— Дам.

— Покажи сахар — скажу.

Продавец зашел в магазин за кусочком сахара. Проходя мимо бочки с керосином, вспомнил, ведро прохудилось. Он ручным насосом выкачивал керосин из бочки в ведро и уже из ведра разливал покупателям.

Взял кусочек сахару, вернулся.

— Ну, говори.

— На дворе трава, на траве дрова.

Продавцу стало скучно.

— Возьми сахар и иди.

— Хочешь, я тебе песню спою?

— На что мне песня? Вот если кто принесет мне старое ведро, тому я дам десять конфет.

Детям не по душе торговля. Они разошлись по домам. Один из мальчиков вспомнил о шахбазовском ведре. «Десять конфет».

Засунув руки в карманы, он ходил вокруг шахбазовского сеновала. Никого не было. Поднялся на крышу и через дымовое отверстие спрыгнул на сено. Схватил ведро и, запыхавшись, прибежал в магазин. Никто не обратил на него внимания.

Увидев клей, продавец недовольно сказал:

— Кто станет это отмывать? — Достал из ящика две конфеты: — На, а ведро выбрось в реку.

Мальчик взял конфеты, оставил ведро и убежал. Целый день ведро стояло возле бочки с керосином. Продавец мысленно обругал мальчика и сказал сторожу:

— Выбрось это грязное ведро.

Сторож взял ведро и вышел на улицу. Прошел немного, увидел играющих детей и подозвал одного:

— Выбрось куда-нибудь.

Ребенок взял ведро и побежал. Увидел яму, полную дождевой воды. Швырнул туда ведро и бегом возвратился продолжать игру.

— Го-го!..

Строится здание новой гостиницы. Прораб приказал:

— Уберите строительный мусор, очистите территорию!

Возчик везет мусор. Пилос с лопатой на плече идет за ним.

— Го-го...

Тележка остановилась на краю ямы.

— Давай, Пилос, засыплем яму, выровняем дорогу.

Пилос влез на телегу, чтобы высыпать мусор, но вдруг заметил, в яме ведро. Спустился посмотреть.

«Может, не дырявое, в доме пригодится».

Взял и начал осматривать. Возчик крикнул:

— Слушай, брось ты это грязное ведро. Ты же не Еранос: что ни увидит, все к себе тащит.

Пилос бросил ведро, снова влез на телегу, высыпал мусор в яму, сошел, разровнял дорогу.

— Го-го...

Телега поехала обратно.

Невестка Шахбаза искала, искала ведро, не нашла.

Побежала к Хачануш.

— Пропало!

— Не беспокойся, я у тебя не потребую доли.

Та заплакала. Хачануш все равно не поверила. Невестка Шахбаза поклялась всеми святыми. Пришла домой, избила сына.

— Скажи, на сеновал лазил?.. Ведро видел?..

Он рассказал все как было.

Невестка Шахбаза решила, что кто-нибудь из детей нашел золото и взял ведро. Стала бить себя по коленям:

— Ох, кому-то еще принесет оно несчастье?..

Село наше находилось далеко от центральной магистрали. Дома, казалось, карабкались в гору: верхние на самом краю косогора, нижние — внизу, в ущелье. В середине апреля здесь цвели вишни, а на косогоре все еще искрились белые звездочки снега. В дождливые дни вода ручьями сбегала во дворы, размывала прилипшие к склону кровли, заливала дома. И каждое лето сельчане с недовольным ворчанием латали свои кровли. В селе поговаривали, что нас будут переселять, землю отведут под пастбища, однако перемен пока не предвиделось. Село жило старыми, однообразными буднями.

Мой отец, смуглый, крепко сбитый мужчина лет за сорок, с детства пас телят, потом взялся за колхозное стадо коров. Он копил деньги, чтобы построить для меня новый дом наподобие того, который возвел Бородатый Смбат, наш колхозный счетовод. Это был один на все село двухэтажный дом с садом и бассейном. Часто можно было видеть там уважаемых гостей из райцентра. Бородатый Смбат надменно говорил, что он решает важные для всех вопросы. Отец мой недовольно бурчал: «Дом-то на наши деньги построил, негодяй». Зато моя мать не больно задумывалась над тем, кто в каком доме живет. Ее занимало одно: услать меня подальше от «вековых хлевов». Она хотела, чтобы ее единственный сын устроился в Ереване и взял их к себе.

