То немногое, что мелькало на периферии его памяти, позволяло примерно воссоздать хронологию последних двенадцати часов.

Атака на Вольный…

Ядерный взрыв…

«Последний шанс»…

Меня должно было телепортировать на границу ближайшей соты из эпицентра взрыва.

Учитывая что здесь бушевало пекло из пламени атомного распада, меня выкинуло достаточно далеко, возможно где-то в районе болот. Но из-за огромного расстояния я оказался настолько слаб, что, если верить словам «пришлого», я оказался аккурат возле логова киллдингов, чем последние наверняка и воспользовались обнаружив его бесчувственное и изломанное тело.

Плен…

Странный зал…

Заунывный речитатив и… боль!

Запредельная боль от казалось бы безобидного «ножика», которым на его лице, два сектанта вырезали свои кабалистические символы.

Потом наступила тьма…

Дальше в памяти идет провал, но видимо меня освободили эти непонятные «рейдеры». Которые совершенно «случайно», оказались в логове незамеченных никем в течении десятка лет киллдингов. Совершенно «случайно» перебили их, и совершенно «случайно» исцелили его далеко не простые раны…

А «случайно» ли???!

Но факт остаётся фактом — он вновь в плену. Плюс ко всему, опознан своими врагами, да ещё с племянницей Райдера.

Эх, ему бы добраться до Тортуги, и там разговор будет уже на его условиях, но сам он туда не дойдёт, тем более в таком состоянии.

Ну же, принимай Договор! Я и сам могу его озвучить. Даже именем Улья! И если я его нарушу, благодаря уникальному Дару «хитреца» откат ударит по сидящему в казематах стаба куску полуживого «мяса», а он, Ждан, выйдет из воды «сухим».

Давай же!

Принимай Договор!

— Клятва?! — прорычал я, теряя остатки самообладания.

Что он там говорит?

— Хм… злость, азарт и предвкушение значит, — от его слов я ощутил, как по скованной параличом спине пробежал табун мурашек размером с рубера.

Он оказался не только невероятно одарённый иммунный, он, ко всему ещё, и способен читать или контролировать эмоции, которые я сейчас так неосмотрительно ему продемонстрировал.

— Видимо, вы меня совсем уж за идиота считаете, — после его слов, всё, что я ощутил, лишь то, как в мой разум врывается чужая воля и, проломив остатки ментальной защиты и оттеснив меня на задворки сознания, принялся копаться в моих самых глубинных воспоминаниях. Даже тех, о которых я старался забыть все эти годы…

Моя память была для него, по сути, раскрытой книгой, которую он листал с небрежностью опытного мозголома.

…Вот мы с братом, два боевых офицера, попадаем в Улей.

Наши первые дни…

Чудовищные твари и двое суток отсидки в каком-то вонючем подвале…

Невероятное, это мы поняли лишь спустя пару месяцев, везение — встретить снабженцев из весьма неблизкого стаба, Колючий.

Адаптация в новых условиях…

Благодаря кадровому голоду мы быстро пошли «в гору» и вскоре уже «вертелись» в высших кругах стаба, что привлекло внимание группы стронгов, курирующих этот район.

Далее следует предложение, от которого невозможно отказаться, и вот мы являемся бойцами отряда, который уходит на разведку в соседний регион. Виной тому слишком рьяное противостояние внешникам и мурам, из-за чего руководству пришлось искать для, порядком увеличившегося отряда, новые «угодья».

Новая местность.

Новые контакты.

Совершенно иные условия, что при желании позволяют стать достаточно весомой Силой. Нужно лишь самую малость: предоставить руководству нужный отчёт.

«Расписав» новый регион как «землю обетованную», руководство принимает решение о массовой миграции.

Не всё проходит как надо, и черноту преодолевают лишь 2/3 отряда. В числе «безвозвратных потерь» оказались некомбатанты, но и парочка тех, кто имел право отдавать приказы, так же остались в сверкающей антрацитом, безжизненной пустыне.

В итоге в этом регионе они с братом оказались на лидерствующих позициях, и хоть их решение принималось со «скрипом», но всё же выполнялись, чем ушлые «братыши» в итоге воспользовались.

