– Будешь, Ника. Будешь, – тяжко вздыхаю и отпиваю глоток со своей чашки.

– Честное слово, – прижимает руки к груди.

– Эскорт – это легкие деньги. К ним быстро привыкаешь, – по себе знаю. Вкус легкого выигрыша ни с чем не сравним.

– Последний раз, – смотрит на меня с надеждой. Как котенок, которому показали сливки и тут же их спрятали.

У меня сейчас своих траблов по горло. Но и послать ее я тоже не могу. Как бы там ни было, мы с Никой не чужие друг дугу люди.

– Ладно. Я помогу. Но на этом мы распрощаемся с тобой навсегда.

Взвизгнув, девушка спрыгивает со стула и бросается мне на шею: – Спасибо! Спасибо! Спасибо!

– Ну хватит, – пытаюсь оторвать ее от себя. – Давай, выкладывай мне все про эту Жанну Львовну. Где мне ее найти?

– Это очень серьёзная женщина, – Вероника становиться сзади и начинает разминать мне плечи. – У нее свой офис в центре.

Это безумно приятно. На ее умелые движения пальцами реагирую расслаблено. Ночь на неудобном диване дает о себе знать.

– Напиши мне ее номер, – говорю с закрытыми глазами. – Я наберу ее и договорюсь о встрече.

Девушка обнимает меня сзади и ложиться подбородком на плечо: – Только, представься, пожалуйста, клиентом, – тихо произносит она.

– Ты нормальная? – веду плечами и грубо сбрасываю ее руки. – Может еще предложишь мне оставить положительный отзыв о твоей работе? Или рейтинг тебе среди шлюх понять? – поднимаюсь со стула, подхожу к мойке и выплескиваю недопитый кофе в раковину.

– Если она узнает, что ты мой сожитель, то даже разговаривать не станет, – она подходит ко мне. – Ну, или можешь тогда мне дать деньги.

– Сколько? – давлю интонацией. Хочу побыстрее закончить этот нелепый диалог.

– Семьдесят процентов я уже отдала, – мнется Ника и закусывает губу.

– Сколько? – я начинаю терять самообладание.

– Тридцать тысяч, – выпаливает она и замолкает.

– Баксов?

– Евро.

– Ника! – вырывается горловой рык. – Скажи мне, куда можно было незаметно деть такие бабки? Зачем ты вообще их брала?

– Часть из них — это штрафы за неустойку, – начинает оправдываться. – Остальные ушли на косметику. Украшения. Одежду.

– То есть, тебе не хватало того, что я тебе покупал? – развожу руками.

– Это было еще до тебя, – с обидой в голосе прерывает меня. – И не надо меня сейчас отчитывать, – психуя она разворачивается и шагает в сторону спальни.

– Короче, – следом иду за ней. – Я дам тебе эти деньги. Будем считать их отступными. И чтобы до вечера тебя уже здесь не было. Поняла?

– Понял, – фыркает она. Берет с тумбочки свой телефон, находит в контактах нужный номер и отправляет его мне.

Выхожу из спальни и закрываю за собой дверь. Вбиваю ее номер в свой новый гаджет и нажимаю кнопку вызова. Представляюсь женщине клиентом, который обратился к ней по рекомендации. Договариваюсь с ней о встрече сегодня вечером в чайном доме.

Жанну Львовну я представлял совершенно иначе. Думал, что это тетка лет эдак за пятьдесят. С голубыми тенями на глазах и алой помадой на губах. Такая, типичная «мамка». Но, нет. На встречу ко мне пришла очень симпатичная, стройная, достаточно молодая женщина. Одета в строгий деловой костюм. Глядя на нее, я бы мог спокойно предположить, что передо мной стоит руководитель какой-нибудь ведущей компании.

– Добрый вечер, – поднимаюсь на ноги и приветственно жму ее холеную руку.

– Добрый вечер, – отвечает она и снимает с себя туфли.

– Китайский чайный дом – странное место для встречи, – улыбаюсь и подаю ей руку, помогая подняться на ступеньку.

Женщина садиться предо мной на подушку, подгибая ноги под себя и выравнивая осанку: – Люблю китайские церемонии. В таких местах сама атмосфера предрасполагает к умиротворению. Общению.

– И созерцанию окружающего мира, – добавляю я. – Может обсудим дела, пока не пришел чайный мастер?

– Я вся во внимании, – откладывает в сторону свою сумочку и кладет руки на колени.

