И все же, какой еще есть вариант поведения, кроме примирения после того как прекратишь выеживаться, как муха на окне и дашь себя уговорить? По большому счету существовал только один вариант плана "Б", исключающий какое-либо примирение и отказ от любых дальнейших контактов с прекрасной целительницей. Хорош этот вариант в стратегическом плане, или плох — другой вопрос, но он просматривался.
Можно держаться вежливо, но холодно и отчужденно, погасить тем самым все романтические порывы прекрасной целительницы, дождаться возврата материальных ценностей (ею, кстати, в основном и подаренных) и с гордым видом удалиться в закат, оставив позади пепелище и развалины в душе Киры (если такие образуются). Вопрос — надо ли Денису все это? Ответ готов — не надо. А что надо? А хрен его знает. Так и не придя ни к какому определенному выводу, старший помощник решил действовать по обстоятельствам. Иначе говоря — как Бог на душу положит. Будет день — будет пища. Вот придет девушка, начнем общаться, там видно будет.
"Мудро!" — восхитился голос.
"Да пошел ты, — вяло отреагировал Денис. — Если такой умный — придумай что получше!" — голос, ожидаемо, промолчал, потому что хаять и критиковать все горазды, а ты попробуй сам что-нибудь креативное придумать. Вот то-то и оно!
Расположение книг в библиотеке Киры Денис представлял, поэтому научные труды по медицине обошел по широкой дуге и сразу направился к стеллажу с книгами по географии, где принялся копаться в хранящихся там фолиантах. Почему по географии? Ну, а в каких еще? Женские и рыцарские романы про большую, но чистую любовь вызывали у старшего помощника стойкий рвотный рефлекс, однако умом он понимал их нужность, как обществу в целом, так и власть предержащим в частности, поэтому был против сжигания таких книг на костре, но сам никогда не читал.
"А авторов-то можно?" — своим неожиданным вопросом внутренний голос продемонстрировал скажем так — неожиданный взгляд на проблему… мягко говоря.
"Ты что!?! — поразился старший помощник. — Там же бабы в основном!"
"Ведьмы!" — решительно отрезал голос.
"Не, — мысленно покачал головой Денис. — От книжек этих польза есть!"
"Какая!?" — скептически поморщился голос и тогда старший помощник провел для него коротенький ликбез.
Во-первых, чтение подобной… ладно — пусть будет литературы ведет к общему отуплению людей, пристрастившихся к чтению подобного рода текстов. А властям это выгодно — дураками легче управлять. Как очень правильно пели лиса Алиса и кот Базилио: "На дурака не нужен нож, ему с три короба наврешь и делай с ним, что хошь!". Ну, а обществу в целом такие читатели полезны тем, что лучше уж пусть читают какую-нибудь "Невесту Лорда-дракона", или "На пути к счастью", чем хулиганят на улице.
А про исторические книги и говорить нечего. Любая историческая книга состоит из смеси правды и лжи, которая устраивает власти страны на тот момент, когда книга издается. Долго искать примеры не требуется. Молодые японцы уверены, что это русские сбросили на них атомную бомбу, а американцы, что они первыми полетели в космос. Хватает и отечественных примеров. Вот хотя бы — то у историков Николай II — кровавый, то — великомученик. Так что господа, или крестик снимите, или трусы наденьте. А по неквалифицированному частному мнению старшего помощника, Николай II — просто распиздяй просравший великую страну и никакой не кровавый и не великомученик. Властителей же по делам судят, а не по намереньям, так что и Горбачева в ту же кучу.