Далее шла короткая акклиматизация и расстановка приоритетов: заниматься поиском места под «солнцем» или же отжать жизненное пространство у более слабых?!

Пока судили да рядили, на него, Ждана, «совершенно случайно» вышли представители непуганных стронгами внешников и предложили поучаствовать в одной крайне выгодной афере, обещая солидные дивиденды и далеко идущие перспективы.

Почти год ещё длились эти подковёрные «переговоры и тёрки». На исходе второго года, а конкретнее — двенадцать лет тому, регион, что был относительно спокойным и где различные сообщества жили вполне себе «тихо-мирно», насколько это вообще возможно между постоянно конкурирующими стабами, забурлил как котёл с фекалиями.

Некоторые из стабов вели полулегальный бизнес с внешниками из соседнего региона, но переходить определённую черту, отделяющую честный стаб от муровского, не спешили.

Однако миграция группы стронгов слегка поколебала чашу весов, изрядно спутав многим «карты» своим визитом.

Камнем преткновения оказалась новость о появлении на границе с чернотой Ужаса Улья, обещающего не только угрозу для всего региона, но и сулящего тому, кто его упокоит, изрядную прибыль, выводя такое сообщество на лидерствующие позиции.

Намеченная Охота на «неназываемого» стала фатальной для всего местного «бомонда», поскольку тесно снюхавшиеся с внешниками «братья-кролики» не просто перетасовали местные реалии, но, по сути, предали своих коллег и единомышленников по ремеслу и на пике Охоты подставили всех, сперва под атаку скреббера, ударив в спину наиболее мощным отрядам, а потом и под удары внешников, позволив им зачистить оставшихся, мало-мальски серьёзных Игроков.

Находящийся на временной базе отряд некомбатантов раскатали «по бревнышку», сперва твари, а довершили «грязное дельце» сами «братцы-кролики», изрядно «замаравшись» в крови своих людей.

От пришедшего отряда стронгов осталось лишь трое: Вольт, Ждан и Водяной, которого на тот момент звали совсем по другому.

Итог: регион перешёл под контроль «брательников», а ударные группы внешников позволили закрепиться на ранее чужой для них территории, став если не полновластными хозяевами, то имеющими солидное влияние на новообразованное сообщество.

— «Хм» — мысленный хмык был явно не его, и то, как по-хозяйски враг «выщелкнул» его с братом подлый поступок, заставлял его разум сжиматься от ужаса. Но и это ещё было не всё.

Словно старый архивариус, ловко перелистнув очередную страницу его жизни, он «высветил» последующие события…

Далее было всё по накатанной: зачистка остатков сопротивления, уничтожение одного стаба и захват двух других, концентрация всех несогласных в Вольном и Полуденном. Раскрытие эффекта черноты и её влияние как на иммунных, так и на тварей. Возможность транспортировать черную дрянь в крепленых Дарами контейнерах.

Дошло до того, что с наиболее опасных направлений устраивались натуральные просеки из антрацитовой дряни, метр в ширину которой останавливал всю местную фауну, вплоть до Элиты.

На одном из наиболее опасных участков был устроен натуральный лабиринт из россыпей чёрной пыли, и даже устраивалась загонная охота, позволяя закрыть некоторый дефицит столь редкого в регионе жемчуга.

В какой-то степени владыки Тортуги и были виновниками этого самого дефицита, но ловко лавируя на гребне этой волны, они лихо оседлали местный рынок элитных потрохов, по крайней мере, для собственного развития и своих ближников у них с этим проблем не было.

А секрет столь хитрой игры, в «долгую», являлся открытые на границе впадения Реки в регион нескольких «мешков» состоящих из десятков огромных кластеров.

Они «варились» в своём «котле» и выбраться через узкий перешеек возможности не имели, так как единственный выход был засыпан чернотой, «проход» заминирован и контролировался верными Вольту разумными.

Правда доступен «братышам» был лишь один такой «мешок», что имел связь с материковым регионом. А вот остальные, которые были отделены антрацитовой пустыней, оставались для них недоступными. И судя по полученным данным от залетного «гастролера», кластеры там были более чем «вкусные».