Зато они живы и продолжают развиваться. Что толку от целителя, который падает в обморок при виде крови или убегает при первых признаках опасности? В этом мире мягкотелость это прямой путь к ранней могиле.

Согласна. Но всё равно можно было бы иногда их хвалить. Положительное подкрепление и всё такое.

Хвалить буду, когда будет за что. Пока что они только учатся не путать левую ногу с правой и не тыкать целительской энергией в здоровые органы вместо повреждённых.

Помимо боевых тренировок, я проводил и теоретические занятия, на которых рассказывал о строении человеческого тела, о механизмах работы целительской энергии, о типичных ошибках начинающих и способах их избежать. Эти занятия ученики любили гораздо больше, чем походы в прорывы, хотя и тут возникали свои сложности.

— Итак, — говорил я, указывая на анатомическую схему, которую собственноручно нарисовал на большом куске ткани, — перед вами схема кровеносной системы человека. Кто может сказать, какой сосуд здесь обозначен красным цветом?

— Артерия! — хором ответили несколько голосов.

— Правильно. А синим?

— Вена!

— Отлично. Теперь вопрос посложнее. Пациент получил рану в области бедра, кровь бьёт фонтаном. Какой сосуд повреждён и что нужно делать в первую очередь?

Тишина. Ученики переглядывались, не решаясь ответить первыми.

— Марина?

Бывшая акушерка нервно сглотнула и неуверенно произнесла:

— Бедренная артерия? И нужно… остановить кровотечение?

— Верно. Каким образом?

— Ну… наложить жгут? Или… использовать целительскую энергию?

— Зависит от ситуации, — кивнул я. — Если есть время и возможность, целительская энергия предпочтительнее, потому что она не только останавливает кровотечение, но и начинает процесс регенерации тканей. Но если времени нет или магический резерв на исходе, жгут это спасение жизни. Главное помнить: бедренная артерия одна из крупнейших в организме, и при её повреждении человек может истечь кровью за считанные минуты. Поэтому действовать нужно быстро и решительно.

Я подробно объяснил технику наложения жгута, показал, как правильно определять пульсацию артерии, как рассчитывать время, в течение которого можно держать конечность без кровоснабжения. Всё это были элементарные вещи для любого врача из моего прежнего мира, но здесь, в мире магии и систем, медицинские знания находились на удивительно низком уровне.

Местные целители привыкли полагаться на магию, игнорируя базовые принципы анатомии и физиологии. Зачем знать строение тела, если можно просто влить целительскую энергию и надеяться, что всё само исправится? Такой подход работал в большинстве случаев, но приводил к катастрофическим последствиям, когда магии оказывалось недостаточно или когда проблема была глубже, чем казалось на первый взгляд.

Я собирался это изменить. Мои ученики будут знать человеческое тело не хуже, чем я знал его в прошлой жизни, и будут понимать, что именно они делают, когда направляют целительскую энергию в ту или иную область. Это требовало времени и усилий, но результат того стоил.

К концу недели я почувствовал, что пора возвращаться в город. Основы были заложены, ученики могли продолжать тренировки под присмотром Лены, которая оказалась на удивление хорошим преподавателем, несмотря на своё недовольство этой ролью. У меня же были незаконченные дела, которые требовали личного присутствия.

Коллегия целителей? — уточнила Тёмная, когда я поделился с ней своими планами.

Именно. Пора навестить старых знакомых и немного расширить круг подключённых к твоей системе.

Звучит как план. Только как ты собираешься к ним проникнуть? После всего, что произошло, они наверняка усилили охрану и ввели дополнительные проверки.

Об этом я тоже подумал. И у меня есть идея, которая может сработать.

В общем, собрал вещи, попрощался с герцогом и его людьми, дал последние наставления ученикам и загрузился в грузовик вместе с Пашей и остальными. Путь обратно в город занял несколько часов, и всё это время я обдумывал детали предстоящей операции.