Неожиданно в наших краях появился новый учитель — лет за тридцать, в бежевом костюме, большеглазый, с густыми темно-русыми волосами. Он приехал, чтобы сделать наше село живой частицей мира, бесчисленными невидимыми нитями связать его со вселенной. И уроки географии у нас в школе стали оживленней.

— Итак, ребята, все вы, наверное, знаете, что одна зажженная на всю ночь электрическая лампочка съедает два кубометра севанской воды. А ведь лампочка горит зря.

Я мысленно прикинул, сколько электрических лампочек зажигается по всей Армении, и воды озера Севана представились мне неиссякаемыми водами океана.

— Папаян, подойди, пожалуйста, к карте.

Я подошел. Он очертил указкой белые полярные просторы:

— Что это, по-твоему?

— Ледяные поля.

— Так вот тебе задание. Построй-ка здесь поселок на тысячу жителей. У них должны быть теплые и светлые жилища, парники и, что самое главное, — работа.

Я в растерянности посмотрел на карту. Недолго поразмыслив, я решил с помощью ледоколов проложить путь и на судах доставить стройматериалы. Учитель поправил меня:

— Вот видишь? Только собираешься вступить в жизнь, и уже подавай вам все на тарелочке. Каждый из вас должен быть готовым к организации производства, а для этого в первую очередь необходимо обрести яркое воображение. Итак, в нашем распоряжении палатки, трубы, генераторы и знания. Что нужно для постройки дома? Камень? А мы берем лед. Лед надо резать? Мы -не режем, мы берем воду, которая моментально замерзает в полярных условиях. Нужна оболовка? Расходуем несколько палаток. Где достать воду? Из океана. Прогрызаем лед с помощью прогревателя, привязанного к проводу. Вода в трубах замерзает? Как быть? Ведь не иссякла же наша фантазия... В льдинах методом протаивания бурим туннели, строим ледяные дворцы. Ну же! Каждый из вас пусть самостоятельно построит сказочный город. Но с оговоркой. Там будете жить вы с вашими каждодневными заботами. И помните, ребята, ведь то, что у нас сегодня, вся наша действительность, тоже было когда-то сказкой.

Он так легко переносил нас в мир своего воображения, что мы, обыкновенные сельские ребята, и не догадывались, с каким увлечением и как глубоко усвоили заданный урок. И этот урок становился той ступенькой знаний, по которой мы обретали фантазию. Мы мысленно достигали самых отдаленных уголков нашей Родины: на Севере строили города из льда, в болотах Сибири — судоходные каналы, в пустынях устанавливали электростанции, работающие на ветру. Колхозные поля вспахивались электрическими плугами. С посевных площадей в тысячи гектаров пневмонасосы гнали пшеницу по трубам на десятки километров, сушили, просеивали, доставляли на элеватор. Уже с ученической парты мы учились смело смотреть в будущее. В построенных нами поселках люди дышали чистым, без дыма и копоти моторов, воздухом. Солнце, ветер, вода снабжали нас неиссякаемой энергией.

В такие минуты глаза нашего учителя загорались, в них светилась таинственная сила, которая делала его особенным и внушающим почтение. Мысль его летела с такой быстротой, словно все тайны космоса, мироздания он держал при себе и мог преподнести в любой миг.

— Папаян, подойди к карте Армении. — Я подхожу. — Покажи озеро Севан. Так. Молодец. А теперь выйди к реке Арпе по прямой. Что ты встретил по дороге?

— Горы.

— Есть проект: по трубопроводу перекачать в Севан воды реки Арпы. Возможно ли это?

Я смотрю на карту. На территории Кечута Арпа выше уровня моря на 2000 метров. Самая высокая точка Варденисского хребта — 3200 метров.

— Нет, невозможно.

— Предложенный проект состоит в следующем: построить на реке Арпе электростанцию и с помощью мощных насосных установок перекачивать воду в Севан. Это обойдется республике чрезвычайно дорого. Помоги проектировщикам создать более доступный вариант.