности? — уточнила Мара по мыслесвязи.

— Нужна легализация, а эти парни, похоже, из идущего в Тортугу каравана.

— Каравана?! — удивилась Лия.

— Да! Есть тут такой вид сообщества иммунных, как «караванщики». Вечно в дороге, вечно в поисках хабара и выгоды, вечно торгуют всем и со всеми. В общем — вечные скитальцы! И если нам удастся добраться до Тортуги в составе каравана, это будет такой финт ушами, которого Вольт однозначно не ожидает, — довольно ответил я.

— А если не удастся с ними договориться? Что-то особой «гостеприимностью» тут и не пахнет, — вмешалась Иришка.

— Ты права. Тем более, что толкнувший меня иммунный был знахарем и, скорее всего, умчался на доклад к Главному. Вот только, что именно он ему сообщит и какое решение он примет, это мы узнаем чуть позже, — задумчиво ответил я.

— У нас есть что им предложить, — добавил я через миг и прислал образ нашего транспорта, который должен заинтересовать их Главного.

— А это не раскроет наших возможностей? — уточнила Мара.

— Думаю, даже если они проследят нашу просеку до поляны, где его я «призвал», мы спокойно можем сказать, что нашли его там после перезагрузки, а учитывая бедлам с рассинхроном, им придётся нам поверить, — чуть призадумавшись, ответил среброволоске.

— А как быть с ментатом? — уточнила Ирина.

— И Главным? — фыркнула Мара.

— А ещё с этим знахарем, — добавила Лия, что единственная, кто не имела «полога» и была не только носительницей крайне агрящего местных целителей Даром, но ко всему была ещё и белым хигтером, что так же могло заинтересовать определённые личности. Тем более, все мы прекрасно помним, из чего, а вернее, из кого и как, делают ампулы «живой смерти» в «благословенном» стабе Тортуга.

— С ментатом буду говорить я, равно как и со знахарем. Ваша задача — не подпускать к себе слишком любопытных, ну а я попробую договориться с караванщиком полюбовно. Ну а если не получится… ну что ж, Улей опасное и жаркое место. Сгорают в его пламени целые стабы, чего уж там говорить о залётном караване, — жестковато ответил я и сам поразился собственной кровожадности. Хм, а точно ли была та энергия алтаря, «чистой и безопасной»?!

Ладно.

Разберёмся.

Потом.

Как всегда, впрочем.

Однако спустя минут двадцать я был вынужден изменить своё мнение. Караван был чем угодно, только не залётными торгашами.

Развернувшийся лагерь насчитывал не менее полусотни огромных транспортников, тягачей, топливозаправщиков и, конечно же, тяжёлой армейской техники, начиная от БэТРов и заканчивая танками различных времён, моделей и модификаций.

Некоторые боевые машины давали понимание об их принадлежности к внешникам, но были и такие, что не вызывали вообще никаких ассоциаций.

Единственное, что объединяло весь этот табор на колёсах и гусеницах, так это единообразный «дизайн» Улья и намалёванный на бортах завязанный у горловины белый и пузатый мешок в чёрном круге. Доступным это стало не благодаря моим способностям, а из-за того, что эти безбашенные парни спокойно использовали генератор и запитали несколько мощных ламп, что давали вполне приличное освещение, и что удивительно, их тарахтение мы услышали лишь проехав некую разграничительную линию, а до того момента все было — «шито-крыто».

Сильно окрестности нам рассматривать не позволили, поэтому через десяток минут и пару импровизированных блокпостов мы предстали пред ясные очи, сидящего в единственной палатке, маленького и пухленького иммунного, отдалённо напоминавшего мне главу снабженцев Кремня, Колобка.

Мужчина был приземист, излишне полноват, где-то даже тучен, что для Улья было нонсенсом. Его добрая улыбочка прямо кричала о его миролюбии, но выдавали глаза: цепкие, внимательные, проницательные и даже жёсткие. Ну, собственно, чего ещё я хотел? Разумный, который не боится колесить по Улью и постоянно находится в непрерывном состоянии войны, тут не просто жёстким нужно быть. Тут надо обладать недюжинными способностями.

Кстати, что по ним?

Ну что и следовало доказать. Даров у него что на собаке блох, и хоть далеко не все у него представляют опасность, но практически все раскачаны на максимум и видно, что он не сидит у себя в палатке или машине, а активно их использует.

Один из таких даров — «круг тишины».

Теперь понятно, почему они не боятся использовать генераторы, а мы услышали звук тарахтения лишь находясь внутри ночёвки.

Его Дар накрывал всю стоянку куполом тишины и не позволял ни единому звуку вырваться за его пределы. Хм, тогда странно, что за стрельба тогда была? Хотя, возможно, они как раз становились на постой и на них вышла какая-нибудь матёрая тварюшка. Да, скорее всего, именно так и есть, поскольку у его Дара есть некоторые ограничения в виде стационарности. То есть он работает, пока его носитель находится в состоянии покоя, а не мчится по дорогам сломя голову.