Допустим что Карна не ее сын, но Арджуна-то определенно ее сын! А ведь результат поединка между Карной и Арджуной никто не может предсказать. Ведь может погибнуть и Арджуна. Ее сын!!! Но она не вмешивается. Следовательно, можно сделать вывод, что жизни Арджуны ничто не угрожает. Значит, о поединке нет никакой речи и мелодраматическая сцена с Кунти и ее обморок напоминает собой современные «мыльные» телесериалы.

Дело приобретает новый оборот. Вмешивается Крипа и предлагает Карне рассказать об отце и матери, в противном случае якобы Арджуна не будет сражаться с ним. Слова его звучат очень некстати, так как сам Арджуна этих слов не произносил. Но словно бы смутился Карна... И Дурьйодхана говорит, что если Арджуну смущает то обстоятельство, что Карна не является царем, то проблемы нет, — им, Дурьйодханой, Карна сейчас же будет посвящен в цари. В создавшемся положении Карне резонно было бы задать подобные же «неудобные» вопросы: «А царь ли ты сам, Арджуна? И, кстати, а кто твой отец?». Чуть позже читателям станет известно, что, отправляясь в Варанавату, пандавы совершают обряд «с целью обретения царства», то есть никто из них не является царем. Но предположим мы ошибаемся. Юдхиштхира является царем. Но это обстоятельство не дает права считать царем Арджуну. Дурьйодхана ? царь. Но никто не считает его многочисленных братьев царями. С завидной регулярностью эпос называет царем либо Дхритараштру, либо Дурьйодхану. Таким образом, сам Арджуна в любом случае не является царем. Тогда почему Дурьйодхане было нужно совершить обряд посвящения на царство для Карны? Ведь он совершает его, чтобы якобы уравнять статус Карны со статусом Арджуны.

Но вот Бхимасена выражает свое недовольство тем обстоятельством, что Карна стал царем. Для Арджуны плохо то, что Карна не царь, а у Бхимы вызывает раздражение, что Карну посвящают в цари. Все плохо! Получается, что Бхимасена не согласен с решением царя Дурьйодханы. При этом его речь ? это слова жреца. Значит, скорее всего эти слова авторы Махабхараты приписывают ему.

Молчит Карна, хотя его вроде бы в присутствии всех царе оскорбляет Бхимасена. Но не молчит Дурьйодхана! В гневе он ставит пандавов на место. Им ли неуважительно говорить о Карне, ведь их происхождение слишком хорошо известно присутствующим царям, тайны в этом никакой нет. Не согласные же признать новый титул Карны — друга Дурьйодханы! — вольны выступить против них, взойдя на колесницу. Карна достоин быть не раджей, а махараджей!

Громким шумом собрание одобряет слова Дурьйодханы. Слышны возгласы, крики приветствий. Зашло солнце. И о поединке все забыли, словно о нем не было и речи. Неужели зашедшее солнце помешало поединку? Ну, разумеется же нет! Ни о каком поединке между Карной и Арджуной речь и не шла. А что же было?

Махабхарата не оставила объективного описания происходящих событий. Воспользуемся же субъективной оценкой их. Например, Юдхиштхиры. По окончании состязаний он считает, что на земле нет воина, равного Карне. Именно так! Поэтому все недовольство Карной, прозвучавшее в словах Арджуны и Бхимасены, порождено завистью и ревностью к его триумфу!

На стадионе за городом была встреча воинов, вернувшихся из похода с победой. Вспомним, что именно так встречают Панду. В Ашвамедхикапарве за городом встречают Арджуну. Карна только что вернулся из боевого похода! Вот почему его встречают аплодисментами! Его — единственного из молодого поколения воинов именуют «покоритель вражеских городов», «всегда находивший удовольствие в битве», «укротитель врагов». Собрание за городом и назначается для встречи воинов из похода. В ожидание встречи развлекаются зрелищами, главное из которых — состязание молодых воинов.

Махараджа Дурьйодхана награждает Карну титулом царя не для того, чтобы удовлетворить претензии пандавов, а за успешный поход! Это вызывает глухое недовольство пандавов, которые ничем не отличились и не имеют никаких воинских заслуг. Этот ропот, шум и производит впечатление несостоявшегося поединка, как охотно поведали об этом много лет спустя Вайшампаяна и другие авторы.

