АРИЭЛЛА

Разумеется, при пробуждении я была бы больше рада увидеть Моргана, но улыбчивый Кай не такой уж и плохой вариант.

— Доброе утро! В Чикаго сейчас часа четыре или пять. Неважно. Я плох в расчетах, если это не считалочка противников по периметру, но…в общем, мы скоро будет в штате Иллинойс.

— Привет, Кай. — улыбаюсь и хочу полноценно сесть на кровать, как этот убийца-военный осторожно спускает меня за плечи.

— Еще не знают, что с твоей травмой головы, так что лучше поваляться.

Это логично, к тому же я все еще вялая.

— Ты…

— Я позову Моргана, он за дверью решает деловые дела, красотка. — хмурится, когда встает и потягивается — Умоляю, никогда не говори ему, что я тебя так назвал.

— Кай, я безмолвна. — имитирую замок на губах.

Он выходит, оставляя меня одну всего на мгновение, потому что тут же в самолетную комнату проникает Морган.

— Привет, чудо.

Он целует меня в лоб.

— Готова вернуться домой?

— Как там звери?

— Только ты можешь беспокоиться о животных после похищения.

— Они сказали, что ударили Форса. Как скоро мы приземлимся?

— Меньше часа, пойдем, я помогу тебе сесть и пристегнуться в кресле.

— Я сама могу ходить! — выпутываюсь из одеяла.

— Пожалуйста, позволь позаботиться о тебе. После еще пары осмотров, уверен, ты сможешь хоть ланью прыгать на лужайке, — затем более серьезным голосом — но лучше не надо.

Мы приезжаем, и я почти ликую, мне невероятно хочется в ванную, но группа врачей у моей кровати портит планы.

— Несколько анализов крови, сходите в эту баночку, а можете сразу…

— Стоп. Дайте мне список, я сделаю все за час, и мы забудем друг о друге.

Я планирую завтра же посетить своего врача в клинике Прайсов.

— Почему они все еще здесь?

Уже поздний вечер, а люди не перестают проверять мои показатели, обсуждать без меня анализы.

— Это лучшие специалисты. Малейшая погрешность привлекает их внимание, их цель — сделать тебя идеально здоровой.

— Хорошо. — снова падаю на подушку, я сильно устала от разговоров, как наверняка и Морган, сидящий все это время рядом — Прогони их.

— У вас пять секунд. — абсолютно спокойно, глядя мне в глаза, говорит он.

Медперсонал вылетает за двери.

— Что нужно двум моим чудам?

— Вишневый лимонад с двумя кубиками льда и листочком мяты. — говорю то, что давно на уме.

— Три минуты. — Морган встает, но я останавливаю, беру за руку и тяну вниз — Представляешь, я действительно боялась рассказывать. Но ты ведь рад, правда? — я провожу пальцами по его легкой щетине.

— Это событие лучше, чем твое неискреннее «да» на свадьбе.

Я смеюсь.

— Ты был полным идиотом. — в самолете он рассказал все о Джулиане, террористах и компании моих родителей — Но спасибо, герой. Ты спас нас.

Морган впервые, неловко и невесомо касается моего живота. Беру его ладонь и увереннее прижимаю.

— Он начнет шевелиться уже совсем скоро, я почувствую это только на двадцать неделе, представляешь? Все кажется таким далеким, словно происходит не со мной.

Морган упирается лбом мне в бок и вздрагивает.

— Я совершил множество грехов на войне и не только, Ариэлла. Но самым худшим стало влюбить тебя в себя, обречь на вечность со мной. Я умираю от того, как мне хочется быть рядом каждую секунду, поглотить, осчастливить. Думал, все мучения — чувство вины, но это была тоска по тебе. Люблю тебя.

Он впервые говорит это прямо.

— Я тоже люблю тебя, Морган, в любых ролях и на любой сцене. — шмыгаю носом — Ты это знаешь?

— Да, чудо. Ты доказывала это десятки раз.

— Что со мной? Что врачи собираются исправлять?

Я видела, как они с серьезным видом говорят с Морганом в стороне.

— Ничего серьезного. Поднять уровень железа, кислот, понаблюдать, как заживает голова, восстановить твое психическое состояние.

— Я в норме, Морган. — говорю недовольно.

— Тогда извини, но нам действительно срочно нужно вызвать парикмахера.

