И лишь когда праздник приближался к завершению, а количество гостей потихоньку таяло, тугое напряжение немного ослабило свои путы на моём сердце.

Странно, но в особняк, в котором мне придётся жить, нас отвезли на разных машинах.

Меня засунули в одну машину с мачехой. Та не сводила с меня привычного цепкого взгляда. Такого колючего, что мне хотелось снять с себя кожу. Я всё задавалась вопросом, рада ли она избавиться от навязанного чужого ребёнка. Готова биться об заклад – да.

Даже на обездвиженном ботоксом лице отражалось странное довольство. Отчего она ещё больше походила на злую мачеху из «Золушки».

Я оценила хоромы, больше напоминавшие готический дворец, едва не присвистнув. Мрачный и такой же жуткий, как и мой новоиспечённый муж.

В огромном особняке мне отвели целое крыло для подготовки к брачной ночи. И чтобы пробраться в палаты супруга, мне с трудом удалось вырваться из лап помощниц моей мачехи. Они словно коршуны следили за мной, опасаясь, как бы я не навредила репутации семьи. Готовые стоять над душой, пока я писаю.

Может, моя семейка хочет дождаться завершения ночи и подтверждения моей невинности? Хотя не удивлюсь, что это часть сделки. Так и вижу, как Островский наутро выносит белое полотно с кровью на нём, как подтверждение скреплённых уз.

Быстро перебирая балетками, в которые я успела нырнуть после неудобных туфель, я направлялась туда, где, как мне сообщил обслуживающий персонал, находился мой дражайший муж. Мне необходимо было поговорить с ним.

Я жаждала услышать из его уст, что он готов пройти этот странный путь рука об руку со мной. И получить объяснение той глупой шутки, брошенной у алтаря.

Конечно, мы едва знакомы, и я только рада, если он не станет склонять меня к близости. Но его фразы до сих пор жалили моё сердце, кислотой выжигая на нём знакомые слова: я никому не нужна.

Но чем глубже я проходила в нутро роскошного особняка, тем сильнее предчувствие беды набирало силу, как тучи перед дождём. Становясь тёмным и тяжёлым.

Отворила створку одной из деревянных дверей, что вела в приёмную. А оттуда – путь в кабинет хозяина этого дворца. Кому, интересно, он принадлежит? Не может же мой муж иметь подобную недвижимость в столь раннем возрасте.

Мягкая подошва обуви не издавала шума, утопая в густом ворсе ковра. Поэтому никто из тех, кто заседал в кабинете, не услышал моего приближения.

– Туз, подумай, ты теперь с ней повязан. Она твоя жена, – до меня донёсся голос одного из мужчин.

– И она ни в чём не повинна, – добавил другой.

В ответ раздаётся почти звериный рык. Несложно догадаться, что он принадлежит моему мужу. Полный раздражения, злости и переполняющей его ненависти. Эмоции Островского оказались такими сильными, что коснулись меня, словно языки пламени, обдавая жаром и суля уродливые шрамы.

Сердце норовило выскочить из грудной клетки. Я испугалась, что оно выпорхнет и постучится в запертую дверь этого кабинета. Коленки ослабли, и я прижалась к деревянному полотну двери, заглядывая в открывшийся проём и видя спину мужа.

Чутьё подсказывало, что мне представился редкий шанс услышать правду.

– Хватит! – Артём пресёк диалог. – Меня тошнит от всех этих людей. А от неё – больше всего. Уверен, Ибрагимов что-то задумал, а она с ним заодно.

– Брось. Он отдал тебе свою дочь, чтобы скрепить сделку. Не думаешь же ты, что он поставит её под удар?

– Ещё как думаю. Он пожертвует ей, как ненужной фигурой на шахматной доске, чтобы добраться до меня.

– В твоей власти уберечь её от всего этого, – раздаётся спокойный голос Драгонова. Он поднимается со своего места, попадая в поле моего зрения, и наливает себе выпивку. – Она совсем ребёнок.

– Зачем? – пожимает плечами муж. – Вам лучше других известно, что этот брак никогда не станет настоящим. А от неё я просто избавлюсь, когда получу своё.

Его холодный сарказм подействовал на меня как удар под рёбра.

Отшатываюсь, ощущая каждую костяшку на его кулаке в своём животе. Воздух вылетает из лёгких, пока я силюсь понять, что он имеет в виду.

Каким образом он избавится от меня?

Сглатываю слюну.

Интересно, мой папочка в курсе планов Островского? Или, может, у них такой уговор? Исключить меня из жизни. Нет Дианы – нет проблем.

Островский, словно зверь, учуявший кровь, обернулся, тут же ловя мой испуганный взгляд.

Я ожидала, что он стушуется. Подойдёт ко мне и примется оправдываться. Но его красивые губы поломала удовлетворённая улыбка. Догадываюсь, ему даже нравилось, что я стала свидетелем этого разговора.

Как ни странно, другие мужчины не обнаружили моего присутствия. Я попятилась, испытывая острую потребность сбежать из этого ужасного места, где меня не ждёт ничего хорошего.

На лбу от напряжения выступил пот, и я даже не заметила, как врезалась в человека, оказавшегося за моей спиной.

– Диана, что ты здесь делаешь? – раздался мелодичный голос Лили. Как мне стало известно, старшей сестры Артёма.

Она со странным выражением вглядывалась в моё лицо. Очевидно, бледное и испуганное. Мне хотелось попросить у неё помощи, но уверена, она не пойдёт против своего драгоценного братца.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.