С этими словами старый шаман прикрыл глаза и прижался лбом к посоху-копью, опираясь на него. По резьбе древка прошла волна света, и Кирилл ощутил волну приятного тепла. Боль в руке стала заметно слабее, и не только у него. Работа малого духа, но не исцеляющего раны, а поглощающего боль от них. Эдакий аналог духовной анестезии. Обезболив пострадавших, пожилой орк принялся помогать оказывать им помощь, благо что кое-какая целебная алхимия у беглецов имелась.

- Мне бесконечно отрадно, что нашлись в свите почтенного Гурара такие духи, - произнёс твёрдым, но полным напряжения голосом Илидрис, переиначив имя шамана на тёмно-эльфийский манер, - но что вообще, во имя Госпожи во Тьме, устроила почтенная Диантрель?

Вопрос был задан Первому. И, судя по тому, как к тёмному эльфу повернулись остальные беглецы, не только его сородич хотел узнать ответ на этот вопрос.

- Моя соратница решила поблагодарить от всей души нашего хозяина за его излишне навязчивое гостеприимство, - усмехнулся Первый, - и если мои слух и чутьё меня не обманывает, благодарность её он вкушает сейчас в полной мере.

Все недоумённо завертели головами прислушиваясь. А потом Гуур'Аар, Шалах-Ана и оба тёмных эльфа буквально вытаращили глаза. И Кирилл без труда понял их. Хоть беглецов и закинуло практически максимально далеко от центра хранилища, отголоски творящегося там магического буйства он ощущал вполне отчётливо. А это, учитывая расстояние, часть закрытых проходов, и всего двойку в Сенсивности говорило о многом.

- Я искренне желаю почтеннейшей Диантрель в этом деле успехов, и от всей души надеюсь, что она не пострадает, но как нам теперь добраться до центра хранилища? - предельно дипломатичным голосом поинтересовался Шинда-Бах, пока закончившая обрабатывать собственную рану ноги Шалах-Ана занималась его ушибами.

Одновременно торговец указал на проход, что ранее вёл в восьмой зал. Все проследили за его рукой. И печально выдохнули. Потому что проход остался там же где и был. В том смысле, что начинался он от пола, который теперь потолок, и доходил примерно до середины стены, разделявшей два зала. А высота каждого зала была по ощущениям Кирилла, этажей пять. Что особенно удивительно, несмотря на то, что их зал перевернули, входы-выходы между залами по-прежнему полностью совпадали, демонстративно презирая и посылая в пешее эротическое какую-то там метрику пространства.

- Есть идеи, как нам до него добраться? - деликатно спросил халифатский капитан.

Кирилл хотел предложить создать барьер-платформу, и на нём как на лифте добраться до прохода, но не успел. Потому что хранилище опять тряхнуло, в этот раз уже очень даже ощутимо. А спустя миг, под синхронные вскрики, маты и брань беглецов, гравитация опять поменяла свою ориентацию. В смысле, направление. Тысячи костей и прочего барахла вновь устремились обратно вниз, к полу, который перестал быть потолком, став снова полом. Не отстал от них и отряд беглецов, только в этот раз, стоило им потерять опору под ногами, как вес их тут же уменьшился в разы, а спустя миг их подхватил барьер-сетка, мягко спружинив и погасив остатки инерции. Ещё через миг он, по команде Кирилла, плавно натянулся, давая людям и нелюдям точки опоры. Беглецы только-только начали подниматься на ноги, желая всего самого лучшего здешним обитателям, когда в их зале начался натуральный ад.

Без какого-либо предупреждения через всё тот же открытый проход, что раньше вёл в восьмой зал, в их зал ворвался с оглушительным свистом и рёвом ураганный ветер, моментально заполняя всё помещение до самого потолка. Не прошло и нескольких мгновений, как этот беснующийся ураган вновь поднял в воздух все попадавшие груды костей и прочего хлама, начав их кружить с бешенной скоростью. И бить ими по всему и вся, включая барьер-купол под потолком, за которым укрывался отряд беглецов. "Кириалль, барьер!" заорали одновременно по меньшей мере пятеро из них. Впрочем и без этого вопля молодой человек, едва увидев и, что не менее важно, ощутив мощь ворвавшегося в их зал урагана, рефлекторно укрепил барьер-купол. А потом добавил ещё один. Добавил бы и третий, но силы нужно было экономить, резерва осталось около четверти.

