– Алло… – слышу знакомый до боли знакомый и сонный голос.

– Привет, мам! – Бодро говорю я.

– Костик? Что-то номер не определился. Ты как-то рановато звонишь, сын, – тянет она.

– У тебя уже начало двенадцатого, – смотрю на часы и вспоминаю, что разница во времени у нас всего лишь один час.

– Гормон молодости выделяется исключительно во время сна, – зевает.

– По всей видимости старость тебе не грозит, – хмыкаю. – Я звоню тебе спросить, как дела и предупредить, что перевод сделаю в конце месяца.

– У меня все прекрасно. Как у тебя дела, сынок? – Ее тон становится любопытным.

– У меня все, как всегда. Стабильно, – правильней было бы сказать: стабильно хреново.

– Это замечательно. Чем ты занимаешься? – Делает вид, что ей это интересно.

– Я сейчас за городом… с друзьями, – сочиняя на ходу, я отвечаю чуть помедлив. – Взял небольшой отпуск на пару дней.

– К нам с Эженом приехать не хочешь? – от имени ее молодого любовника меня начинает воротить.

– Пока дел много. Не смогу вырваться, – сдерживая раздражение, отвечаю с нажимом.

– Ну, ладно, – очевидно, почувствовав, мою интонацию, мать съезжает с темы. – Мой счет не изменился. Как только получу перевод, отпишусь.

– Хорошо, – киваю головой, будто она может это видеть.

– Вообще, хорошо, что ты меня разбудил, – слышу какое-то шуршание в трубке. – Я совсем забыла, что записана сегодня на прием к хирургу.

– Что-то случилось? – дергает меня внутри.

– Ой… Нет. Не так выразилась. К пластическому хирургу, – с улыбкой отвечает она. – Хочу немного исправить возрастные изменения.

– Понял, – стискиваю зубы.

– Ну, все тогда, – мать тут же теряет интерес к нашему разговору. – Рада была тебя слышать. Звони, если что.

В этот же момент мой телефон оживает второй линией. Этот номер нигде не определяется, сюда может звонить только тот, кто его знает.

– Если что, – повторяю эхом. – Давай. Пока, – сбрасываю звонок и синхронно принимаю второй. – Слушаю!

– Константин? – слышу восточный акцент на том конце провода.

– Он самый, – строго отвечаю.

– Меня зовут Дамир, – представляется он. – Я от Егора. Звоню вам по поводу Хабарова.

– Я весь во внимании, – внутренне напрягаюсь.

– Думаю, нам будет о чем с вами поговорить. Но только не по телефону.

– Где и когда? – говорю решительно.

– За вами приедет мой человек. Будьте готовы ближе к вечеру, – отключается мой собеседник.

(Отсылка к главе 21 романа "Очень (не) обычная история")

***

– Я уважаю Громова, Константин, – Дамир откидывается на спинку кресла и сверлит меня своим изучающим взглядом. – И именно поэтому я согласился помочь тебе. Но, не за просто так. Я надеюсь, ты это понимаешь.

– Понимаю, – киваю. – Какая цена вопроса? – Понимаю, что попросит он немало за свою помощь.

– Деньги меня не интересуют, – тянется к чашке с кофе и отпивает оттуда глоток. – Говорят, ты можешь любую информацию найти.

– Люди многое говорят, – отвечаю практически невозмутимо. – Какая именно информация вас интересует?

– Компромат на Хабарова и еще на одного человека, – возвращает чашку на стол.

– Что за человек? – Скребу зубами зля на себя и на болтливого Егора. Собрать инфу по Сергею было необходимостью. Я, знаете ли, как-то не очень люблю копаться в чужих грязных портках.

– Есть один госчиновник. Зовут его Александр Викторович Баринов. Он на данный момент является главой комиссии по рассмотрению вопросов налогообложения в городе.

Твою ж… Только чинуш мне не хватало. Одно дело — это старый шулер. И совсем другое — госчиновник. Люди власти всегда завязаны в самых грязных, темных и мерзких делах. За красивыми галстуками и лакированными туфлями, как правило, тянуться лужи крови.

– Ну так? – Ползет вверх бровь моего собеседника.

– Согласен, – нехотя отвечаю. Разве у меня есть другой выбор?

– Что ж, – Дамир открывает нижний ящик стола, достает оттуда папку и кладет ее передо мной. – Вот здесь вся официальная информация о нем.