Где же воевал Карна? В это время шла только одна война — война Дроны и Друпады. Очевидно, что именно в этой войне на стороне Дроны и сражался возглавляемый Карной отряд воинов, имевший специальную задачу от Дурьйодханы. Карна с этой задачей справился, за что и был награжден.

Тем не менее, в городе среди противников Дурьйодханы брахманы распространили служи, подстрекающие людей против царя. Дурьйодхана — соправитель Дхритараштры, союзников у Юдхиштхиры на этот момент нет. Никто не отправлял пандавов в ссылку. Они сами отправились в Варанавату на праздник по собственному желанию, и царь Дхритараштра сказал, что они могут вернуться назад, когда захотят.

Обуреваемые мечтой обрести вожделенное царство, пандавы, напутствуемые Видурой и Бхишмой, отправились в Варанавату.

В предыдущих эпизодах мы встречались с Дроной — учителем воинских наук при дворе царя Хастинапура Дхритараштры. Знакомы мы уже и с Друпадой — отцом общей жены пандавов Кришной Драупади. Но кто они, каково их происхождение? Пришло время внимательно и подробно рассмотреть этот вопрос.

Жили два друга — брахман Бхарадваджа и царь Пришата. Однажды брахман встретил на берегу Ганги апсару Гхритачи, искупавшуюся в реке. Увидев ее без одежды, отшельник воспылал желанием, у него истекло семя и он поместил его в деревянный сосуд — дрону. В этом сосуде и родился мальчик Дрона — будущий великий воин.

У царя Пришаты тоже родился сын по имени Друпада. Царевич, постоянно приходя в обитель отшельника Бхарадваджи, играл и занимался вместе с Дроной. Они дружили между собой. Когда Пришата умер, царем северных панчалов сделался Друпада.

Когда Дрона подрос, он женился на Крипи, сестре Крипы, жившего при дворе Дхритараштры. У них родился сын Ашваттхаман. Дрона пришел к Раме Джамадагни, чтобы приобрести богатство. Но последний сказал, что все свое богатство он уже раздал брахманам, а Землю отдал Кашьяпе и у него осталось только оружие. И Дрона попросил у него все оружие с тайнами его применения. Благодаря этому, Дрона стал знатоком самого различного оружия. После этого Дрона, явившись к царю панчалов Друпаде, напомнил ему о старой дружбе. Но Друпада забыл о ней.

Адипарва. Глава 122. Шлоки 2 — 3.

«Друпада сказал:

... В мире никогда не наблюдалось вечной дружбы, ибо страсть устраняет ее, а гнев ее расправляет. Не прибегай же к старой дружбе, а приобрети себе новую. У меня была дружба с тобой, основанная на выгоде. Бедный не друг богатому, неученый — ученому; не друг и трус — герою. Зачем же желать прежней дружбы? У кого равное богатство и у кого равная семья — между ними возможна дружба и брак, но не между сытым и голодным. Неученый брахман не друг ученому брахману; воин, не сражающийся на колеснице, — не друг колесничному воину, у царя не может быть союза с не-царем — так зачем же желать прежней дружбы?».

Ничего не сказал разгневанный Дрона и отправился в город, носивший имя слона, к царю Дхритараштре. Здесь Дрона рассказал историю своей прежней жизни. Из его рассказа стало известно, что у Рамы Джамадагни вместе с ним долгое время учился и Друпада. Именно там Друпада обещал поделиться богатством с Дроной после обряда посвящения в цари. В Хастинапуре Дрона несколько лет обучал юных кауравов воинской науке. Но это мы уже знаем из предыдущего эпизода.

Адипарва. Глава 128. Шлоки 1 — 12.

«Вайшампаяна сказал:

Однажды, созвав всех своих учеников, Дрона, о владыка земли, обратился к ним с таким требованием взамен платы, положенной учителю: «Схватите в пылу сражения Друпаду, царя панчалов, и приведите его ко мне! Это и будет для меня высшей наградой».

Кауравы, возглавляемые Дроной, разбили панчалов, и захватили в плен Друпаду-Яджнясену вместе с советниками. Дрона обратился к пленнику с предложением о восстановлении дружбы и разделении царства панчалов: Друпада будет править к югу от Бхагиратхи, а Дрона получит территорию к северу от нее.