― Да, все хорошо. Я только заеду в больницу и проведаю Алию. Скоро буду дома.

― Хорошо, скоро увидимся. — Кэтрин завершает звонок, когда я уже подхожу к машине.

Когда я оборачиваюсь, Алессандро стоит у меня за спиной.

― Я поеду с тобой. Я давно не видел твою сестру, ― говорит он.

Я пожимаю плечами.

― Как хочешь. Но учти… ее парень ― козел.

― Я считаю, что большинство хоккеистов такие. — Этот ублюдок ухмыляется, и я показываю ему средний палец.

― Залезай или поедешь сам.

Первое, на что я обращаю внимание в больнице, ― это охрана моего отца. Я стучу в дверь, прежде чем войти в палату Кинга. Алия спит на его кровати. Кинг смотрит на меня и улыбается.

― Я знал, что ты будешь скучать по мне, ― шепчет он.

― Отвали. Я пришел увидеть свою сестру, а не твою уродливую задницу, ― говорю я ему.

Глаза Алии моргают.

― Грей? Что ты здесь делаешь? ― Она садится и смотрит на Кинга. ― Ты в порядке?

― Я в порядке. А ты? ― спрашивает он ее.

― М-м-м… — Алия сползает с кровати и подходит ко мне. Ее руки обвиваются вокруг моей талии, и она прижимается ко мне. ― Как ты?

Я крепко обнимаю ее в ответ.

― Я в порядке. А ты, Лия? ― спрашиваю я и прижимаюсь губами к ее макушке.

― Было бы лучше, если бы мой парень не лежал на больничной койке с пулевым ранением, ― говорит она.

― Было бы лучше, если бы он не был твоим парнем, ― отвечаю я.

Алия делает шаг назад, и одновременно бьет меня в живот. Затем ее взгляд переходит на мужчину, стоящего позади меня.

― Алессандро! Боже мой! Что ты здесь делаешь? Когда ты приехал? ― визжит она, отпихивая меня с дороги, чтобы добраться до него. Она бросается ему на шею, и Алессандро подхватывает ее на руки, крутит вокруг себя и ставит на землю.

Я ухмыляюсь, когда слышу рычание Кинга, готового вот-вот вскочить со своей больничной койки.

― Они старые друзья, ― говорю я ему, а потом добавляю: ― Очень близкие, старые друзья. ― Ублюдок не улыбается, его взгляд по-прежнему сосредоточен на Алессандро, словно он хочет убить его. Я наклоняюсь к нему и шепчу: ― Я бы не советовал тебе делать то, о чем ты думаешь. Мало того, что он, скорее всего, вырубит тебя первым, так еще и фамилия у него Валентино.

― Что это за семейка, которая наложила лапу на твою сестру? ― Кинг ворчит, но я его игнорирую. Пора этому ублюдку почувствовать хоть немного моей боли.

― Я приехал сюда несколько дней назад. Лил приехала в ваш город. Мы с папой поехали за ней, а Энцо ― за нами, ― говорит Алессандро. Он обнимает Алию и оглядывает ее с ног до головы. ― Ты хорошо выглядишь, Лия. Очень хорошо. ― Он ухмыляется.

Алия краснеет. На самом деле, блядь, краснеет. Если бы я не знал правды, я бы сам придушил Алессандро прямо сейчас, но я знаю, что он не интересуется моей сестрой в этом плане. Однако она была в него влюблена, когда им было по тринадцать лет.

― Энцо тоже здесь? Где он? ― спрашивает Алия.

― С твоим отцом, ― говорит Алессандро и наконец переводит взгляд на Кинга. Он улыбается, чертовски широко, и обнимает мою сестру за плечи. ― Что это я слышу о том, что у тебя есть парень? Я думал, ты берегла себя для меня, Белла?

― Я, блядь, оторву твою руку, ― рычит Кинг.

Алессандро сгибается от боли, получив от Алии удар локтем по ребрам.

― Не обращай на него внимания, Лиам. Он идиот. И пытается залезть тебе под кожу. ― Она возвращается к кровати Кинга и машет рукой между двумя мужчинами. ― Алессандро, это Лиам. Мой будущий жених.

― Будущий жених? Почему будущий? ― спрашивает Алессандро.

― Потому что он еще не сделал мне предложение. ― Алия улыбается.

― На самом деле я твой большой поклонник, ― говорит Алессандро Лиаму, скорее всего, желая успокоить Алию и сгладить ситуацию. — Я надеялся, что тебя приобретет Нью-Йорк, но, думаю, «Рыцари» тоже не так уж плохи.

