— Прости, я не хотела, чтобы ты вспоминал. — встаю, протягиваю мужчине другой плед, который вряд ли укроет его широкие плечи — Я просто слишком плохо тебя знаю и не могу понять, но…мне хотелось бы понять.

По лицу Моргана проскальзывает странная улыбка. Наверное, дело в языках пламени. Его лицо становится хищным, а плед отбрасывается на скамейку.

— Как и мне тебя.

— Не смеши, я слишком простая и говорливая, я всегда проигрываю в мафию, какая бы карта не досталась.

— Перестань думать. — он берет мое лицо в ладони и чуть сжимает.

— Кажется, что-то горит. — шепчу я.

Он не отрывая от меня глаз переставляет тяжелую сетку в сторону. Теперь огонь ощущается на коже, жар касается свободного пространства между топом и джинсами.

Морган приближается ко мне.

— Это от части…первобытно. — облизываю губы.

— Я теряю разум рядом с тобой, так что да, чудо. Ты превращаешь меня в первобытного человека. — я улыбаюсь — Как же я обожаю…

— Что, мой герой?

— Хватит болтать.

Наши губы сталкиваются в поцелуе. Мы в небольшом шалаше, витает запах овощей-гриль и жареного мяса, антуражные ковы скрипят под ногами, огонь согревает и отбрасывает рисунки на стены. Мы двигаемся к самому большому креслу, не разрывая очереди поцелуев. Морган оказывается спиной к нему и падает, притягивая меня к себе. Его руки блуждают по всем частям тела, обводят пояс джинс, он чуть проскальзывает пальцами под него, мое тело непроизвольно подается вперед, я трусь об промежность мужчины, получая именно тот результат, который должен быть. Морган Бриш меня желает, готов взять в собственном доме, а затем жениться.

Одной рукой опираюсь о спинку кресла, второй — комкаю ткань его футболки, утыкаюсь носом в изгиб плеча и шеи, чтобы заглушить стон. Морган чертова секс машина.

— Ариэлла. — тихий хриплый голос, его глаза сосредоточены, но карие цвет превратился в кромешный черный, что почти пугает — Ты уверена?

Какой идиотский вопрос.

Я только сильнее выгибаюсь, дразня его.

— Просто возьми меня. — прижимаюсь лбом к его — Пожалуйста.

МОРГАН

Ариэлле незачем умолять, потому что, по правде, не уверен, что смог бы остановиться. Единственной причиной мог бы стать только ее полный отказ, от которого я бы скончался на месте.

Я поглаживаю ее спину, провожу пальцами по позвонкам, смотрю на красивую грудь, нависающую надо мной, приподнимаю ее облегающую футболку. И блять на ней нет лифчика, эта идеальная форма целиком принадлежит моему чуду. Ее соски встали то ли от возбуждения, то ли от холода. Ей действительно холодно? Может, нам лучше переместиться дом?

— Не. Думай. — шепчет она.

Целует меня в подбородок, скулу, висок, поднимаясь до волос, зарывается в них руками, и я откидываюсь на спинку, не сдержав хрип удовольствия.

Я слышу ее тихий смех, а затем звон металла о металл — Ариэлла неловко пытается справиться с пряжкой моего ремня. Помогаю ее суетливым движениям. Девушка поджимает губы и отводит взгляд с низа на мое лицо.

— Мы можем остановиться.

Отрицательно качает головой и облизывает губы.

— Морган, — опирается о мои плечи — трахни меня, как я и представляла.

Нихрена подобного. Почему я не могу в жестком темпе причинить боль дочери моих кровных врагов? Почему я собираюсь заняться с ней сексом, а не трахнуть, как она…нас представляла. Ариэлла — отпрыск убийц Джулианна, а у меня не падает от этих мыслей, я готов поклоняться каждому участку ее кожи. На мне одна футболка и боксеры, на девушке — тонкая линия синего кружева, потемневшего внизу. Я осторожно ее отодвигаю и чувствую влагу, скольжу по ее складкам, впитываю стоны, а затем осторожно ввожу палец по две фаланги.

— Морган! — вскрикивает и напрягает бедра, чтобы привстать.

— Думал, ты хочешь, чтобы тебя трахнули.

Она краснеет.

— Чуть…размереннее.

