Нет, я, конечно, понимал, что для большинства практиков нахождение здесь было бы смертельным. Да, давление духовной силы отсутствовало напрочь, но опасностей все равно хватало. Даже если забыть про духов, зверей и кадавров, один лишь поток чужеродных намерений свел бы с ума большинство практиков прямо на месте. Не просто так Лю Тай во время нашей дуэли устроил именно проверку силы разума, а не обычный бой. Практик прекрасно понимал все опасности этого места.

Я не знаю, сколько я летел, но в какой-то момент я почувствовал впереди знакомую силу. Первородный Огонь, как здесь его называют или техника сжигания Ци, как называл ее я. Кажется, я почти на месте.

Я был уже абсолютно уверен, что Пик Бессмертных — дело рук Древнего. На это указывало абсолютно все: и намерения, и божественные техники, и та книга с воспоминаниями. Так что когда я заметил впереди моего старого знакомого, то совершенно не удивился.

— Давно не виделись, — улыбнулся я, глядя на высшего духа, целиком состоящего из белоснежного пламени. Того самого духа, что минимум дважды спасал меня. Того, кто был лично знаком с Древним…

Я еще раз внимательно присмотрелся к огненному духу. Вне всяких сомнений, это был мой старый знакомый, тот, кто уже несколько раз спасал мою жизнь. Он ничуть не изменился с нашей последней встречи в мире Башни и выглядел как этакий рыцарь, закованный в белоснежные латы. При этом сами латы состояли исключительно из огня.

Мне даже прислушиваться к духовному чувству было не нужно, чтобы понять, что это и есть тот самый Первозданный Огонь. Только теперь я еще и понял, что он, пусть самую малость, но все же отличается от моей техники «Сжигания Ци». Причем я даже не мог понять, в лучшую или худшую сторону отличается.

Пламя, из которого состоял этот дух, было намного плотнее моего, но в то же время в нем будто бы чего-то не хватало. Какой-то крохотной частицы энергии, которая была у меня. Возможно, все дело в моем таланте «Свет Иного Неба»? В конце концов, насколько я успел узнать из воспоминаний и даже из сообщений Системы, эта сила была не совсем родной для наших миров.

— Наследник Феникса, вы пришли, чтобы продолжить Путешествие к Небу? — вдруг услышал я.

Не было абсолютно никаких сомнений, что говорил со мной именно дух, причем говорил он не образами, как это обычно с ними бывает, а самыми что ни на есть нормальными словами человеческой речи. Да, голос у него был довольно странный, скорее похожий на рев пламени или на потрескивание костра, но это был именно голос, а не ментальный образ.

— Духи, что умеют говорить? — вытаращился я на него.

Да и вопрос задал не столько даже ему самому, сколько сонму духов, что все еще кружили вокруг меня. Вот только они не спешили отвечать. В присутствии своего старшего собрата они почтительно притихли и не посылали мне ни единого образа. Зато мне ответил пламенный дух.

— Не все способны говорить на человеческом языке. Лишь те, кого вы называете высшими, прожившие достаточно долго и бывшие свидетелями того, как зарождалась эта цепь миров. Такие как я. Нас очень мало, но мы есть. И мы крайне редко с кем-то говорим вслух, но здесь и сейчас для меня огромная честь говорить с вами на вашем языке, Наследник, — произнес дух.

Я настолько поразился тому факту, что он говорит, что даже не сразу понял, что именно этот дух у меня изначально спрашивал. А когда до меня наконец-то дошло, я удивился еще больше.

Путешествие к Небу? Почему он вдруг заговорил именно о нем? Разве это испытание не Каль Тен устраивает на Небесном Архипелаге для жителей его острова? Или он просто скопировал его у кого-то другого и на самом деле, путешествие к Небу — это нечто большее?

Что еще подозрительней, так это то, что Белозар меня из Морозной Гряды отправлял именно для того, чтобы я завершил Путешествие к Небу. И что-то я не верю в такие совпадения. А впрочем, чего гадать?

— Что ты имеешь в виду под «Путешествием к Небу»? — прямо спросил я, а потом добавил: — И какой смысл ты вкладываешь в слова, называя меня «Наследником Феникса»?

