В доме Итан ничего не слышал. Из каждого помещения стреляли пехотинцы, а на крыше грохотали пулеметы. Один раз, в одной из комнат, когда снайпер уже собирался стрелять, взрыв сотряс стену перед ним и сбил его вместе с Филом на пол. Сила взрыва была настолько мощной, что со стены посыпалась штукатурка, засыпав их обоих. Слегка ошеломленный взрывом, Итан поднялся, выглянул в окно и понял, что прямо под их домом танк выстрелил из своего башенного орудия. Это и сотрясло здание. Над головой пролетели вертолеты AH-1W «Супер Кобра», — так близко, что установленные под носом 20-мм пушки выбрасывали гильзы на соседние дома. Когда снайпер выглянул в окно, неожиданно все остановилось. В считанные секунды бой был окончен. Никаких повстанцев не было видно, стрельба прекратилась.

После всей суматохи оба морпеха сползли по стене. Их униформа была грязной от грязи и пота. Отдыхая в тишине, Итан был полностью измотан, тело просто горело под бронежилетом и шлемом. В дверном проеме появился один из «ворчунов» и спросил, не хочет ли кто-нибудь воды, но никто из них даже не смог ничего ответить.

— Если бы твоя жена знала, во что я тебя затащил, она бы меня убила, — сказал Итан Филу, и оба улыбнулись.

Когда накатила расслабуха, Фил зажег сигарету, но прежде чем Итан смог сделать затяжку, он склонился на бок, и его вырвало.

Докурив, они вдвоем спустились вниз, где нашли кучу винтовок M-16 от убитых и раненых. Снайпер взял несколько штук, чтобы отнести в штаб роты. Посмотрев вниз, он заметил, что на прикладе одной из винтовок наклеена лента с именем его друга, погибшего в бою.

Вернувшись на исходную позицию, команда снова поднялась на крышу. На вершине Итан нашел Джона, оператора «Дельты». Когда два воина разговорились, снайпер спросил спецназовца, насколько боевые действия здесь отличаются от тех, к которым привыкли он и его люди.

— В Ираке все так, — ответил тот. — Лучше, чем здесь, не бывает.

Наблюдая за работой бойцов, Итан выведал у Джона, как поступить на службу в «Дельту». Он также узнал, почему всем спецназовцам за тридцать. Это потому, что оперативная работа — это игра для взрослых людей. Люди занимались ею годами, и наблюдение за ними вдохновило Итана попробовать заняться ею тоже.

Несколько дней спустя снайперы и операторы «Дельты» сидели на крыше и обсуждали тактику, как убить больше повстанцев. Подошел командир роты и сообщил плохие новости.

— Мужики, нам приказано отступить из города, — печально объявил он. Эта информация оказалась для Итана сокрушительной, он почувствовал себя преданным. Шанс закончить сражение был совсем рядом, но ему никогда не доведется узнать, каково это.

В начале мая морские пехотинцы покинули город, передав его иракским силам безопасности под названием «Бригада Фаллуджи». Итан и остальные знали, каким будет конечный результат. Боевики будут восстанавливаться, перегруппировываться, и в конце концов в город должны будет войти другие подразделения и закончить работу.

Когда все было сказано и сделано, на счету у Итана было тридцать два подтвержденных убитых, не считая тех, кого он не смог увидеть мертвыми. Это был невероятный подвиг, учитывая, что на это у него ушло две недели, тогда как лучшие снайперы морской пехоты во Вьетнаме набирали около девяноста за целый год. Его агрессивные маневры и тактика оказались успешными против врага, а его чувство соревновательности заставляло его действовать так, как он действовал. Для него снайпинг был очень личным делом. Ему хотелось прикончить как можно больше людей. Он считал, что ему повезло, что ему довелось участвовать в боевых действиях, причем в первые два месяца, потому что после этого война утихла.

После окончания боевой командировки Итана перевели в учебные подразделения 1-й дивизии морской пехоты для обучения меткой стрельбе.

Имя: сержант Рейес

Должность: командир команды снайперов-разведчиков

Район операции: г. Фаллуджа, провинция Аль-Анбар, операция «Свобода Ираку-2», февраль — июнь 2004 г.

Поздним вечером 4-го апреля 2004 года, когда начиналась операция «Бдительная решимость», сержант Рейес и его снайперская команда в составе четырех человек бесшумно патрулировали в пустыне, направляясь к фабрике по разливу напитков, находившейся в промышленной зоне на южной окраине Фаллуджи. Несколькими часами ранее команда находилась в одиннадцати километрах к югу в расположении роты «Браво» 1-го батальона 5-го полка морской пехоты, а теперь они были в тысяче метров от своей цели. Рейесу и его хорошо вооруженному снайперскому подразделению было поручено найти для роты маршрут выхода к фабрике и сообщать о передвижениях противника в этом районе. По данным батальона, в промышленном здании, в том числе и на окружавших его сторожевых вышках, могло быть множество повстанцев. В батальоне хотели, чтобы снайперская команда подтвердила наличие и активность противника, и если таковая будет, то рота «Браво» должна была совершить налет на территорию фабрики сразу после того, как снайперы снимут часовых на вышках.