А мне надо накопать все хорошо спрятанное дерьмо. Хмыкаю про себя, но внешне стараюсь этого не показывать.

– Я смотрю, вы подготовились, – я усмехаюсь.

– Давно пытаюсь найти рычаг давления на этого непорядочного человека, – говорит, как что-то само собой разумеющееся. – Он не первый год мне палки в колеса тычет.

– Я понял. Сделаю все, что смогу, – забираю папку. Собственно, что мне еще остается. Здесь без вариантов.

– Верю в тебя парень, – задумчиво тянет Дамир. – А это правда, что ты лучший в карточных играх?

– Хотите, можем проверить, – борзо киваю Амирову.

– Харам, – вскидывает ладони, и я замечаю красные четки на одной руке. – Напрасная трата времени. От нее нет пользы ни в этой жизни, ни в Вечной.

– Я понял, – торможу его философские мысли.

–Эх, Костя, Костя, – вздыхает Амиров. – У меня сын такой же как ты. Молодой и горячий. А я все тщетно пытаюсь остудить его пыл и охладить разум.

– Вот все, что есть на Хабарова, – поднимаюсь с дивана. Подхожу к столу. И кладу перед ним флешку. – Я могу идти?

– Иди, – коротко кивает.

– Будем на связи, – подаю ему руку.

– Жду от тебя звонка, – жмет в ответ.

Выхожу из дома Амирова и сажусь в машину. Меня немного колбасит. Я раньше не общался с людьми его уровня и статуса. У него совсем другие понятия. Древние, что ли. Телефон вздрагивает сообщением от Громова, что Вероника уже дома. «Спасибо» – отвечаю и прячу его в карман.

– Куда? – Спрашивает меня водитель Дамира.

– Домой, – вздыхаю и называю ему свой домашний адрес.

Водитель согласно кивает и резко газует с места.

В моей голове прокручиваются версии нашего с ней диалога. Жаркой встречи у нас уже не получиться. Проще, конечно, решить с ней все и сразу. Гнилую ногу надо рубить одним махом, а не растягивать удовольствие пиля ее по сантиметру. Возможно, я поступлю с ней сейчас как эгоистичная скотина. Но мне очень хочется быть честным перед другой девушкой. Я по Алинке безумно соскучился. Увидеть ее уже очень хочется. Да и просто хочется. Аааа… Давлю в себе желание развернуть водителя и уехать противоположную сторону. Уже поздно. Она, наверное, отдыхает. Да и с Вероникой надо все побыстрее закончить.

Машина паркуется на стоянке жилого комплекса. Я прощаюсь и поднимаюсь в квартиру. Из ванной доносится шум воды. Разуваюсь и прохожу на кухню. Беру стакан и наливаю туда воды из-под крана. Выпиваю залпом. В гостиной сажусь на диван и прикрываю глаза. Устал. Хочется спать. Но меня сегодня ждет еще один тяжелый разговор. Звук воды стихает. Несколько минут и дверь хлопает. Слышу звук босых ног по полу, которые тормозят недалеко от меня.

– Костя? – Слышу удивленное и открываю глаза.

– Не ждала? – Чуть повышаю голос.

Вероника в халате и с полотенцем на голове, не двигаясь стоит в дверном проеме: – Нет, – мотает головой и расплывается в улыбке. – Костик, – бросается на шею.

– Ника, – отталкиваю ее от себя.

– Что не так? – Поднимает на меня широко распахнутые глаза. – Я рада тебя видеть. Где ты был все это время?

– А ты? Где была ты? – Добавляю голосу тяжелых нот и поднимаюсь на ноги. Отхожу к столу. Беру все тот же стакан, но наливаю туда уже не воду. Выпиваю. Коричневая жидкость обжигает пищевод.

– В смысле? – Моргает.

– В прямом. Ничего не хочешь мне рассказать? – Тру переносицу и швыряю стакан на стол.

– Нет, – мотает головой, закусывая губу.

– Понятно, – огибаю девушку и иду в сторону спальни.

– Костик, ты нормальный? – Бежит за мной следом.

Открываю шкаф, беру оттуда свои чистые вещи и постельное белье: – Значит, так. Говорю один раз. Дважды повторять не буду. Я не хочу тебя обманывать. Да и себя тоже.

– Что это значит? – Она становится в позу.

– Это значит, что наши отношения закончены. Ты можешь возвращаться в эскорт. Хотя, насколько мне известно, то ты уже это сделала.