Она говорит, словно девственница, которой не является, когда заменил пальцы членом, придерживаю Ариэллу за талию, то чувствую, насколько она узкая. Девушка сначала пытается вырваться, но затем расслабляется.

— У меня просто давно и никого и так мало…

— Тш…тш-тш…

Не хочу разрывать момент ее словами о других. Мне стоит прикончить каждого по отдельности.

Эта женщина становится увереннее, седлает меня и владеет моментом. Я смотрю левее, где на стене мелькают наши тени, это очаровывает, но не так сильно, как живой взгляд на Ариэллу. Она выглядит невероятно горячо. Хватаю за талию и резко снимаю со своего члена. Девушка издает вскрик, но легко подстраивается, когда ставлю ее на колени и подвигаю попку назад. Я слышу ее учащенное дыхание, чувствую жар и касаюсь именно там, где нужно телу Ариэллы. Блять, я просто знаю, что нужно моей невесте, это так естественно. В животе нарастает удовольствие. Ее стенки обхватывают меня плотнее.

— Боги, Морган! Я…

Хватаю ее за шею и тяну назад, шепча:

— Давай, разбейся вдребезги, чудо.

Она кричит, двигаясь подо мной, явно воспринимая любые мои движения за пытку от своей чувствительности.

Я еще никогда не чувствовал себя более живым, чем при одновременном оргазме с Ариэллой. Никакие обезболивающие наркотические вещества, военные миссии, убийства не доставляли того физического и эмоционального кайфа.

Я помогаю ей повернуться и убираю мокрые пряди с лица.

— Ты отлично справилась.

Она слабо улыбается. Натягиваю на себя брюки и в самое длинное из покрывал заворачиваю Ариэллу.

— Я тяжелая, Морган, и могу пойти сама, мне нужна одежда!

Крепче прижимаю ее к себе.

— Дай о тебе позаботиться. Одежду и еду я принесу как только мы окажемся в доме.

Через десять минут Ариэлла полулежа ест в моей постели и засыпает неподалеку от вилки. Как она может быть настолько привлекательной, даже когда пускает слюни на мою подушку и отбирает одеяло? Зачем я принес ее в личную спальню, когда есть три гостевых?

Спешно выхожу из комнаты, когда у меня начинает вибрировать телефон. Пока закрываю дверь думаю об одном: это было ошибкой. Между нами не должно быть ничего, кроме делового соглашения о браке. Мы оба все испортили.

Включив телефон, вижу несколько сообщений от своих товарищей.

Лестер: Торрес еще жива?

Они узнали фамилию Ариэллы, как знают и подробности смерти Джулиана.

Я: Да.

Кай: Я только подумал, что небеса сжалились и отправили тебе испытание в ее прекрасном виде.

Он всегда был фаталистом и романтиком.

Захар: Что ты собираешься делать? Мы не причиняем вреда слабым. Она знала о сделках корпорации с террористами?

Я: Ариэлла никак не связана с Greencamistry Corporation. Я ей не наврежу. Когда Элоиз и Дилан Торрес узнают, кто раскрыл их преступление, кто будет с их уязвимой дочерью и владеть половиной корпорации до конца дней — поймут, какую ошибку совершили.

Лестер: Как ты собираешься заполучить акции?

Я: Не просто акции, а место в правлении.

Ариэлла перессказала брачный договор. По нему муж перенимает часть правления на себя. Торресы как раз и хотели выдать Ариэллу замуж за бизнесмена, который продолжит развитие Greencamistry Corporation.

Кай: Друг, о чем ты?

Я: Я женюсь. Готовьте костюмы и плаксивые речи. Это будет высший из моих обманных маневров.

Чат затихает. Через минуту Лестер присылает в личные сообщение видео абсолютно голого Кирби, бегущего от выстрелов вглубь леса. Идеально. Главное, чтобы Ариэлла ничего не узнала.

Я бесшумно проскальзываю в свою комнату, слышу недовольный голос девушки:

— О, это не то, что вас касается. — сидит на кровати, поджав ноги к груди — Нет, я не бросаю Баланс.

У меня был вариант либо лишить Ариэллу кофейни, либо взять ее под правовой контроль, как сейчас. Это я выкупил здание и повысил аренду, договорился с поставщиками и натравил санэпидем станцию. С последней я даже не договаривался, уверенный, что в Балансе что-нибудь найдется, но они почти идеально чисты.