Ах да, у меня же отрезали волосы.

— Я хочу свое кольцо обратно.

— Его уже дезинфицируют от чужих лап. Спи, чудо, я скоро приду, всюду охрана и сигнальные датчики, в доме остались парни.

Последнее особенно успокаивает.

Через несколько минут, как Морган уходит, я встаю в туалет. Ноги затекли от этого идиотского режима, так что шаги причиняют небольшую боль.

Я опираюсь руками о раковину, за ней и дальше зеркала одностороннее темное окно. Сначала было странно, но я полюбила принимать ванну с видом на папоротниковый сад. Здесь полная звукоизоляция, но я слышу через один угол разговор женщины и мужчины. Это брешь в архитектуре, удивительно.

Плавно приоткрываю окно вверх, напрягая слух, разговор ведется возле гаража.

— Вынашивание опасно для матери. Плод не закрепился после падения или удара. Лучше всего будет извлечь его, пока плод не погиб, иначе это будет куда тяжелее психологически.

— Для меня главное — здоровье миссис Бриш. Сделайте все, что будет лучше для нее. — гортанный голос Моргана.

Я отступаю и прикладываю прохладную ладонь ко лбу. Черт. Черт. Черт. Он сделал выбор за меня, и врачи точно будут слушать мужа, а не пострадавшую и маленькую меня, у них нет морали, только миллионы Бриш.

Нервно смеюсь, только подумав, что все наладилось. Плод. Так она называла моего малыша, бесчувственная мразь.

Я надеваю спортивный костюм, кроссовки, закидываю пару вещей и документы в спортивную сумку.

— Куда ты? — слышу знакомый голос, когда уверенно иду к гаражу.

— Домой. — отрывисто, не поворачивая головы.

— Захар с Морганом говорят о твоей безопасности и безопасности всего дома. Так что у тебя пять минут, чтобы вернуть, и твой муж ничего не узнает. — безэмоционально Лестер.

— Я больше не сделаю и шага на его территорию. — топаю ногой, словно ребенок.

Этот огромный мужчина и чуть более тонкий Кай стоят скрестив руки.

— Ариэлла. Мы не станем к тебе прикасаться, но и не можем отпустить.

— Прошу! Морган хочет навредить ребенку, я не пойду на это ни за что…

— Каким образом? — Кай переводит взгляд между мной и Лестером — Он на это неспособен.

Лестер неожиданно остро пронзает меня взглядом, и я действительно думаю, что он все же перекинет меня через плечо и донесет до спальни, но только протягивает руку.

— Я подвезу тебя. Давай сумку.

— Спасибо. — выдыхаю, когда передо мной открывают дверь двухместной спортивной машины.

Затем мужчина говорит то же, что имела в виду Луиза Прайс:

— Ты знаешь, что нужно твоему ребенку, лучше, чем его отец или любой врач. Так что посиди дома. — я называю адрес пентхауса — Подумай насчет всех угроз, реальны они или нет. Я параноик, Ари. Мне доверили твою жизнь, значит, я буду трястись и за нее.

— Чем ты обязан Моргану? — мы уже заехали в город, и теперь петляем между улицами прибрежного Чикаго — Он спас тебе жизнь во время боевых действий?

— Мы все прикрывали друг другу спины и никогда не бросались врассыпную. Джулиан Бриш был среди нас, но Морган считал его братом не больше, чем каждого. Он не сразу стал нашим капитаном, но всегда знал, как поступать правильно для нашей страны. Это чудо, что он жив и получил всего девять ранений. — я видела каждое — Один раз на подготовительный лагерь в Америке напали, я всегда знал, как действовать по инструкции, но замер, когда рядом стояла моя девушка. Бывшая девушка, не думай о ней, как о святой. — бросает мимоходом — Морган прикрыл обоих, получив ожог спины второй степени. Тогда, шипя от боли, он усмехнулся и сказал: «Пожалуй, я готов поесть землю за любого, кто тебе дорог, Лестер».

— Он сразу сказал, что вы в ответе за мою жизнь.

— У тебя неплохие Ангелы Смерти.

Наверняка у Кая и Захара свои истории. Но эта фраза…Морган все еще готов рискнуть собой ради парней и их близких? Оставит ли он меня и нашего ребенка? Ребенка, от которого решил избавиться.