Пока шёл осмотр, я стоял у грузовика под присмотром двух ликвидаторов и старался выглядеть максимально безобидно. Командир расположился неподалёку и периодически получал доклады от своих людей, которые он выслушивал с непроницаемым выражением лица.

— Скажите, — обратился я к нему в какой-то момент, когда пауза затянулась. — А что такого натворил этот Рубцов, что за ним прислали целых четыре вертолёта?

Командир покосился на меня, явно раздумывая, стоит ли отвечать на подобный вопрос.

— Напал на инквизитора, — наконец произнёс он. — Уничтожил священный артефакт. Этого достаточно, чтобы поднять на ноги все силовые структуры империи.

— Ого, — присвистнул я с деланным восхищением. — Серьёзный парень, получается. И что, прямо совсем инквизитора избил?

— Молотом по голове, — командир позволил себе едва заметную усмешку. — Если верить рапорту пострадавшего.

— Молотом? — я покачал головой, изображая искреннее удивление. — Вот это да. А инквизитор что, не сопротивлялся?

— Подробностей не знаю, — командир пожал плечами. — Да и не моё это дело, честно говоря. Моя задача: найти и задержать, а разбираться потом будут те, кому положено.

В его голосе мне послышалась какая-то странная интонация, что-то вроде скрытого неодобрения. Не по отношению ко мне, а скорее по отношению к тем самым «кому положено».

— А вы часто работаете с инквизиторами? — поинтересовался я максимально невинным тоном.

Командир снова покосился на меня, и на этот раз в его взгляде промелькнуло что-то похожее на понимание.

— Достаточно, — коротко ответил он. — Чтобы знать, как они работают.

Ликвидатор замолчал, явно не желая развивать эту тему дальше, но мне и так было достаточно. Не все в империи обожают Светлую систему и её служителей, это я понял уже давно. И даже среди тех, кто формально работает на ту же сторону, находятся люди, которые предпочли бы держаться от инквизиции подальше.

Осмотр продолжался ещё минут двадцать, и всё это время я старался вести себя как можно естественнее. Болтал с охранниками о погоде, о ценах на топливо, о тяжёлой доле медицинских работников, которым приходится мотаться по бездорожью ради спасения человеческих жизней. Ликвидаторы слушали вполуха, но не затыкали, видимо привыкнув к тому, что задержанные пытаются разрядить обстановку пустой болтовнёй.

А потом на горизонте показались белые точки.

Сначала их было трудно разглядеть в клубах пыли, поднимаемой ветром, но постепенно точки приближались и превращались в колонну внедорожников, сверкающих на солнце так, будто их только что отполировали до зеркального блеска. Белоснежные машины с золотыми символами на капотах неслись по дороге, не разбирая ухабов, и выглядели при этом так, будто грязь просто не смела к ним прилипать.

Колонна остановилась метрах в пятидесяти от наших машин, и из внедорожников начали выгружаться люди. Сначала бойцы в белых доспехах, сверкающих золотыми вензелями и символами Светлой системы. Их было человек двадцать, и каждый выглядел так, будто готовился к параду, а не к задержанию опасного преступника. Потом появились двое в богатых одеждах, явно аристократы какого-то высокого ранга, судя по их надменным физиономиям и манере держаться.

И наконец вышли они. Три инквизитора в парадных белых плащах с золотыми символами Света на спинах. Двое мне незнакомы, а вот третий…

Себастьян, вроде бы. Тот самый, которому я вчера приложил молотом по лицу. Он выглядел немного помятым, на виске красовался свежий синяк, но в остальном вполне оправился от нашей последней встречи. И судя по тому, как горели его глаза, он очень хотел продолжить знакомство.

— Это он! — заорал инквизитор, едва выбравшись из машины, и ткнул в меня пальцем с такой яростью, будто собирался проткнуть насквозь на расстоянии. — Вот он, тот самый еретик! Тот самый светлохульник, который напал на меня и уничтожил священную реликвию! Я приказываю схватить его и казнить прямо здесь, немедленно, без суда и следствия!

