Она покачала головой, ее глаза дразнили.

— Серьезно? Как я могу тебе помочь, если я не знаю, что нужно сделать?

Она потянулась вверх, проводя руками по моей груди и вниз по моему прессу.

— Я покажу тебе, когда буду готова.

Я прищелкнул языком, глядя на нее.

— Что я тебе говорил о контроле в этом… независимо от того, что это означает?

— Отношения, — сказала она. — Скажи это. Потому что так оно и есть, и именно в это все будут верить. И там, где наши отношения будут очень открытыми, детали нашего соглашения должны быть нашим секретом.

Я провел языком по ее нижней губе.

— Отношения. — Это слово с таким же успехом могло быть на иностранном языке, учитывая, насколько хорошо оно мне было знакомо.

— Хорошо, — сказала она и просунула руку под пояс моих джинсов, ее пальцы потянулись к тому, что бушевало в моих штанах.

Я зашипел и оттолкнулся от стула, оставляя между нами немного пространства. Ее зеленые глаза вспыхнули, когда она посмотрела на меня в шоке, и я ухмыльнулся.

— Скажи мне, я просто тот, кого ты выбрала, чтобы дополнить этот список, или я в нем есть?

— Номер семь, — мгновенно ответила она. Встав, она направилась ко мне, стук ее каблуков эхом отдавался в моей голове. Черт, эта огненно-рыжая сожгла бы меня изнутри. Я пятился, пока не уперся в стену. — И я готова к этому. Сейчас же.

Она снова потянулась ко мне, и я обхватил руками ее запястья, притягивая к себе и поворачивая, пока не прижимаю ее спиной к стене. Подняв ей руки над головой, я удерживаю их так, чтобы она была полностью прижата к стене.

— И кто еще есть в этом твоем списке?

— Что? — Ее глаза округлились.

— Этот эпический список "грязных девчонок", который у тебя есть. Если я № 7, то кто еще там есть? — Мысль о том, чтобы выследить их всех и похоронить их тела до того, как они смогут прикоснуться к Пейдж, пронеслась у меня в голове. Так держать, пещерный человек.

— Никого. Там только ты. Я хочу только тебя.

И после этих слов я завладел ее ртом. На вкус она была как вино и что-то сладковатое, и это заставило мой член пульсировать так сильно, что мне пришлось прижаться к ней.

Только я. Я не был безымянным трофейным ублюдком. Я был единственным, кого хотела эта безумно великолепная женщина, единственным, кому она доверила этот свой список, и я хотел ее так же сильно.

Задыхаясь между моими губами, она обхватила ногой мое бедро, бесстыдно прижимаясь к моему члену, когда втянула мой язык обратно в свой рот.

— Черт, — прорычал я.

Я прижал женщину к стене, и все же она брала себя в руки так, как никто другой никогда не брал. Было бы так легко погрузиться в нее — быстро расстегнуть молнию и сдвинуть ее трусики в сторону, и она бы выкрикивала мое имя.

Удерживая ее руки только одной своей, я провел свободной рукой вниз по ее боку, пока не почувствовал гладкую кожу ее обнаженной ноги, ее платье задралось до бедра. Мои пальцы наткнулись на черное кружево — и его было не так уж много, черт возьми, — когда я схватил ее за задницу и прижал к себе. Прежде чем она успела подпрыгнуть, чтобы обхватить лодыжками мои бедра, я мягко толкнул ее ногу вниз. Чтобы остановиться, потребовалось усилие в сотню тренировок по два раза в день, но я поцеловал ее в последний раз и отступил.

Кремовая кожа раскраснелась, а ее идеальные груди двигались вверх и вниз, когда она переводила дыхание.

— Не сегодня, — сказал я.

Она посмотрела на доказательство того, как сильно я, черт возьми, хотел ее.

— Почему?

Потому что это то, что ты думаешь, что хочешь, но это не то, что тебе нужно.

Подойдя к ней ближе, ровно настолько, чтобы коснуться ее подбородка. Я произношу:

— Я же сказал тебе. Я все контролирую. Я дам тебе то, чего ты хочешь, но только тогда, когда ты захочешь этого больше всего.

