— А местные?

— Местные меж собой разбираются. В Вышеграде уличные бои шли, одни стрельцы против других. Бардак твориться, Ваше Благородие, что ни на есть бардак.

— Ну, так наведем порядок, впервые, что ли? — Браво сказал Виктор Светлов.

«Ну-ну».

Рота, которой командовал наследник, имела на вооружении девять «Смерчей» и три колесных танка «Таран». На каждом «Смерче» по десятку стрельцов. Был взвод разведки, на трёх «Маусах», им предстояло двигаться за нами, поддерживать по возможности огнём.

«Смерчи» выстроились рядком, на них быстро забирались стрельцы, проверяли оружие.

Я нацепил Крылья, затянул ремни.

Предстоял бой.

«И ещё какой». Сказал Миро. «Чувствуешь?»

«Нет». Генераторы экрана покоя забивали всю энергетику.

«Смести внимание».

Под нами бурлила энергия Основы Миров. Та самая чистая, дистиллированная энергия, не прошедшая фильтры планетарной ноосферы, мерными толчками беспокоила мир.

Бум! Бум! Бум!

Огромное сердце билось там, среди эльфийского Маяка.

Оно звало, оно ждало, оно открыло тонкую нить тропы меж мирами. Однако тому, кто желал пройти в этот мир, такая тропка была узка. И нужно было что-то ещё, расширяющее путь.

Жертва. Самое простое действие для тех, кто не желает учиться тонкостям Искусства, а хочет всего и сразу. Встань под знамена тех, кто сильнее, покажи им свою преданность, напитай их энергией смерти — и у тебя все будет!

Мысли оказались неожиданно яркими, настоящими. Я встряхнулся, как кот.

«Вот оно». Сказал Миро. «Это аура высшей сущности, которая лезет сюда».

— Мастер Трегарт. — Передо мной возник полноватый мужчина в форме стрельца. Из оружия лишь «Танго» в кобуре на поясе. Округлое лицо беспокойно, полные губы, короткая прическа, синие глаза-биомехи.

— Кто вы?

— Виктор Стрельцов, третий курс Института. Ранг ученик. Командир взвода разведки. Рад знакомству с вами.

— Взаимно.

— Мирослав, в машину! — Крикнул Виктор Светлов из штабного «Мауса».

«Давай лучше сами. Техника будет только мешать».

— Я смогу сам, Ваше Благородие. — Крылья развернулись у меня за спиной.

— Ничего себе! — Глаза наследника горели шальным восторгом.

— Дарина! В машину! Защита на тебе! — С этими словами я взмыл в небо.

Следом за мной в небо последовала Кира и Мила.

Колонна техники обогнула штаб, и двинулась к полю боя.

Я поднялся выше, и внизу открылась картина сражения.

Черные кляксы наступали широким фронтом, без всякого порядка. Стрельцы закрепились в складках местности, и, поддерживаемые боевой техники, отбивали натиск. У стрельцов получалось, поле перед маяком было усеяно тушами существ и телами людей.

Миро приблизил картинку.

Существо напоминало многорукого кентавра. Лошадиное тело и похожий на человека торс, оканчивающийся двумя мускулистыми руками, мощные ноги, гладкая кожа, по которой змеились тончайшие татуировки. На месте головы находилось месиво мяса, костей и серебристой проволоки биомехов.

Рядом с кентавром валялся всадник. Громадный мужик, одетый в набедренную повязку, татуированный с ног до головы. Даже после смерти он не выпустил оружия, длинного изогнутого меча с зазубренным обухом.

«Ничего нового». Сокрушенно сказал Миро. «Эль-Ушкье и кривые подделки под Танцоры Плоты».

«Ты уже встречался с ними?»

«А то. Они давно на Дороге».

Позади меня раздался рев. Артиллерия начала обработку переднего края фронта.

Через холмы к краю строений Маяка потянулись цепочки ярко-алых вспышек. Одна за другой, они катились вперёд, скрывая тундру в облаках серого дыма. Боеприпасы не простые, тонкие нити энергии метались среди разрывов, поглощая ауру живых существ.

Вслед за ними вперёд двинулись коробочки бронетехники, «Смерчи» и «Тараны», поддерживаемые пехотой.

«Это к нам». Сказал Миро.

От развалин к нам быстро приближались черные черточки.