Совет целителей, высший орган управления профессией в этом городе и прилегающих территориях. Там заседают самые уважаемые и влиятельные представители ремесла, те, кто определяет правила игры для всех остальных. Те, кто сжёг мою клинику и лишил лицензии. Те, кто сотрудничает со Светлой системой и закрывает глаза на её преступления.

Пора было познакомиться с ними поближе.

А ты уверен, что справишься один? — поинтересовалась Тёмная с ноткой беспокойства.

Не один. У меня есть ты, есть Изолятор, есть молот на крайний случай. И есть план, который не требует грубой силы.

Какой план?

Увидишь. Но для начала мне нужно снова сменить имя и кое-что подготовить…

Утро Аркадия Петровича Белова, председателя городской коллегии целителей, началось так же, как и все предыдущие утра последних пятнадцати лет его славного правления. Сначала завтрак в беседке посреди личного сада, где специально обученные слуги подавали свежевыжатый сок из редких фруктов, омлет из перепелиных яиц и булочки, выпеченные по особому рецепту личного повара, который Аркадий Петрович когда-то выменял у одного разорившегося аристократа за списание долга перед коллегией.

Затем молочная ванна с добавлением каких-то особых эссенций, которые якобы омолаживали кожу и придавали ей здоровый блеск, хотя на самом деле Белов просто любил ощущение тёплого молока на теле и запах, который потом держался до самого вечера.

После ванны следовал тщательный выбор костюма из огромного гардероба, насчитывающего более сотни комплектов на все случаи жизни, хотя случаи жизни у председателя коллегии были в основном одинаковыми и сводились к сидению в кабинете и отказыванию просителям в их просьбах.

Лимузин уже ждал у парадного входа, и личный водитель услужливо распахнул дверь, склонившись в почтительном поклоне. Аркадий Петрович величественно опустился на заднее сиденье, обитое белоснежной кожей какого-то редкого животного, название которого он давно забыл, но цену помнил прекрасно.

Дорога до здания коллегии заняла около двадцати минут, и всё это время Белов смотрел в окно на проплывающие мимо улицы с выражением лёгкого презрения на холёном лице. Обычные люди спешили по своим обычным делам, толкались в общественном транспорте, стояли в очередях за какой-то едой, и всё это выглядело настолько убого по сравнению с его собственной жизнью, что председатель коллегии в очередной раз порадовался правильности выбранного когда-то пути.

Путь этот, надо признать, был не самым честным и благородным, но кого это волнует, когда результат налицо? Аркадий Петрович давно усвоил простую истину: в этом мире побеждает не тот, кто лучше лечит или больше знает, а тот, кто умеет договариваться с нужными людьми и вовремя устранять конкурентов. Целительский талант у него был весьма посредственным, зато талант к интригам и подковёрным играм оказался выдающимся, и именно этот талант привёл его на вершину профессиональной иерархии.

Лимузин остановился у парадного входа в здание коллегии, и Белов неторопливо выбрался наружу, позволяя редким прохожим полюбоваться на столь значительную персону. Охранники у дверей вытянулись по стойке смирно, секретарша в приёмной вскочила с места и затараторила что-то о расписании и срочных делах, но Аркадий Петрович лишь отмахнулся от неё и проследовал в свой кабинет, где его ждало любимое кресло, любимый вид из окна и любимое занятие в виде абсолютно ничего.

Кабинет был обставлен с той показной роскошью, которая должна была внушать посетителям благоговейный трепет и понимание того, насколько ничтожны их проблемы по сравнению с величием хозяина этого места. Массивный стол из красного дерева, кресло, больше похожее на трон, стены, увешанные дипломами, сертификатами и портретами самого Белова в различных важных позах. Отдельно висела картина, изображающая председателя верхом на белом коне с мечом в руке, хотя в реальности Аркадий Петрович боялся лошадей и никогда в жизни не держал в руках ничего опаснее столового ножа.