Со стоном отстраняюсь от горячего тела Нади и провожу рукой по лицу. Я не хочу, чтобы копы приближались к этому месту. Они начнут задавать вопросы о камерах наблюдения, которые устанавливаю, и о секретных коридорах для высокопоставленных клиентов.

— Нет. Как насчет того, чтобы послать Марко и Рико?

— Сейчас они работают над устранением шумной толпы футболистов, — в ее голосе слышится отчаяние.

— Хорошо. Я позабочусь об этом, — нажимаю кнопку, чтобы завершить звонок, и выскальзываю из-под одеяла.

Ночью кондиционер сохраняет достаточную прохладу, чтобы мой член подрагивал от прикосновения воздуха.

Скоро я вернусь, разбужу Надю, и согреюсь.

Быстро одевшись, бросаюсь вниз по лестнице и сажусь в машину.

На парковке тихо и пусто, когда заезжаю на нее.

Выхожу, от потрескавшегося асфальта исходит тепло. Схватив пистолет и фонарик, я медленно пробираюсь к главному входу.

Не вижу никаких следов разбитого стекла, поэтому проверяю сигнал тревоги в своем приложении.

Да, что-то все еще срабатывает внутри здания.

Черт.

Я набираю код, открывая дверь, и жду, пока она бесшумно закроется за мной.

Темнота поглощает звуки, а в воздухе витает тяжелый запах краски.

Я напрягаю уши, чтобы услышать хоть какой-то шум, но ничто не движется.

Тихо перешагивая через множество удлинителей, разбросанных по полу, я начинаю медленно идти к первой комнате.

Ничего.

Еще один поворот в пустой зал.

Хотел бы лучше знать здешнюю планировку. Я бы сейчас не тратил времени, а проводил бы с Надей каждую свободную минуту.

Я бы предпочел узнать каждый дюйм ее тела, чем это место. Которое не обладает той же привлекательностью.

Ха. Похоже, мои приоритеты сместились.

Что-то подсказывает мне, что нужно сказать «к черту» и уйти. Пусть преступник делает свое дело, а я разберусь со всем позже.

Кто бы они ни были, они могут занять это место. Я получил от сделки все, что было нужно.

На полпути решаю, что с меня хватит. Прошло уже почти два часа. Я ничего не нашел, и мне надоело тратить время впустую.

Что-то хрустит под моей ногой.

Разбитое стекло?

От резкой боли оружие и фонарь падают из рук, когда из потайной двери на меня летит лом.

Откатившись назад, я уворачиваюсь и едва избегаю удара в голову.

Черт.

Я поднимаюсь и отступаю. Запястье ноет.

— Я надеялся, что это будешь ты, — грозный голос эхом разносится по темному коридору.

Тень человека нависает надо мной, и он отбрасывает мой пистолет.

— Ты хоть представляешь, сколько денег мне стоило нанять тех людей, чтобы они мешали твоим головорезам? Я знал, что ты не захочешь вызывать копов, — когда вспыхивает свет, узнаю впалые глаза засранца Дрю Аллена.

— Конечно, это ты, — ворчу я, прижимая левую руку к телу. Кажется она сломана. Сука, как больно. — Я не заставлял твою жену изменять тебе, придурок. Она сама пришла в клуб.

Он размахивает своим оружием, как битой, заставляя меня отпрыгнуть в сторону.

— Ее бы там не было, если бы не твой проклятый клуб! — его голос срывается, и он бросается ко мне, острые зубья нацелены прямо на меня.

— Ты сумасшедший, ты знаешь это?

Или, может, это я сумасшедший, пытаюсь кричать на человека с яростным желанием убить меня, в то время как мне нечем защититься.

Повернувшись, бегу в направлении выхода.

Но цепляюсь за крюк лома, и падаю грудью на холодный пол.

Этот парень выводит меня из себя.

Резко выставляю ногу, задевая его коленом.

Он с криком падает, и я слышу, как тяжелая стальная балка отскакивает от бетона.

Я снова бью ногой, пытаясь попасть в голову, но пятка лишь скользит по его плечу. Рука не может держать мой вес, и я использую локоть, чтобы подняться.

Слышу, как он идет за мной за угол.

Это плохо закончится для одного из нас.

А я не проигрываю. То, что Надя голая в моей постели, тому доказательство.

Резко повернув, хватаюсь за дверной косяк, прячась в темной комнате.

Запах химикатов обжигает нос. Задерживая дыхание, я жду его шагов.

Когда он пытается пробежать мимо, резко распахиваю дверь. Глухой удар эхом разносится по пустому зданию, за которым следует стон, когда он снова падает.

Газовая горелка переворачивается и катится вдоль стены.

Это именно то, что нужно.

Схватив, я переворачиваю баллон и выбегаю в коридор, подняв над головой. Размахнувшись, изо всех сил бью по спине.

Его пронзительный крик отражается от панельных стен, что в ушах звенит.

Я снова поднимаю руку для удара, но на этот раз он блокирует его локтем.

Подцепив мою ногу, он дергает, и я падаю, ударяясь затылком о пол так сильно, что перед глазами начинают мелькать звезды.

Черт.

Его пальцы вонзаются в мое бедро, затем в ребра, когда он усаживается на меня верхом. Первый кулак находит щеку, другой — висок, усиливая звон в голове.

Нет, я не собираюсь так сдаваться.

Перевернув металлическую трубку газовой горелки, нахожу и нажимаю на спусковой крючок, выпуская голубое пламя прямо ему в глаза.

Обе руки резко взмывают к лицу, но я не отпускаю.

Огонь охватывает его волосы и рубашку.

Спрыгнув с меня, он пятится назад в комнату, в которой я прятался.

Черт.

Я знаю, что там хранится.

Волоку себя как можно быстрее и успеваю спрятаться за хлипкую стену, когда что-то взрывается, высасывая весь воздух.

Черт возьми, нет!

Ужасное головокружение, но я поднимаюсь на ноги и пытаюсь бежать.

Огонь с шипением окружает меня и сбивает обратно на кафельный пол.

Его крик достигает новых высот, пока пламя не заставляет замолчать.

Мне нужно выбраться отсюда.

Столб ядовитого дыма клубится надо мной, душа парами.

Прикрываю нос и дышу через рукав, продолжая ползти к выходу. Глаза горят, а тьма сгущается вокруг, затуманивая, и невозможно понять, куда идти.

Закашлявшись, я падаю на живот и пытаюсь ползти дальше. Головокружение не дает сосредоточиться. Может, если я просто прилягу на мгновение, воздух станет чище...

Надя

Не знаю от чего просыпаюсь.

Но там, где должен быть Роман, кровать холодная.

Где он?

Накинув халат, я двигаюсь на кухню.

Обычно он встает и готовит кофе до моего прихода. Кофемашина пустая и сухая.

Что за черт?

Я долго не могу найти свой телефон, а когда нахожу, то вижу три пропущенных вызова с неизвестного номера, и два сообщения на автоответчик.

— Это для миссис Нади Петровой. Ваш муж сейчас в Главном Медицинском Центре, но вскоре будет переведен. Пожалуйста, свяжитесь с нами как можно скорее, — это женский голос, и на второй записи он звучит раздраженно.

Меня охватывает холодный пот.

Больница?

Он ранен?

Я нажимаю на повторный вызов и начинаю ходить взад-вперед, пока кто-то не ответит. Меня переводят через трех человек, прежде чем я слышу тот же голос, что был на записях автоответчика.

— О, да. Миссис Петрова, вашего мужа как раз сейчас переводят, — гнусавый тон начинает действовать мне на нервы.

— Где? Что случилось? Он в порядке? — я в панике и хочу получить ответы.

— Он пострадал в пожаре и надышался дымом. Его переводят в тюрьму Лас-Вегаса, — она быстро произносит слова, словно торопится.

— Подождите, в тюрьму? Почему? — у меня голова идет кругом.

Он только что был здесь, а теперь его сажают?

— У меня нет такой информации, вам придется позвонить в их офис, чтобы узнать больше, — линия затихает.

Эта сука бросила трубку, сообщив мне такую новость?

Впопыхах хватаю одежду, сумочку, телефон и все остальное, что попадается под руку.

Как это вообще произошло?

Мои пальцы летают по экрану в поиске, пока я сажусь в машину. Я даже не знаю, куда еду, но знаю, что должна куда-то поехать.

— Рошель? Мне нужна помощь, — на нее можно рассчитывать.