— Я называю вас Наследником Феникса, потому что вы — наследник Феникса, ни больше ни меньше, — все тем же странным голосом ответил дух. — А что касается Путешествия к Небу, то, думаю, вы и сами можете ответить на этот вопрос не хуже меня.

— Я так понимаю, ты сейчас не просто про посещение трех достопримечательностей на Небесном Архипелаге говоришь, да? — усмехнулся я.

— Разумеется, нет, — ответил дух, и мне на секунду показалось, что в его голосе мелькнуло недовольство. — Та отвратительная традиция, которую создал предатель, чтобы потешить свое эго, ничего общего не имеет с настоящим путешествием.

— Потому что путешествие — это прежде всего духовный путь, а не какое-то конкретное место, верно? — спросил я просто для того, чтобы убедиться.

— Вы правы, Наследник Феникса, и в то же время вы не правы. Все пути ведут к Небу. Но не все пути ведут к тому, что Великий Древний называл Иным Небом. В нашей цепи миров таких мест осталось лишь два. Одно из них — в том измерении, что вы знаете как Небесный Архипелаг, а второе — здесь, на Пике Бессмертных, прямо за моей спиной. Вопрос лишь в том, сможете ли вы выдержать испытания сразу двух истинных царств и привести нашу цепь миров к процветанию? Или же на вас цикл завершится, и тысячи миров вернутся в изначальный хаос, из которого они и были рождены.

От таких новостей я всерьез начал задаваться вопросом, а могут ли духи сойти с ума? Впрочем, чего это я, учитывая что духи видят мир совершенно иначе, то неудивительно, что его слова могут «немного» отличаться от истинны. Вон, духи вокруг не дадут соврать, они иногда мне такие образы подкидывают, что совершенно непонятно, что они имели в виду. А этот конкретный пламенный рыцарь еще и решил показать свое владение человеческой речью, а не образами общался, как обычно.

— Так ты хочешь сказать, что от успеха моего прорыва зависит существование тысяч миров? — крайне скептически посмотрел я на него.

— Не от вашего. Не стоит поддаваться гордыне. Наследником Феникса может стать любой достойный практик, и вы далеко не первый, кто пришел сюда. Но интриги предателей зашли настолько далеко, что, скорее всего, вы станете последним.

— То есть я, оказывается, не избранный, — хмыкнул я.

— Я понимаю ваш скепсис, наследник. И вы далеко не первый, кто не поверил мне сразу, а потому, я готов поклясться самим Небом, что не вру… А еще, что знаю ваш язык в достаточной мере, чтобы излагать свои мысли не искажая их слишком сильно.

— Стоп чего⁈ Ты что, мысли мои читаешь? — подозрительно уставился я на него.

Дух ничего не ответил, но я услышал какой-то странный звук, похожий на потрескивание. Кажется, в этот момент он смеялся надо мной.

Духи могут смеяться? Стоп, не о том думаю. Он что, реально мои мысли прочитал и ответил на невысказанный мной вопрос о сложностях коммуникации людей и духов? Что ж, учитывая насколько сильным он ощущается, я бы не удивился, если он и правда на такое способен. Но тогда получается, он сказал правду про тысячи миров⁈

Да и вообще, меня весьма удивил тот факт, что я, оказывается, далеко не первый Наследник Феникса. Сдается мне, что он имел в виду совсем не практиков из этого мира, которые приходили на Пик Бессмертных.

Зато о том, кого этот дух имеет в виду под «предателями», сомневаться не приходилось. Могучие небожители, что однажды предали и убили Древнего, явно вызывали у него недовольство. И я даже знал минимум парочку таких лично. Мой учитель и Каль Тен.

Непонятным в его рассказе оставалось только одно: с чего бы это нашей цепи миров вдруг умирать? Собственно, я этот вопрос и задал духу.

— Миры рождаются и гаснут каждое мгновение. Они подобны мимолетным мыслям, теням, что рождаются в свете звезд. Редко какой цепи миров удается продержаться достаточно долго и закрепиться в реальности. Тот факт, что наша область мироздания продержалась так долго, уже вызывает уважение. Но еще большее уважение вызывает тот, благодаря кому это произошло. Великий Феникс отдал всего себя, чтобы сияние наших миров не угасло. Лишь поэтому я согласился защищать его потомков, и лишь поэтому я сейчас разговариваю с вами, Наследник.