─ Я уже ничего не знаю, ─ отчаянно мотаю я головой и зло смотрю на Славу. ─ После того, как ты меня предал, я уже не в состоянии тебе верить.

─ А кому ты в состоянии верить? ─ ведёт бровью муж. ─ Соня тебе что сказала? Что я её надоумил?

─ Естественно, она мне ничего такого не говорила. Вы же с ней сговорились!

Не знаю, откуда у меня внезапно взялась такая мысль. До этого я была убеждена, что дочь просто слишком скучает по своему отцу, поэтому ищет возможность видеться с ним чаще. Но после того, как Слава сам произнёс фразу о затягивании бракоразводного процесса, я сразу стала думать, что все это произошло с его подачи. Хотя могу и ошибаться.

Не знаю. Уже ничего не знаю…

Я все жду того момента, когда я смогу спокойно выдохнуть, но он никак не наступает. А нервы уже расшатаны до предела, я потеряла возможность реагировать спокойно на мало-мальски стрессовые ситуации. Не говоря уже о чем-то более серьезном.

─ Ксень, ─ Слава берет меня за плечи и легонько встряхивает, будто разбудить пытается. ─ Я обещаю тебе, что с Соней поговорю. Выясню, почему она изменила своё решение. И если у меня получится её подтолкнуть к тому, чего хочешь ты, то я обязательно это сделаю.

─ Да делай, что хочешь, ─ устало выдыхаю я, на миг прикрыв глаза. ─ Я просто хочу покоя, понимаешь? Просто хочу нормальной жизни. Той жизни, которая у меня была, Слава! А из-за тебя…

Поджимаю губы и сглатываю колючий ком, снова сдерживая слезы.

Это никуда не годится. Я отчетливо понимаю, что реагирую на все слишком остро, но не могу взять свои эмоции под контроль. Разучилась.

─ Что я могу для тебя сделать? Просто скажи, ─ всерьёз спрашивает Слава, будто от него вообще сейчас хоть что-то зависит.

Хотя…

─ Да сделай, ─ уверенно киваю я. ─ Забери детей. Отвези их домой, к бабушке, или к себе… Как хочешь. И как они сами захотят. А я просто хочу побыть одна. Хочу хотя бы на день сбежать от этого кошмара и просто забыть обо всем.

─ Хорошо, я заберу детей, ─ кивает муж и тут же добавляет: ─ Только если ты пообещаешь не делать никаких глупостей.

─ Глупостей? ─ веду я бровью. ─ Это ты сейчас о чем?

─ Не знаю, ─пожимает он плечами. ─ Может, ты собралась напиться до потери пульса, или…

─ Не нужно сравнивать меня с собой, ─ хлопаю мужа по плечу, разворачиваюсь и снова иду к выходу. ─ Твои методы все равно никакого облегчения не приносят.

─ В этом ты права, не приносят, ─ соглашается Слава, следуя за мной, и тяжело вздыхает. ─ Но мне все равно не нравится твой настрой. Поэтому, пожалуйста, ─ он снова берет меня за руку и разворачивает, заставляя взглянуть ему в глаза. ─ Будь осторожна, прошу тебя. И если у тебя возникнут какие-то проблемы, сразу позвони мне.

─ Если у меня возникнут какие-то проблемы, ─ хмыкаю я, повторяя слова мужа, ─ то ты будешь последним человеком, которому я позвоню.

Не знаю, что Слава там придумал в своей голове, чтобы давать мне подобные напутствия, но я определенно не собираюсь чудить.

Я не хочу встречаться с подругами и изливать им душу в баре, не хочу давить на педаль газа и ехать вперед до тех пор, пока бензин не закончится, или меня не занесет в какой-нибудь сугроб.

Я просто хочу ненадолго сбежать от всех проблем, только и всего.

Медленно втягиваю воздух носом и выдыхаю ртом, чтобы унять шалящие нервы. И крепче сжимаю руль, чтобы не ощущать дрожи в руках.

Сейчас час пик, и дороги забиты, но я все равно никуда не тороплюсь, потому что не знаю, куда ехать.

Мне кажется, то состояние, в котором нахожусь сейчас, я должна была испытать сразу после известия об измене мужа. А оно настигло меня только теперь.

