— Боже, Метелкин! Надеюсь, там есть мясо и, хотя бы, пиво! После такого я заслужила!

Девушка с трудом нашла незанятый уголок и припарковала свой красный киа пиканто. Откинулась на сиденье, ощущая теплую испарину на спине. Чуть не встретила Новый год на трассе в компании Метелкина! Что может быть хуже?!

— Да расслабься, Машка! Приехали же! — беспечно заявил Вадим и вылез из машины.

Он перекинул через плечо свою сумку и тут же получил в руки вторую.

— Тащи! — заявила Соболева. — Так куда идти? Теперь-то дорогу покажешь?

— Надо верить людям, Мария Николаевна! Почему вы отпускаете свой тотальный самоконтроль только в пьяном виде? Может это надо проработать? — Вадим не скрывал ехидства в голосе.

— Метелкин, я тебя в сугроб кину! — зашипела Маша. — И я в туалет хочу!

— Гоу, — фыркнул Вадим и потопал в сторону светящегося гирляндой дома, напевая какую-то песенку.

Маша прислушалась и уловила: «По полям, по полям синий трактор едет к нам…»

Вскоре они вошли в большой полутемный холл. Откуда-то издалека слышалась музыка и смех людей.

— Мы, походу, опоздали, — Вадим кинул сумки прямо на пол, выложенный коричневыми досками. — Разувайся. У тебя есть носки? Может наденешь? А то у тебя нос красный.

Он подошел к неприметному шкафу и отодвинул дверцу. Показался целый стеллаж. Маша скинула ботинки и положила их на решетчатую полку. Сняла пуховик и повесила его в другой шкаф.

— Круто выглядишь, — одобрил Вадим, буквально ощупывая девушку взглядом.

Маша ощутила легкий жар в щеках и молча достала из своей сумки толстые вязанные носки с оленями. Натянула их на ноги. Стало гораздо теплее. Туфли пока подождут.

Откуда-то появилась Даша.

— Привет! Мы уже собирались ехать вас искать! — она встревоженно нахмурила брови. — Заблудились, что ли?

— Это все Метелкин. Сусанин недоделанный, — фыркнула Маша, устало потирая щеки. Два часа поездки дались ей нелегко.

— Пойдемте в гостиную! Там все. Мясо готово. А сумки кинь в угол, будем укладываться — покажу комнату, — Даша развернулась и отправилась в сторону шума. По дороге она махнула рукой в сторону белой двери и добавила:

— Гостевой туалет там.

— Круто, — ответила Маша, запоминая. Ща поздоровается и посетит.

Они зашли в такую же полутемную огромную гостиную. В углу стояла разлапистая елка больше двух метров в высоту, богато украшенная разноцветными шарами и гирляндами. И на стенах были гирлянды. Пахло мясом, мандаринами, хвоей и глинтвейном. Сердце Маши радостно забилось. Наконец-то что-то похожее на праздник!

В комнате было примерно пятнадцать человек: парней и девушек примерно её возраста. Но кроме Шатова и Даши она никого не знала.

Впрочем…

В отблесках гирлянды мелькнула голова с розовыми волосами на длинной шее и с красиво очерченными плечами. Девушка чуть повернула голову, и Маша с ужасом узнала в ней звезду «Кубиков» — Инессу Костину. Она здесь откуда? И тут с дивана, на котором сидела Костина, поднялось огромное тело… Мужчина явно лежал на её коленях. Он тоже чуть повернул голову, и Маша увидела, как округляются его глаза и поднимаются брови. В его глазах мелькнуло изумление, которое тут же сменилось колким, явно недружелюбным интересом.

— Метелкин! — зашипела она, переминаясь ногами в носках с оленями. — Быстро обними меня!

— Че? — Вадим ошарашенно посмотрел на нее.

Но Маша сама прижалась к нему.

— Клади, мне руку на плечо! Короче, мы пара на сегодня!

— Понял, не дурак, — оскалился Метелкин, и Маша ощутила его ладонь на своей груди.

— Ты охренел, что ли? — она дернула плечом.

— Мы — пара, — фыркнул Вадим и ощутимо сжал её грудь.

— Романтичная! — процедила Маша, не сводя глаз с Дениса, и попыталась оторвать чужую ладонь от груди. — Грабли убрал!

— Ёпт, Соболева. Ты меня абьюзишь! — обиделся Вадим и положил ладонь ей на ягодицы. — Давай определяйся: пара мы или нет!

— Мы — приличная пара. Как будто двадцать лет женаты. Так что хватит меня лапать. А то локтем получишь. И улыбайся! — тут Маша сама попыталась раздвинуть губы, искренне надеясь, что это похоже на улыбку.

