— Да…

Джавайа подходит к забору и наблюдает, как Кайа что-то объясняет Луне. Та мотает головой, высвобождает руку и, стрельнув огненным взглядом прямо в центрового, говорит:

— Не заставляй меня. Не могу. Пусть идет кто-нибудь другой.

— Кто, если не ты? — спрашивает подруга.

— Кто угодно… Не заставляй меня видеть его таким… Прошу. Не хочу, чтобы это был последний раз… Прости. Я не могу. — Луна поспешно уходит к лестнице.

Кайа смотрит на Джавайу, подзывает Рене, о чем-то переговаривается с ней и тоже уходит.

— Кто от вас? — спрашивает Рене, подойдя к забору.

— Марек. Он медбрат. И Павел. У вас?

— Видимо, я.

— Может, сама Кайа?

— Думаю, что тогда не пойдет Павел. Да и опасно, — отвечает девушка.

Джай задумчиво смотрит поочередно на Кайу и на русского, затем кивает.

***

В сопровождении охраны Павел, Марек и Рене проходят по знакомому коридору и спускаются по лестнице. Там их встречают еще двое охранников, и уже с усиленным конвоем они доходят до металлической двустворчатой двери, с каждым шагом все сильнее ощущая жуткий холодок.

Они останавливаются и через стекла в дверях видят помещение, залитое ярким белым светом.

— Согласись, похоже на чистилище, — слышится голос из начала коридора. — Весь этот яркий свет. Так и хочется в нем раствориться. Сделать последний шаг и оказаться в мире, где больше нет зла. — Браун приближается к ним. — Но этот свет обманчив. Ты ведь помнишь это место?

— Морг, — отвечает Павел, продолжая смотреть в дверное окно.

— Мир мертвых.

Браун обходит их, прикладывает карточку к сканеру, и двери расходятся в стороны. В заключенных невидимой стеной бьет настоящий холод. Холод смерти.

— У вас три минуты. — Начальник колонии жестом приглашает их внутрь.

— Стоун… — роняет Марек и подбегает к койке на колесиках, которая стоит в самом центре комнаты. На ней лежит исхудавшее, бледное и абсолютно точно мертвое тело триста третьего заключенного, частично накрытое тонкой простыней.

Сокамерник сразу прикладывает ухо к груди. Павел просто смотрит на тело. Рене, оглядываясь, замечает белые холодильники, вмонтированные в стены. Точно белые капсулы, ждущие возможности переправить душу заключенного в бесконечную тьму безжизненного космоса. В мир мертвых.

— Можно? — спрашивает Павел растерянного Марека, и тот с видимым усилием заставляет себя отойти.

Павел тоже прикладывает ухо к груди Стоуна. Затем подносит палец к его носу, пытается нащупать пульс и на шее, и на запястье, поднимает веки. Зрачки не реагируют.

Павел смотрит на Марека почти виноватым взглядом. Все становится понятно. Тот хватается руками за волосы и отворачивается. Пинает стойку с медицинскими приборами.

— Дерьмо… — бросает Рене, тоже обойдя койку. Она понимает, что значит этот взгляд.

— Закончили? — спрашивает Браун, настукивая что-то по металлу двери костяшкой пальца в черной перчатке.

Сделав шаг от тела Стоуна, Павел разворачивается в его сторону и подается вперед. Все пятеро охранников активируют шокеры. Первый заключенный останавливается в шаге от начальника и прожигает его глазами.

— Мертв? — звучит холодный вопрос Брауна.

— Мертв, — звучит ответ Самсурова.

Развернувшись, начальник уходит и уже на лестнице бросает:

— Передайте мои соболезнования. Этого в плане не было.

***

— Ну что? — набрасывается Оскар сразу, как за Павлом и Мареком закрываются ворота. Первый заключенный, обходя всех, идет к лестнице.

Перед ним появляется Бенуа и спрашивает:

— Что ты видел?

— Спроси у вашего, — спокойно говорит русский.

— Мертв, — отвечает все еще не пришедший в себя Марек.

— А ты что видел?! — не выдерживает Бенуа.

Павел несколько секунд молчит. За спиной Бенуа собрались заключенные: посредники, продавцы и даже гладиаторы. Все ждут от него комментариев.