― Не так уж плохи? Мы только что, блядь, выиграли Кубок Стэнли, задница, ― шиплю я.

― Спасибо, ― говорит Кинг Алессандро, все еще глядя на этого ублюдка так, будто готов его убить.

― Лия, я зайду завтра. Тебе что-нибудь нужно из дома? ― спрашиваю я ее.

― Да, немного одежды, но не мог бы ты попросить Кэтрин собрать ее? Я не хочу, чтобы ты рылся в моем гардеробе, ― говорит она.

― Конечно. ― Я наклоняюсь и целую ее в щеку, затем хватаю Алессандро за руку и вытаскиваю его из палаты. ― Пойдем, пока он не попытался убить тебя, и мне не пришлось ему помогать, ― говорю я.

― Ты бы помог ему? ― Алессандро кивает головой в сторону Кинга.

― Это кодекс. Кроме того, если я позволю тебе убить его, это оставит мою сестру с разбитым сердцем.

― Не волнуйся. Ее сердце будет разбито недолго. ― Алессандро смеется.

― Ты осел, ― говорю я ему.

― Никогда не пытался строить из себя кого-то другого, ― отвечает он с ухмылкой.

Глава тридцать вторая

― М-м-м, ― стону я, пока мои бедра дрожат, ― Грей, черт. Не останавливайся. ― Мои руки перемещаются вверх по телу и обхватывают мою грудь. Я сжимаю соски между пальцами. У него всегда был волшебный язык, даже в моих снах.

― Блядь, ты такая чертовски вкусная, ― говорит он. С меня стягивают одеяло, и я открываю глаза.

― Это не сон, ― понимаю я, встретившись с ним взглядом. Голова Грея темнеет между моих бедер.

― Твои слова. По-моему, твоя киска ― это самый сладкий сон, детка, ― говорит он.

― Не останавливайся, ― повторяю я, выгибаясь дугой. Язык Грея снова скользит по губам моей киски, кружит вокруг клитора, а затем лижет меня, словно это его любимый десерт.

Моя голова откидывается назад, а глаза закрываются. Пальцы Грея впиваются в мои бедра, прижимая меня к матрасу. И клянусь, именно так я хочу просыпаться до конца своих дней. Пальцы сильнее тянут и сжимают мои соски сквозь атласную ткань ночной рубашки.

― Вот черт, ― вскрикиваю я и прикрываю рот рукой. Мне не нужно, чтобы весь дом знал, что Грей делает со мной.

Он смещает свой вес, и я чувствую, как его рука движется вверх по моему бедру. Его пальцы раздвигают мои складочки, прежде чем он вводит их во влагалище. Грей прижимается ртом к моему клитору, попеременно посасывая, облизывая и покусывая его, пока два его пальца скользят во мне вперед-назад.

Мои бедра вздымаются, я сильнее бьюсь о его руку и лицо, стремясь к освобождению, которое так близко. Мои бедра дрожат, все тело пылает от удовольствия. А потом я взрываюсь, как бомба, и погружаюсь в состояние чистого оргазмического блаженства.

Грей забирается на меня.

― Я скучал по этому, ― говорит он, прижимаясь ко мне губами.

Я обнимаю его за шею.

― Я тоже. — Я не могу сдержать глупую счастливую улыбку, которая украшает мое лицо. Затем я чувствую его член, и он медленно подается вперед. ― Грей, презерватив.

Он останавливается и смотрит на меня.

― Серьезно?

― Серьезно. Я не принимаю противозачаточные средства, ― напоминаю я ему в миллионный раз.

― Уже слишком поздно для этого, но, если тебе станет легче, я вытащу. ― Он ухмыляется с таким выражением, словно на самом деле не планирует это делать.

Я знаю, что это глупо, но киваю головой. Это совершенно нелогично, но я никогда не умела отказывать Грею в спальне. Но я рискую не только забеременеть. Я могу что-то подхватить. Мое чертово здоровье под угрозой.

― Клянусь Богом, Грейсон Монро, если ты заразишь меня венерическим заболеванием, я отрежу тебе член, ― говорю я ему.

― Детка, я чист как стеклышко. Я никогда не трахал никого без презерватива, кроме тебя. Я не полный идиот, ― говорит он.

― Ты пытаешься обрюхатить меня, когда мы только-только снова сошлись. Это довольно глупо, если хочешь знать мое мнение.

― Хорошо, что тебя никто не спрашивает, ― говорит он, отстраняясь и снова погружаясь в меня.