Подскочил Антон. В красном свитере с зеленой елкой он выглядел, как персонаж забугорной комедии.

— Заблудились? — быстро сказал он, не скрывая насмешки в голосе. — Давайте, вливайтесь. Вадим, познакомь Машу со всеми постепенно.

— А нас познакомь, Антон, — раздался бархатный голос, и Маша вздрогнула.

Евстигнеев, похоже, обладал нечеловеческой грацией для такого объемного тела. И совершенно неожиданно и бесшумно появился прямо перед ней, возвышаясь, как утес в бурном море.

— Ага, — кивнул Антон. — Это Денис Евстигнеев, наш будущий инвестор в «Олимп». Это — наш отдел пиара и рекламы. Маша и Вадим. Еще есть начальник, Сергей Егорович, но с ним потом уже… А они — лучшие! Распиарят, что угодно! Особенно, Маша.

— Это да, — фыркнул Денис, и девушка ощутила на себе тяжелый взгляд. Как у медведя в зоопарке. — У Маши язык хорошо работает.

Щеки её вспыхнули жаром стыда, а пальцы слегка задрожали. Вот же ублюдок!

Она вцепилась в Вадима, как в спасательный круг. Тот удивленно покосился на девушку.

— Так вы знакомы? — нахмурился Шатов.

— Чуть-чуть… — усмехнулся Денис. — Мария недолго ходила в мой клуб.

— Да, — Маша нашла в себе силы поднять глаза. — Мне не понравилось. Но бывает. Без обид. Правда же?

— Вам лучше знать, — его взгляд медленно пробежал от её головы до носков с оленями, и Маша сжалась от напряжения.

Лицо Дениса было бесстрастным, но в прищуренных глазах и плотно сжатых губах ей почудилась ощутимая ярость и угроза. А чего он так? Обиделся за «маленького»? Надо же, какой ранимый! Ей было хуже! А потому она задрала голову и с вызовом посмотрела в синие глаза.

— У меня к вам претензий больше нет. И, надеюсь, это взаимно. А где здесь еду дают?

— А-а, так везде, — Антон задумчиво посмотрел на обоих. — Там на столе.

Он махнул рукой в сторону окна и добавил:

— Ладно, развлекайтесь.

— Я б тоже пожрал! Гоу.

Маша почувствовала, как Вадим тащит её к столу и наконец-то выдохнула, издав сиплый звук, как из спущенной шины. Оказывается, пока они игрались в гляделки с Евстигнеевым, она и дышать забыла!

Через пару мгновений они были у стола, и девушка жевала очень вкусное мясо, закусывая солеными огурцами.

— Ты что с этим качкозавром не поделила? — встревоженно спросил Вадим. — Я думал, он тебе прямо там втащит. Ты, конечно, моя любовь и пара на эту ночь, но не до такой степени. Сразу говорю.

— Да перестань! — дернула плечом Маша, не переставая жевать. С каждым проглоченным куском настроение улучшалось. — Вообще-то, это у меня к нему пара претензий… Ну одна, точно. А он тут бычит. Фигня. И он с девушкой приехал…

А вот тут мясо внезапно стало горчить… У него, оказывается, девушка есть! Вот ведь…! Не просто сволочь, а сволочь в квадрате! Изменил своей подруге! Тварь!

В глазах тут же защипало, и Маша судорожно вздохнула. Вот поэтому он, наверное, и дёру дал! Ночевать же дома надо, в семейной кроватке! Это все знают! Мразь!

— Ты что такая бледная стала? И трясешься…. На, вот, глинтвейн. Согрейся.

Вадим всучил ей теплый бокал с глинтвейном. Она сделала легкий глоток. Горячая пряная сладкая жидкость слегка обожгла горло. Стало чуть легче. Но всё равно пара слезинок вырвались на свободу и скользнули по щеке.

— Спасибо, — буркнула она. — А этот Евстигнеев — он вообще кто? Реально хозяин всех «Кубиков»? У них же целая сеть. Ему сколько лет вообще?

— Хе, — хмыкнул Вадим, что-то набивая в телефоне. — Денис Евстигнеев, 28 лет. Сын Петра Евстигнеева. Ну-ка, ну-ка… Что-то знакомое…

Брови Метелкина сошлись на переносице, образовав легкую складочку, а серые глаза прищурились… Лицо стало предельно сосредоточенным, как будто он Босса в рейде брал.

— Папа у него интересный… Из списка Форбс. Ну, понятно, откуда у сына в двадцать восемь лет деньги на всякие игрушки и домики. Эх, дай Бог всем такого папу…