Он поднимает глаза и замечает подлетевший дрон. А если дрон, значит…

Экран крупным планом показывает Павла. Он задумчиво смотрит на свое лицо, а затем кричит:

— Мертв! Триста третьего, Дэниела Стоуна, больше нет! — В ту же секунду трансляция обрывается. По толпе заключенных бежит нервный шепот. Павел добавляет, теперь уже Бену: — Держитесь вместе.

Он подходит к лестнице, и охранник, который ее сторожит, несколько неуклюже, почти испуганно отходит в сторону.

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Что будем делать, Бен? — спрашивает Оскар.

Лидер шахтеров смотрит на два десятка одноклубников и множество безбилетников, поверивших в них, в Стоуна — в символ того, что однажды все изменится. Марек успокаивает Джейка, еле сдерживающего слезы. Джавайа, проводив взглядом «круг Кайи», поворачивается к Бену и мрачно качает головой.

— Что будем делать? — еще раз спрашивает Оскар.

— То же, что и всегда. Держимся друг за друга. Сейчас время Терок. Все на Терки, — завершает лидер Бен.

***

Стук в дверь будит ее. Вскочив с кушетки, она роняет на пол книгу. Судорожно оглядывается.

— Мисс Лин, это старший помощник Роуди, — слышится приглушенно с той стороны.

— Сейчас, — отвечает она и, подойдя к шкафу, бьет по нему ребром ладони. Дверь-купе открывается. Она хватает первые попавшиеся джинсы и блузку. Натягивает одежду, ковыляет к двери. Задевает пальцами ноги ножку столика. Закрывает глаза, прикусывает губу, стонет и прыгает на одной ноге, держась руками за пальцы второй.

— Мисс Лин, у вас все хорошо?

Закатив глаза, она выдыхает носом и отвечает:

— Да. Иду.

Затем подхватывает с пола книгу, подходит к двери и прикладывает руку к сканеру. Тот загорается зеленым, и дверь, как и дверь шкафа, отъезжает в сторону. За ней оказывается темнокожий мужчина лет сорока, с идеальной короткой стрижкой.

— Простите, я… — она оборачивается, — читала.

— «Za… myatin. We». — Старший помощник вглядывается в корешок книги. — Что-то знакомое. Фантастика?

— Скорее, классика.

— Понятно. Капитан приглашает вас на мостик. Если пожелаете, само собой.

— Я приду через пару минут.

Приведя себя в порядок, мисс Лин направляется через короткий коридор к лифту. Войдя внутрь, выбирает третий этаж. Кнопка загорается красным.

— А, — вспоминает она, прикладывает висящий на шее бейджик и повторяет запрос.

Лифт поднимается, после чего она вновь оказывается в коридоре, теперь уже подсвеченном строгими белыми линиями сверху и снизу.

— Мисс Лин, — улыбается ей женщина в белом халате, выйдя из кабинета.

— Здрасьте, док.

— Мы скоро прибудем к месту назначения. Вы готовы?

— Ну… — она пожимает плечами. — Наверное.

— Не смею больше задерживать.

Девушка идет в самый конец коридора, к входу на капитанский мостик. Последняя дверь расходится в стороны, и она оказывается в просторном помещении с десятком сотрудников высшего звена.

— Капитан, — произносит она, подходя к пульту управления, и, театрально поклонившись, спрашивает: — Вы хотели меня видеть?

— Просто хотел показать тебе кое-что, — улыбается мужчина.

— Я уже видела Луну. Каждую ночь и с самого детства, папа.

— Само собой. Но есть то, что с Земли не разглядишь, дорогая. Старридж, выведите изображение на основной экран.

Через мгновение перед мисс Лин открывается вид на спутник Земли в потрясающем разрешении: лунные кратеры и горы отчетливо видны. Среди всех объектов один выделяется искусственной белизной и прямоугольной формой. Будто стадион, покрытие которого переливается под лучами то ли звезд, то ли Солнца. И вдруг мисс Лин на мгновение ослепляет солнечным зайчиком, прыгнувшим прямо на дисплей.

— Это проект «Мунлайт».

***

— Мистер Стоун… мистер Стоун!

Кто-то тычет ему в лицо ослепляющим фонариком.

— Насколько все плохо, док? — Голос Брауна.

— Реакция на свет есть, но что-то не так. Тело не подает признаков…

— Не говорите мне, что вы реально его убили.

— Я? — возмущается доктор Мейхем. — Я предупреждал вас, что его тело не в том состоянии, чтобы ставить на нем эксперименты.