Скрытый темнотой, Рейес подал сигнал команде остановиться, и, хотя они находились на приличном удалении, снайперы могли наблюдать за зданием с помощью ночной оптики. Морские пехотинцы из снайперской команды были рады возможности наконец-то вступить в контакт с противником. Когда батальон только прибыл в Ирак, он располагался в полевом лагере Абу-Грейб, расположенном в двадцати милях к западу от Багдада. Лагерь постоянно подвергался неприцельному обстрелу, и после того, как снайперские команды освоились на месте, им поставили задачу по борьбе с минометными расчетами противника. Несколько дней подряд снайперы ждали на окраине города Абу-Грейб, надеясь поймать людей, запускавших минометные мины в сторону их пункта временной дислокации. Их упорство принесло свои плоды, и в конце концов повстанцев они увидели, однако, к общему разочарованию, в бой вступить не удалось из-за большого расстояния. В это же время до команды дошли слухи о крупном наступлении на Фаллуджу, — город, который находился в двадцати милях к западу от их лагеря. Рейес был настроен скептически, но после нескольких недель охоты за вражескими минометчиками всем снайперским подразделениям было приказано приготовиться к переброске в Фаллуджу.

Заняв позицию, Рейес оглядел трех других морских пехотинцев. В способностях своих товарищей по команде он был уверен. Его наблюдателем, и по совместительству головным дозорным группы, был капрал Ковальски. Заместителем командира команды был капрал Морган. Морган, Ковальски и Рейес вместе проходили и заканчивали школу снайперов-разведчиков 1-й дивизии морской пехоты. Они служили вместе уже некоторое время и хорошо знали друг друга. Капрал Грейвел, который был наблюдателем Моргана, присоединился к взводу совсем недавно и был единственной «свинкой» в команде. Все вместе, вчетвером, они обладали достаточной огневой мощью, чтобы справиться практически с любой задачей.

И Рейес, и Морган были вооружены винтовками M40A3 и M-16, но только снайперская винтовка Рейеса была оснащена оборудованием для ночного видения. У Ковальски была M-16 с подствольным гранатометом M203, а Грейвел нес пулемет SAW (автоматическое оружие взвода). У каждого также были 9-мм пистолеты. После остановки команда с облегчением сбросила тяжелые рюкзаки. Рации, аккумуляторы, оптика, мины «Клеймор», сигнальные ракеты и боеприпасы были равномерно распределены между всеми. Кроме того, снайперы взяли с собой основной груз: двенадцать кварт воды, трехдневный запас пайков и запасную одежду. Они знали, что в этой операции нужно рассчитывать на худшее, потому что никто им не сообщил, когда смогут пополнить их запасы.

Лежа на холодном песке пустыни, группа в течение трех часов наблюдала за фабрикой, после чего сообщила, что производственное здание и сторожевые вышки, похоже, заброшены. Морпехи из роты «Браво», которые теперь следовали по инфракрасным химическим источникам света, оставленными снайперами на пути в качестве ориентиров, попросили их найти проход в здание. Рейес приказал Моргану и Грейвелу выдвинуться вперед и поискать подходящий маршрут, а он с Ковальски их прикроет. Здание было окружено десятифутовым забором, и когда товарищи вернулись, то подтвердили, что единственный путь внутрь фабрики идет через небольшую дыру в стене. После прибытия роты, Рейес сообщил ее командиру, что проем в стене недостаточно велик, чтобы через него можно было пройти. Командир кивнул и решил сам проделать себе проход. Отделение морской пехоты вместе со снайперской командой подошло вплотную к стене и подождало несколько секунд, прежде чем им приказали пригнуться — вставший на колено гранатометчик разнес из SMAW (ручного многоцелевого штурмового оружия)[32] огромный кусок стены, проделав в ней дыру, достаточную для того, чтобы через забор смогли пройти все. После того как пыль осела, отделение бросилось вперед, за ним последовали снайперы, которые, оказавшись внутри, отделились от остальных морпехов и расположились на возвышенности в здании, примыкающем к основному корпусу фабрики, чтобы обеспечить прикрывающий огонь. Как снайперы и говорили, повстанцев на фабрике не оказалось, и вскоре в комплекс вошла вся рота. Позже это здание займет батальон, расположив здесь свой штаб.