Кибернетические драконы. Не такие, как я видел раньше. Поменьше размером, вытянутые в длину, с острыми длинными мордами и горящими серебром глазами. На холке каждого дракона замер всадник, вооруженный длинным ружьем.

Раз, два, три… Пять.

За моей спиной Кира открыла огонь.

Две очереди. Пули, наполненные энергией, пронзили защиту первого дракона. Всадник вылетел из седла, и, кувыркаясь, отправился к земле.

Мила ударила чуть позже. Волна звука, сложенная с энергией, понеслась перед нами, разбивая слитный строй.

А потом ударил я.

Запело радостно Сердце Пламени, накачивая меня энергией. Три сияющие синевой искры метнулись к дракону. Всадник начал быстро махать руками, защита передней полусферы налилась энергией. Не получилось, искры впитались в экран покоя, перегружая его помехами. Защита лопнула, дракон изогнул морду, ловя пастью синюю искру. Хлопнул челюстями, посмотрел удивленно, и, перекрутившись всем телом, сорвался в пике.

Минус два.

Три оставшихся дракона заложили вираж, пытаясь набрать высоту.

Кира открыла огонь, пули пронзали защиту, впивались в подставленное брюхо. Короткие вспышки пробежали по серебристой чешуе, биомех вышел из строя. Крыло замерло, дракон начал терять высоту. По его ауре пронеслись волны энергии медицинского симбионта, восстанавливающего тело.

Всадник наклонил ружье к нам, и я ринулся выше на пару метров. Ярко-алый луч прошёл подо мной, ноги обдало жаром.

Огнестрельное оружие не любят, значит. Лазерами стреляют.

«Это тепловая пушка». Сказал Миро. «Штука хорошая, но капризная!»

Мила запела вновь, драконы смешались, запаниковали.

Ещё три синие искры наткнулись на укрепившуюся защиту.

Я поглядел вниз.

Цепочка бронетехники 3-ей роты тянулась вдоль холмов, обходя Маяк. Главное поле боя распахивали разрывы, танки и броневики пытались отсечь кельтов от развалин.

Драконы отлетели подальше, перегруппировались, и двинулись на нас. Осторожничали, выставили защиту на максимум. Мила затянула песню, давя их экраны покоя, я выпустил искры, целя в замыкающего. Тот сумел перехватить все, развеять помехами. Зря, Конструктор проанализировал вражеские частоты, подобрал колебания. Сердце Пламени собрало энергию, Универсальный эффектор испустил три искры. Энергетические модули широко разошлись в стороны перед тем, как наброситься на цель.

Две искры лопнули в воздухе, а третья, описав дугу, прожгла дракону брюхо. Тварь раскрыла пасть, мучительно зашипела, плюясь черной кровью, и устремилась к земле.

Оставшиеся драконы ринулись на нас.

На первом сконцентрировалась Мила. Песня сирены перегрузила экран покоя, защита схлопнулась. Всадник выбросил ружье, перекинул ногу через седло, и шагнул в воздух. Дракон удивленно повернул голову, провожая взглядом падающего хозяина. Очередь Киры вспорола ему шею, тварь выгнулась, зашипела, повернулась и помчала подальше от этих мест.

Последний попытался рывком набрать высоту. Дракон открыл пасть, выпустив длинную струю огня. Энергия подхватила пламя, и понесло вперёд, на нас.

Конструктор мгновенно собрал нужную частоту, я поднял руку. Пламя взорвалось у дракона в глотке, разнося ему голову.

«Это разминка». Сказал Миро.

Внизу бронетехника заходила в Маяк. Стрельцы карабкались по развалинам, «Смерчи» занимали позиции. По ним никто не стрелял.

«Пока. Дай мне».

Я расслабился. Сердце Пламени ровно билось у меня в груди.

Волна помех отправилась вниз.

И оттуда пришёл отклик.

«Миро, что это?» Воскликнул я. «Мы опоздали?»

«Нет».

Наперерез колонне 3-й роты торопилось нечто.

Мне это показалось похожим на мимика. Та же скрытая аура, содержащая нотки голода и искалеченного, изуродованного разума. Тот же едва уловимый порядок частот, которыми тварь прикрывалась от внешнего мира. Некое неуловимое чувство, нотки энергии, присущие тварям эльфов.

Но это было куда как мощнее, сильнее.

Волна помех покатилась из руин. Пульсация тёплых солнц девушек, к которому я привык, вдруг сбилось с ритма. Наши Сердца Пламени засияли в море шипящей, беснующейся энергии.