Бойцы в белых доспехах мгновенно вскинули оружие, нацелившись на меня со всех сторон. Их было много, они были хорошо вооружены, и выражение их лиц не оставляло сомнений в готовности выполнить приказ.

Но между нами и ними тут же встали ликвидаторы.

— Стоять, — голос командира прозвучал негромко, но твёрдо. — Опустить оружие.

— Ты смеешь перечить инквизитору⁈ — Себастьян буквально захлебывался от ярости. — Да я тебя…

— Этот человек не Владимир Рубцов, — командир ликвидаторов даже не повысил голос, и от этого его слова звучали ещё весомее. — Его зовут Вася Пупкин, второй сорт, пятый уровень. Он прошёл стандартную проверку анализатором, никаких расхождений не выявлено. На Васю Пупкина у нас ордера нет, а значит, задерживать его мы не имеем права.

— Какой ещё Вася Пупкин? — взвизгнул Себастьян. — Я своими глазами видел этого ублюдка! Он разбил мою сферу! Он ударил меня молотом! Посмотри на мою голову, идиот!

— Я вижу вашу голову, господин инквизитор, — командир позволил себе едва заметную паузу. — И сочувствую вашей травме. Но это не меняет того факта, что данный человек прошёл проверку и не является тем, кого мы ищем.

— Да он просто обманул твои примитивные приборы! — Себастьян топнул ногой, как ребёнок, которому не купили игрушку.

— Стандартные анализаторы одобрены лично Светлой системой, — невозмутимо парировал командир. — Если вы утверждаете, что они не работают, это следует обсудить с соответствующими инстанциями.

— Довольно! — один из двух других инквизиторов, высокий мужчина с седой бородой и холодными глазами, шагнул вперёд, жестом приказывая Себастьяну замолчать. — Хватит этого балагана. Мы привезли оборудование, которое расставит всё по местам.

Он повернулся к белым бойцам и щёлкнул пальцами.

— Несите центральный узел.

Двое бойцов направились к одному из внедорожников и открыли багажник. Внутри, уложенный на бархатную подушку, покоился артефакт. Золотая пирамидка размером с человеческую голову, испещрённая какими-то символами и мягко светящаяся изнутри.

Себастьян при виде пирамидки расплылся в торжествующей улыбке, а в его глазах загорелся нездоровый огонёк предвкушения.

— Вот оно… — прошептал он почти благоговейно. — Сейчас вся истина всплывёт на поверхность! Это центральный узел прямой связи с Великой! — он повернулся ко мне, и его голос сорвался на визг. — От этого священного артефакта невозможно ничего утаить! Он велик! Он невероятно могущественный! Он восхитителен!

Инквизитор буквально подпрыгивал на месте от возбуждения, тыча пальцем то в меня, то в пирамидку.

— Приказываю привести этого ублюдка и заставить его прикоснуться к священному верховному анализатору! И тогда все увидят, кто он на самом деле! Все увидят, что я был прав! Все увидят!..

Тёмная, а ты там вообще как? Он правду говорит, что от этой штуки никак не скрыться? Или справишься?

Вообще вряд ли… Эта пирамидка напрямую связана со Светлой, так что…

— Эх, ладно, — я поднял руки в примирительном жесте и подошел к пирамидке. Бойцы в белых доспехах расступились, поднесли артефакт поближе, чтобы я мог прикоснуться к нему. Но в этот момент я откинул полы халата и выудил оттуда свой молот, — ну ничему вас жизнь не учит. Сначала использовать, а уже потом рассказывать! Понимаете?

Золотая пирамидка взорвалась облаком сияющей пыльцы, и в ту же секунду меня накрыла волна высвобожденной энергии такой силы, что ноги оторвались от земли. Последнее, что я увидел перед тем как отключиться, это перекошенные лица инквизиторов, которые успели только вскрикнуть, но среагировать уже не смогли.

Впрочем, отключился я ненадолго. Есть у меня одна замечательная особенность, которую я уже научился ценить по достоинству: даже в бессознательном состоянии могу спокойно лечить себя, и для этого даже не нужно приходить в сознание. Так что пока другие валялись на земле и приходили в себя после контузии, по моему телу уже прокатилась привычная волна целительской энергии, устраняя последствия удара.