— Я хочу этого…

— Нет, — оборвал я ее, ухмыляясь. — Ты думаешь, что хочешь. Просто подожди. — Я подмигнул ей и нежно поцеловал в щеку. — Спасибо за ужин, — прошептал я, прежде чем вернуться к столу, чтобы взять контракт. — Я подпишу его и принесу обратно. — Я постучал по папке, открывая ее входную дверь.

— Когда? — Спросила она, уперев руки в бедра.

— Скоро. — Она закрыла за мной дверь, когда я спустился с крыльца и медленно направился к ее подъездной дорожке.

Прошло только десять минут, пока я ждал своего водителя и внутри меня происходила борьба и дикое желание послать все к черту, ворваться обратно в ту дверь, отнести Пейдж в ее кровать и погрузиться глубоко в нее, именно так, как умоляло мое тело.

Она была не из тех женщин, которых можно быстро трахнуть, чтобы выбросить из головы. Она была из тех, кем ты наслаждался. Медленное горение, от которого пламя становилось только ярче, чем дольше вы его разжигали. Пейдж была живым, дышащим пламенем. Я просто надеялся, что был достаточно силен, чтобы противостоять ее огню.

ГЛАВА 6

В понедельник утром я сидела за своим столом в напряженном беспорядке. Прошло всего два дня после ужина с Рори и его более чем успешного поддразнивания. Я жаждала его, как стакана воды со льдом в жаркий день. Его кожа, его запах, его прикосновения — это все, о чем я могла думать. Что определенно не помогало мне сосредоточиться, когда я дорабатывала нюансы мероприятия для тысячи сотрудников из разных отделов компании.

Это мероприятие проводилось раз в два года, чтобы поддержать моральный дух, а также дать сотрудникам возможность высказать любые опасения или идеи, которые у них возникли относительно будущего компании. Это была традиция, и я с нетерпением ждала ее каждый раз. Тем не менее, если бы я не была осторожна, я бы запланировала мероприятие на домашнем катке "Акул", где не было бы больше развлечений, чем наблюдать, как Рори кромсает лед во время тренировки.

Из интеркома на моем столе раздалось жужжание. Я нажал на кнопку.

— Да?

— Мистер Тернер здесь, чтобы повидаться с тобой.

— Впусти его. — Я выключила связь и пригладила волосы, одновременно надевая босые ноги в черные туфли-лодочки. Сегодня у меня не было никаких встреч, и я чувствовала себя комфортно, одобряя выбор группы координаторов мероприятия для благодарственной вечеринки в эти выходные. Удобно — это было не то слово, которое понимал мой отец.

Деревянные двери в мой кабинет распахнулись — мой отец никогда не был из тех, кто входит незаметно. Он был одет в один из своих традиционных серых костюмов в тонкую полоску, который подчеркивал седину в его волосах.

— Пейдж. — Он раскрыл объятия, когда я обошла свой стол.

— Отец. — Я обняла его, искренне радуясь его видеть. Я всегда скучала по нему, когда он уезжал из города по делам, из-за чего его часто не было дома неделями, даже, когда я была ребенком. Я привыкла видеть его в офисе, где мы ежедневно обедали, если это позволяли встречи и расписание, а когда он уйдет на пенсию… Что ж, думаю, мне все-таки придется повзрослеть.

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, немного отходя от меня и бросая взгляд на мой черный брючный костюм-тройку и блейзер.

— Спасибо. — Я не упустила акцент в его комплименте или умолчание о том, что генеральный директор нашей компании должен подать себя как часть предложения. Меня это не беспокоило, пока он не закончил читать мне лекцию о чертовом красном платье. Это доставило мне больше неприятностей, чем я могла себе представить, хотя это также было ответственно, по крайней мере, частично, за то, что я поймала Рори на следующие три месяца.

— Все готово к этим выходным? — Он сел в одно из кожаных кресел, которые стояли перед моим столом.

— Да. — Я снова села в свое кресло, открыв вкладку на своем компьютере. — Джанин говорит, что у нее запланировано что-то особенное для станций самообслуживания. — Я усмехнулась, увидев панический взгляд моего отца. Наш назначенный поставщик провизии и моя лучшая подруга с шестого класса была одной из лучших шеф-поваров в стране — его всегда беспокоил ее дикий образ жизни. Все началось с той ночи, когда она тайком принесла мне мою первую порцию Джека Дэниелса на первом году обучения в старшей школе. Отец взбесился, запретив нам дружить, но моя мать переубедила его.