Чувствую себя беспомощной, уязвлённой и потерянной. Не знаю, что делать, как дальше жить. И это жутко злит. Ведь только мне казалось, что все постепенно устаканивается, и нормальная жизнь не за горами, как все снова идет кувырком.

От чего я вообще так переживаю? Все ведь не так страшно.

Доход с бизнеса есть, хоть и не сравним с доходом Славы. Жилье тоже есть и никуда не денется, ведь Слава принял решение оставить дом для нас с детьми, как и добрую часть прочего имущества.

И думается мне, что поступил он так не из благих побуждений, а чтобы ребенок Кати мог потом претендовать на меньшее из возможного. Хотя даже такой вариант можно расчесть, как заботу о наших с ним детях и их будущем. Но вообще я понятия не имею, чем именно руководствовался мой муж.

Да, с материальными благами все в порядке, но ведь не в них счастье.

Главная проблема ─ это дети. Вот тут и произошло разделение пополам…

И вроде бы трагедии не случилось, Соня ведь не пропадёт из моей жизни, если станет жить с отцом. Ну все равно для меня это слишком тяжёлый удар, чтобы сохранять спокойствие и смиренно это принимать.

Наверное, понимание того, что наши дети останутся со мной, компенсировали мне расставание с мужем. Немного легче было это пережить, зная, что я останусь не одна.

Но этот развод... Он слишком многое рушит. Он рушит не только мою семью и мою жизнь, он рушит меня. Я будто медленно разлагаюсь внутри, теряю себя. С каждым днём внутренние перемены ощущаются все более отчётливо. И, увы, эти перемены совсем не в лучшую сторону.

Мне казалось, что я вполне самодостаточна и смогу прожить без своего мужа предателя. Я ведь никогда не была слабой и безвольной женщиной, которая привыкла полностью зависеть от своего мужчины.

В чем-то я, конечно, была от него зависима. Так же, как и Слава в чем-то был зависим от меня.

Но мы не были тенями друг друга, как и не были отдельными личностями, живущими по своим правилам, но под одной крышей.

Мы были собой, но в то же время одним целым, дополняли друг друга. Ведь так и должно быть в семье.

А теперь? Теперь я осталась без своей половины. И только сейчас я по-настоящему осознаю всю глубину этого выражения.

Наверное, меня и накрыло так сильно даже не из-за решения дочери, которое звучало и прежде. Просто после Сониного решения наступило осознание, что все окончательно развалено и уже не будет так, как прежде.

Импульсивно сворачиваю на парковку ресторана, вывеску которого я заметила несколько секунд назад. Я не знаю, куда мне податься, правда. Не знаю, где найти желанное уединение и скинуть хотя бы часть того груза, что лежит на душе.

Просто устрою свидание самой себе. Закажу вкусный обед в хорошем заведении и буду наслаждаться одиночеством и красивой атмосферой заведения.

Грустно усмехаюсь своим мыслям.

Какой же раздрай происходит внутри. Я боюсь остаться одна и переживаю из-за распада семьи. И в то же время желаю уединения.

Не оно мне на самом деле нужно. В отчаянии я просто хочу сбежать от своей реальности, вот и все. Но разве это возможно?

Если только собрать свои вещи и улететь в теплую страну, пару недель пожить только для себя. Но я на такое вряд ли пойду. Это кажется совершенно безответственным. Как же дети? Как же моя кондитерская?

И если с кондитерской я еще могу какое-то время решать вопросы удаленно, то с детьми так не получится. Я не могу просто взять и бросить их. Особенно сейчас.

Им сейчас тоже нелегко, я это понимаю. Да, я мало что могу сделать, чтобы облегчить их состояние. Но мою попытку сбежать от реальности они могут расценить как наплевательские отношение к ним. Сама уехала, а их оставила.

Нет, не хочу так. Это дикость.

В ресторане я заказываю то, что обычно даже пробовать бы не стала. Но сейчас мне просто хочется отойти хоть от чего-то привычного. Вдруг мне это даже понравится?

Но в целом затея посидеть в ресторане оказывается не такой удачной, как я представляла себе заранее. Еда-то вкусная и даже немного радует. На окружающие меня люди и несмолкающие голоса ужасно раздражают.

И эти влюбленные парочки за столиками… Счастливые такие. Не знают еще, что их может ждать в будущем.

Но и я не знала в свое время, что спустя семнадцать лет отношений меня будет ждать подобный кошмар.