Арбалетные болты вылетели из стен с обеих сторон — дюжина одновременно. Максим успел поднять щит, но он не был рассчитан на такой град. Магический барьер покрылся трещинами, разлетелся на осколки. Три болта пробили его защиту, вонзившись в плечо и бедро.

Он рухнул на колени с криком боли.

Анастасия бросилась к нему, её призрачные двойники окружили их, создавая хаос, сбивая с толку врагов. Но их было слишком много. Бандиты выбегали из дверей, окружая их.

Эллада кричала предупреждения, но в суматохе, в грохоте боя, в криках раненого Максима её никто не слышал.

Ирина стреляла сверху, её стрелы были точны, каждая находила цель. Но она была слишком далеко, чтобы помочь по-настоящему.

И тогда появился ОН.

Борис Кремень вышел из склада медленно, уверенно. Массивный мужчина, почти два метра ростом, с широкими плечами и лицом, покрытым шрамами. Вокруг его рук были обмотаны толстые цепи, светящиеся магическими рунами. Его магические следы были тёмно-красными, пульсирующими злобой.

«Академия прислала детей?» — его голос был низким, насмешливым. — «Как трогательно».

Он взмахнул руками, и цепи ожили. Они вылетели вперёд, как живые змеи, устремляясь к Максиму, который пытался подняться.

«Удушающие Оковы»!

Цепи обвили его шею, руки, грудь. Магия Бориса начала высасывать Поток из Максима, душить его не только физически, но и магически. Его лицо побелело, глаза округлились от ужаса.

Ирина попыталась выстрелить в Бориса, но тот мгновенно дёрнул Максима перед собой, используя его как щит.

«Стреляй, лучница!» — засмеялся он. — «Посмотрим, насколько ты точна!»

Анастасия была вынуждена отступить. Её призрачные двойники атаковали бандитов, но без поддержки Максима и Ирины она не могла одновременно защищаться и нападать. Она схватила Максима за руку, пытаясь вырвать его из цепей, но магия Бориса была слишком сильна.

Эллада закричала: «ОТСТУПАЙТЕ!»

Она выпустила звуковую волну — мощную, дезориентирующую. Бандиты схватились за головы, их концентрация сломалась на несколько секунд. Достаточно, чтобы Анастасия рванула Максима, выдернув его из цепей.

Они бежали. Бежали, оставляя за собой кровь, стыд и поражение.

Старый склад на окраине города был холодным и мрачным. Команда сидела на полу в гробовой тишине, каждый погружённый в собственные мысли.

Максим держался за горло, на котором остались тёмные следы магических ожогов от цепей Бориса. Его дыхание было хриплым, болезненным. Три арбалетных болта были извлечены, но раны кровоточили.

Ирина отвернулась к стене, её спина была напряжена. Её лицо горело от стыда, хотя она не показывала этого.

Эллада сжалась в углу, обхватив колени руками, её огромные тёмные глаза были полны невыплаканных слёз.

Анастасия смотрела на свои руки, покрытые царапинами и чужой кровью. Её кинжалы лежали рядом, всё ещё в ножнах. Она не успела даже достать их.

«Мы провалились», — тихо произнесла она, её голос был лишён эмоций. — «И дети всё ещё там. Завтра Борис переместит их. Мы упустили единственный шанс».

Максим хотел что-то сказать, но его голос превратился в болезненный хрип. Он замолчал.

Ирина резко встала, развернувшись к ним. Её лицо было бледным, но глаза горели яростью.

«Это всё из-за твоего дурацкого „плана", Теневая!» — её голос дрожал. — «Если бы вы просто слушали меня, если бы дали мне действовать свободно…»

«Если бы ТЫ не стреляла раньше времени, нас бы не обнаружили!» — впервые за всё время Анастасия повысила голос, вскакивая на ноги. — «Ты не могла подождать пять секунд! Пять секунд, и мы были бы внутри!»

«А ТЫ не могла контролировать своих людей!» — крикнула Ирина в ответ. — «Этот импульсивный дурак, — она указала на Максима, — бросился вперёд без оглядки!»

Максим попытался встать, его лицо исказилось от гнева, но боль заставила его осесть обратно.

Конфликт готов был перерасти в драку. Анастасия и Ирина стояли напротив друг друга, их руки уже тянулись к оружию.