Правда, истины ради, надо признать, что иногда встречаются исторические книги содержащие правду, правду и ничего кроме правды, но это исключения из правил — и на старуху бывает проруха. Поэтому скажем честно, Дениса и земная-то история интересовала постольку-поскольку — ведь до правды все рано не доберешься, а тратить время на всяческие измышления не хотелось — лучше уж всякую фантастику и фэнтези почитать — в них, по крайней мере, никто не надувает щеки, что изрекает истину в последней инстанции — это, как с любовницей из кожи вон лезущей в жены и проституткой — проститутка честнее — она тебе услугу, ты ей — деньги, а вот с любовницей, которая кушать не может, так хочет побыстрее узаконить отношения из-за неземной к тебе любви, не все так однозначно. Поэтому, если даже к земной истории доверия нет, то что уж говорить про историю Батрана. Нафиг — нафиг. Будет что нужно для дела — Денис прочтет, а так ни-ни. Глаза не казенные.
Следовательно — только география. Однако и здесь старший помощник испытывал определенные сомнения насчет абсолютной истинности представленной информации, но за неимением гербовой можно подтереться и лопухом. Вот и листал Денис, впрочем без особого интереса, всякие "Год среди каннибалов полуночно-закатной Эстратии" и "Описание путешествия в восходный Тирай".
Надеялся старший помощник, честно говоря, на чудо. На то, что среди всякого: "… двигаясь оттуда на восход, турманны достигли живописного мыса, покрытого густым лесом, в устье двух фьордов…", или же: "… и согласно Завета Предков первым бульон из женских грудей пробует вождь…" и прочей не представляющей интереса информации, он наткнется на что-то вроде: "… все матросы видели, как боцман проник в узкую тупиковую расщелину и исчез. Больше его никто и никогда не видел…". Надежда встретить хоть какую-то ссылочку на гипотетическую дверь была минимальной, а если говорить прямо, без экивоков, то стремящейся к нулю, но, как известно, надежда умирает последней — вот Денис за эту надежду и цеплялся.
Во время оно, у бесчисленной армии научных сотрудников, протиравших штаны и юбки в многочисленных НИИ и получавших за это весьма скромную зарплату, наряду с обычными днями существовали еще плохие и хорошие. Плохие дни — это поход на овощебазу, где в холоде, слякоти, вони и сырости приходилось перебирать гнилую картошку, лук и прочие овощи, а так же грузить перебранное на автомашины.
Возвращение домой после трудового дня, проведенного на овощебазе, являлось дополнительным испытанием для тонкой душевной организации людей науки. Дело было в том, что специфические запахи, царящие в овощехранилищах, намертво впитывались в волосы, кожу, одежду и обувь научных работников, заставляя пассажиров, имевших несчастье ехать вместе с ними в одном вагоне метро, коситься в их сторону и принюхиваться, что для людей с высшим образованием, а то и со степенью, было неприятно. Мягко говоря. Да и дома избавиться от амбре было задачей нетривиальной.
Понятное дело, что никакого энтузиазма подобное времяпрепровождение у яйцеголовых не вызывало — кто мог отмазывался, но сделать это было непросто, да и после отмазки ты у начальства был на плохом счету. Если ты чего там не изобрел, или не придумал — это плохо конечно, но не беда, а вот если промаркировал овощебазу — это ЧП! Фактически — катастрофа! Тут уж могут и квартальной премии лишить, или отпуск на февраль с июля передвинуть! По ассоциации вспоминается старинный анекдот:
В школе, учительница спрашивает: "Дети, можете объяснить разницу между бедой и катастрофой?". Отвечает Вовочка: "Марья Ивановна, вот например, шёл козлик по мостику через речку, а мостик сломался. Козлик упал в речку и утонул — это катастрофа". Марья Ивановна качает головой и говорит: "Нет Вовочка, неправильно — это не катастрофа, это беда. А вот когда, например, летел самолёт с партийно-правительственной делегацией, сломался и упал — это катастрофа".
На следующий день, Марья Ивановна задаёт тот же самый вопрос Вовочке, чтобы проверить, как дошло и тот отвечает: "Марья Ивановна, вот например, шёл козлик по мостику через речку, а мостик сломался. Козлик упал в речку и утонул — это беда, но не катастрофа. А вот если летел самолёт с партийно-правительственной делегацией, сломался и упал — это катастрофа, но не беда".