Замершие на натянутом как струна барьере-сетке люди и нелюди вытаращив глаза смотрели на развернувшееся под их ногами буйство воздушной стихии. Даже не будучи одарённым можно было легко ощутить завихрения магической энергии, от чего по коже бежали мурашки. Указав на барабанящие в барьер-купол кости, Лицана, утратившая эталонную эльфийскую невозмутимость и фирменную тёмно-эльфийскую надменность, повернулась к Первому:

- Что это, во имя отродий бездны, такое?!

Её сородич криво усмехнулся и на удивление спокойным голосом ответил:

- Как я уже сказал, почтенная Диантрель отблагодарила нашего излишне навязчивого в своём гостеприимстве хозяина.

Тёмная эльфийка, судя по всему, хотела спросить ещё что-то, но в этот момент в барьер ударила с оглушительным треском ветвистая молния, заметно просадив его резерв. Кириллу пришлось его спешно латать, а большая часть беглецов невольно подпрыгнула, кто-то вскрикнул, кто-то выругался. После чего почти все они с очень разными выражениями лица посмотрели на Первого. Особенно охреневшие взгляды были у старого шамана и корабельной волшебницы. Потому что они, будучи одарёнными, могли оценить мощь волшебного урагана, беснующегося в хранилище. И прикинуть, какие силы нужны, чтобы устроить такую бурю.

Но вслух, само собой, свои мысли они озвучивать не стали. Вместо этого Фехтан, утерев с разбитой губы остатки крови, спросил, указывая на беснующуюся прямо под ногами беглецов стихию:

- И что теперь? Долго продлится... её благодарность, которую я всячески одобряю, и искренне желаю заманившему нас сюда отродью шакала вкусить её в полной мере.

- Нет. Ещё несколько минут, - на автомате и без задних мыслей ответил сосредоточенный на поддержании барьеров Кирилл, припомнив описание артефакта.

Чем вызвал в свою сторону очередную порцию очень разных взглядов. Вот прямо ооочень разных. Но вслух никто из его невольных спутников опять ничего не сказал. А вот Первый спросил:

- Кириалль, можете сказать, что с Диантрель?

- Жива. Укрылась за барьером от урагана в десятом зале, что примыкает к центру хранилища. Потратила много сил, но пока держится.

- Хорошо. Значит, подождём. И будем надеяться, что нас больше никуда не закинет...

Повисла гулкая тишина, нарушаемая лишь непрерывно бьющими в барьер обломками и завываниями беснующегося ветра. Причём, в этом Кирилл был готов поклясться, обломки стали заметно меньше, а воздухе ощутимо так прибавилось пыли. Из-за чего даже с магическим зрением толком не было ничего видно. Вспомнив ещё раз описание доставшегося наставнице артефакта, молодой человек сообразил, что пыль эта, скорее всего костная. По крайней мере, по большей части костная. И поблагодарил Диантрель за её тренировки, благодаря которым он освоил умения создавать барьеры. Иначе бы действительно было бы грустно.

Так, в напряжённой и гулкой тишине прошло несколько минут, за время которых всем пострадавшим успели оказать медицинскую помощь, а затем бушующий ветер стих практически одномоментно. И сотни, если не тысячи поднятых им в воздух обломков всего и вся начали падать на землю. Выждав минуту, отряд беглецов прижался вплотную друг к дружке, после чего Кирилл аккуратно приземлил всех на пол, создав платформу-барьер, сработавшую как лифт. Достигнув пола, беглецы перегруппировались и медленно двинулись в сторону центра хранилища. Идти приходилось крайне осторожно, так как весь пол был буквально завален костями и ещё чёрт знает чем. Подвернуть ногу было проще простого. Вдобавок ещё и разглядеть что-либо можно было только в магическом зрении, так как воздухе по-прежнему висела густым слоем пыль. Если бы не окружавшие беглецов барьеры Кирилла, фильтровавшие воздух, здесь бы ещё и дышать стало невозможно.

Аккуратно ступая по грудам костей, беглецы достигли прохода в следующий зал. Замерев у него, Первый спросил: