Пышное платье кружится вокруг нее, когда она увлекает за собой молчаливого мужа вниз по ступенькам.

Что ж, все прошло лучше, чем ожидалось.

Надя смотрит ей вслед, большие глаза практически не моргают, пока Элизабет не исчезает.

— Не могу поверить, что ты ее знаешь. Она такая… потрясающая, — говорит Надя, со вздохом опускаясь на стул.

Впервые за неделю она выглядит счастливой.

— Знаешь, я не плохой человек. Я просто не хочу, чтобы кто-то прикасался к тому, что принадлежит мне, — вонзаю вилку в карбонару, и поднимаю кусочек, подчеркивая свою мысль. — А ты — моя. Пока носишь это кольцо, — указываю на ее левую руку, обхватывающую бокал с вином.

Она крутит кольцо с бриллиантом на тонком пальце.

— Теперь я это понимаю.

Я жду, что она снимет кольцо, но вместо этого поворачивает его так, чтобы оно сияло во всей своей красе. Это может быть хорошим знаком.

Совсем другой кайф — говорить всем, что она принадлежит мне. Этот блестящий камень — лишь маленький символ того, насколько она стала для меня важной. Никогда не думал, что буду желать ее так сильно, как сейчас.

Когда убирают десертные тарелки, я достаю бумаги, которые она так хочет подписать.

Те самые, которые дадут мне право на собственность.

Только один шаг остается после этого.

Развод.

Мой желудок сжимается при мысли о том, что она уйдет. Но я не могу заставить ее остаться. Я не такой, как семья Косковичей, которая старалась нас уничтожить.

По законам моего отца брак по принуждению не имеет место быть.

По моим тоже.

Ее лицо бледнеет, она берет ручку.

— Как долго это будет длиться? — шепчет она.

Острие ручки дрожит над бумагой.

Она колеблется перед тем, как подписать?

— Несколько недель, — хотел бы я, чтобы это было навсегда.

Она тяжело сглатывает, и ставит подпись.

Не знаю почему, но кажется, что воздух стал плотнее и давит на мои плечи.

Обратный отсчет начался.

— Можем мы, пожалуйста, уйти? — она поднимает голову, и клянусь, вижу блеск слез в ее глазах.

— Конечно, — помогаю ей подняться и притягиваю к себе.

Я хочу чувствовать ее рядом с собой так долго, на сколько она это позволит.

Надя

Я заперлась от него на всю ночь. Ужин был слишком насыщенным, все это казалось… слишком реальным. Каждый раз, когда смотрю в его глубокие карие глаза, я теряюсь, но в то же время нахожу себя.

Мысль о нашем будущем вместе, пугает, ведь отдав ему свое сердце, он может его разбить.

Но он первый мужчина, который по-настоящему раскрыл мое истинное — я.

Он открыл ту часть меня, которую я так долго хоронила, и из-за которой испытывала стыд.

Перевернувшись на бок, беру с ночного столика электронную книгу.

Я не продвинулась дальше, чем была в тот день, когда Роман постучал и пришел ко мне домой. У меня нет желания дочитывать это. Не тогда, когда я знаю, что мой собственный книжный герой, пусть и фальшивый муж, находится по ту сторону двери.

Человек, который готов убить за меня.

Мужчина, способный раскрыть все мои желания, о которых я даже не подозревала.

Мои глаза пробегают по странице. Ах да, сцена с двумя мужчинами. Тело начинает разгораться не из-за слов, а из-за собственных воспоминаний, которые всплывают в голове.

Снова думаю, как это было — находиться под полным контролем Романа.

Я так поглощена мыслями о нем, что пропускаю две страницы и приходится возвращаться назад.

— Что со мной не так? — стону, закрывая лицо.

Я возбуждена, слегка напугана своим фальшивым мужем, но в то же время отчаянно хочу, чтобы он ворвался в эту дверь, поднял меня на руки и трахнул так, чтобы не смогла ходить.

Более того, я хочу узнать все об этом человеке. Я хочу его сердце так же сильно, как и огромный член.

С трудом читаю еще две главы, но они уже не оказывают на меня того же эффекта, как раньше. И только собираюсь сдаться, раздается громкий стук в дверь, а затем она с грохотом распахивается.

Я сажусь, подтягивая одеяло к шее, и прикусываю губу, когда Роман входит в комнату в серых спортивных штанах и черной футболке.

— Это сводит меня с ума, lastochka, — в его словах почти звучит отчаяние.

Я поднимаю бровь, глядя на него.

— Что, Роман? — шепчу, не доверяя своему голосу.

Он подходит к краю кровати, возвышаясь надо мной, замечая электронную книгу.

— Что моя жена здесь, одна, когда должна быть в постели мужа, чтобы он мог о ней позаботиться.

— Это не было частью сделки.

— К черту сделку. Это не то, что я хочу, детка. Я хочу тебя.

Он нежно поднимает мой подбородок и поглаживает щеку большим пальцем. Его глаза блестят в приглушенном свете, и говорят мне все, что я должна знать.

Это больше, чем бизнес, больше, чем секс.

Это наше будущее. Наши сердца. Начало нашей новой жизни.

— Ты уверен? Тебе достаточно одной женщины?

Я хочу избавиться от своей неуверенности, но она никогда не покинет меня, и я должна знать.

— Ты не просто кто-то. Ты моя женщина. Моя жена. Тебя всегда будет достаточно.

Он садится на кровать, обнимая за плечи, и я кладу голову на его грудь. Поднимает электронную книгу и кладет ее в мою руку. Мои щеки заливает румянец.

— Думаю, вопрос в том, достаточно ли для тебя одного мужчины?

Я хихикаю, и он напрягается рядом со мной.

О черт, он серьезно.

— Это было один раз, и больше никогда не повторится. Мне нужен только ты, — я скольжу руками по его прессу и нащупываю растущую эрекцию. — Ну, и он тоже.

Смотрю на него, а он ухмыляется.

— Продолжай читать, детка, покажи, что тебя заводит, — глубокий русский акцент заставляет меня извиваться в его объятиях, и я выполняю приказ, читая, пока он гладит мою спину.

— Нравится?

— Ммм? — облизываю губы, честно говоря, я больше сосредоточена на его члене и на прикосновениях. — Вполне неплохо.

Он забирает электронную книгу, и я позволяю ей упасть на кровать.

Издав тихий писк, оказываюсь на его коленях, обвивая ногами талию. Наши носы касаются друг друга, а его пальцы вонзаются в мои ягодицы почти до боли.

— Книги существуют для того, чтобы убежать от реальности, но та реальность, которую я могу тебе дать, будет всем, о чем ты когда-либо мечтала. Ты уже попробовала, а теперь позволь мне показать, каково это — быть полностью моей.

Мое сердце бешено колотится от его слов.

— Я хочу тебя, lastochka. Навсегда.

Я прижимаю свои губы к его, это единственная реакция, которая приходит мне в голову, чтобы показать, как много он для меня значит. Но он хватает меня за подбородок.

— Скажи, что ты моя. Скажи, что ты моя жена, не ради сделки, а на всю жизнь.

Я не трачу ни секунды на ответ.

— Я твоя, Роман. Теперь, пожалуйста, сделай меня своей хорошей маленькой шлюшкой и нагни так, чтобы я забыла, кто я.

— Как пожелаешь. Но я никогда не позволю тебе забыть нашу фамилию.

Он оттягивает большим пальцем мою нижнюю губу. Другая рука скользит по талии, вызывая дрожь предвкушения.

— Насколько моя жена мокрая для меня? — шепчет мне в губы.

— Очень.

Сексуальная улыбка появляется, когда он забирается под атласные трусики.

— Хм, — бормочет он, слегка поглаживая клитор, заставляя задыхаться. — Ты прошла первый тест, теперь готова играть? — он погружает в меня пальцы и сгибает их. Я откидываю голову назад, испуская стон. — Я воспринимаю это как — да.

Он наклоняется и начинает сосать мою шею.

Пальцы все еще глубоко во мне, я упираюсь головой в его плечо, и он выносит меня из спальни.

— Помни, ты делаешь то, что я говорю. Ты кончаешь только тогда, когда я разрешаю. Будешь следовать правилам, и получишь удовольствие. Не будешь — получишь соответствующее наказание.

— Я понимаю, сэр.

Прикусываю язык, когда он шлепает меня по заднице и кладет на середину своей гигантской кровати.