– В вашем агентстве работает девушка. По имени Вероника.

– Да. Есть такая, – говорит с плохо скрываемым недовольством.

– Я знаю, что она должна Вам определенную сумму денег.

– И что? – взлетают ее брови вверх.

– Готов отдать вам эти деньги прямо сейчас, – достаю из портфеля несколько плотных конвертов и кладу перед ней.

– А вы, простите, кем ей приходитесь? – она переводит свой взгляд с денег на меня.

– Просто другом, – спокойно отвечаю, наблюдая за ее поведением. Женщина смотрит на конверты, но взять их не решается. Она что-то крутит в своих мозгах. Это заметно. – Я понимаю, что, взяв эти деньги, вы потеряете некую власть над девушкой. Но при этом хочу заметить. Уверенности в том, что она отработает вам долг – нет. А эти бумажки – реальны.

– Деньги – это мёртвый капитал. А сила – живой. Всё живое лучше, чем мёртвое, – поднимает на меня свои темные глаза.

– Тем не менее, с деньгами можно и черта заставить крутить жернова. Ну так что? – раздраженно смотрю на наручные часы, понимая, что попросту трачу время на пустую болтовню.

– Уговорили. Долг закрыт, – она ловко забирает конверты.

Вот так бы сразу.

В этот момент дверь отъезжает и перед нами появляется узкоглазая девушка с подносом руках.

– Чаю? – Жанна Львовна делает пригласительный жест.

– Спасибо, но на это уже нет времени, – забираю портфель. Обуваюсь и выхожу на улицу. Сажусь в свою тачку и вижу, как из соседнего кабака выходит моя Алина. И не одна, а в сопровождении какого-то очкастого мужика.

Костя

Берусь за ключ, поворачиваю его в замке зажигания и рву с парковки. Нарушая правила дорожного движения, разворачиваюсь пересекая двойную сплошную и падаю на хвост такси. Внутри закипает адреналин. Руки чешутся подрезать эту оранжевую машину. Но тогда я не узнаю куда они едут. Торможу на светофоре и стараюсь взять себя в руки. Пока стоим, напрягаю свое зрение. Хочу рассмотреть через заднее стекло, что они там внутри делают. Из-за того, что на улице темно, вижу только размытые силуэты. Три… Два… Одни – светофор включает зеленый и я продолжаю преследовать автомобиль, в котором сидит Алина. Мой джип движется в направлении спального района. Здесь кругом старенькие, серые панельки и гаражи. Хорошо, что сейчас ночь. Днем все выглядит значительно мрачнее. Интересно, она едет к себе домой или к нему? Черт! Конечно, к нему. Все нормальные мужики везут девушек к себе домой. И что я собираюсь делать? Морду ему бить? Она ведь сама, добровольно села с ним в такси. Руками сильнее стискиваю руль, а нога дергается прибавить газу. Нет. В таком состоянии мне категорически запрещено общаться с ее этим очкастым. Считаю до десяти. Пытаюсь медленно дышать, чтобы хоть как-то отвлечь себя от этого наваждения. Пока снова стою на светофоре, вспоминаю, что у меня в кармане лежит бумажка с её номером. Который мне черканул Иван Степанович. Достаю свой телефон и не раздумывая набираю. Гудок… Еще один… И еще, мать его, один! Трубку никто не берет. Ожидаемо, блять. Звонок отключается, и я делаю еще один дозвон. Жду пока гудки не прекратятся. Так делаю несколько раз подряд. И каждый раз нажимая кнопку вызова, задерживаю дыхание в надежде услышать ее голос и наконец-то выдохнуть «привет».

Грёбаная логика подсказывает мне, что разборок с ее этим… мужиком не избежать. Ловлю себя на мысли, что завидую этому типУ. Потому что это рядом со мной она сейчас сидеть должна. И ко мне домой ехать, а не к нему. А что, если он ее заставил? Угрожал или того хуже? Меня несет от беспокойства за девушку.

Вот машина сворачивает во двор. Стараясь не привлекать внимание, тушу фары и следом за ней заезжаю. Торможу в метрах двадцати. Жду, когда из машины сначала вылезет этот гусь и поможет выйти Алине. Выхожу сразу за ними.

– Вечер в хату! – Громко говорю, привлекая к себе внимание. – Как там говорят… Часик в радость, чифир в сладость!

– Добрый, – поправляя свои очки, удивленно поворачивает ко мне голову. – Это вы ко мне?