И тогда Эллада закричала.

«ХВАТИТ!»

Её голос был магически усилен, он ударил по ушам физической волной, заставляя всех замолчать. Эхо разнеслось по пустому складу, а затем наступила оглушающая тишина.

Эллада медленно поднялась, её маленькая фигура дрожала, но голос был твёрдым.

«Мы все виноваты», — сказала она, глядя на каждого по очереди. — «Каждый из нас. Ирина, ты выстрелила, не дождавшись команды, потому что хотела доказать своё превосходство. Максим, ты бросился вперёд, потому что не смог контролировать свои эмоции. Анна, ты приняла компромиссный план, вместо того чтобы настоять на своём. А я… я предупреждала вас, но не достаточно громко, не достаточно убедительно».

Она сделала шаг вперёд, слёзы текли по её щекам.

«Мы не команда. Мы — четыре эгоиста, пытающихся доказать своё превосходство. Четыре одиночки, которые не могут доверять друг другу. И из-за этого… из-за этого сорок семь детей проведут ещё одну ночь в клетках. Боясь. Страдая. Ожидая смерти».

Её слова падали в тишину, как камни в воду. Круги расходились, достигая каждого сердца.

Ирина медленно опустилась на пол, её лицо было скрыто руками.

Максим закрыл глаза, его губы беззвучно шевелились — возможно, молитва, возможно, проклятие самому себе.

Анастасия стояла неподвижно, а затем тоже села, обхватив колени.

Никто не говорил. Не нужно было. Каждый знал правду.

Они провалились не потому, что были слабы. Они провалились, потому что не были командой.

И сорок семь детей заплатили цену за их гордость.

Глава 22: Танец вчетвером

Утро наступило незамеченным. Никто из четверых не спал. Они сидели в том же старом складе, где провели ночь после провала, но атмосфера была совершенно иной. Больше не было взаимных обвинений, громких голосов, пылающих от гнева глаз. Была тишина. Тяжёлая, болезненная, но наполненная чем-то новым — решимостью. Не яростной, не импульсивной. Тихой, холодной, непоколебимой.

Эллада первая встала, подошла к окну. За грязным стеклом рассвет окрашивал небо в оттенки серого и бледно-розового. Где-то там, в порту, в заброшенных доках, сорок семь детей просыпались в клетках. Ещё один день в аду. Ещё один день ожидания смерти.

«Мы должны вернуться», — тихо сказала она, не оборачиваясь. — «Сегодня».

Максим поднял голову. Его горло всё ещё болело, голос был хриплым, но твёрдым: «Да. Сегодня».

Ирина молча кивнула, её ледяные глаза больше не горели высокомерием. Только усталость и что-то другое — стыд, может быть. Или признание.

Анастасия встала, подошла к столу и разложила на нём схему доков. Та же карта, что и вчера, но теперь она смотрела на неё другими глазами. Не глазами лидера, знающего правильный ответ. Глазами партнёра, ищущего решение вместе с командой.

«Нам нужен новый план», — сказала она. Затем, помедлив, добавила то, что никогда не говорила раньше: — «И я не могу создать его одна».

Она посмотрела на Ирину. «Ирина, где ты можешь занять позицию, чтобы видеть все входы, но не быть замеченной? Мне нужен твой профессиональный совет».

Ирина вздрогнула от неожиданности. Вопрос вместо приказа. Просьба о совете вместо диктата. Она подошла к карте, изучая её. Её пальцы скользили по схеме, отмечая углы обзора, дистанции, высоты.

«Есть старая водонапорная башня, — наконец сказала она, указывая на точку в трёхстах метрах от доков. — Выше, чем та, где я была вчера. Оттуда я вижу весь периметр. Все входы, все окна, даже часть подвала, если они откроют люк. Но дальность больше. Я должна быть уверена в каждом выстреле».

«Ты будешь», — спокойно сказала Анастасия. — «Потому что ты не будешь стрелять наугад. Ты будешь стрелять только когда Эллада даст сигнал».

Она повернулась к Максиму. «Максим, твои щиты могут выдержать удар цепей Бориса?»

Максим потёр горло, вспоминая вчерашнюю боль «Удушающих Оков». «Один удар — да. Возможно, два. Но не больше. Его магия слишком сильна. Она буквально высасывает Поток из щита».