— Добро пожаловать в мою скромную обитель, милые дамы, — ухмыльнулся Арак, приветствуя дам, но ему никто не ответил. — Надеюсь, поездка была приятной. Я выбрал в посланцы людей, которым хорошо известны обычаи вашей страны, чтобы вы не испытывали неловкости в их обществе. Уверен, они относились к вам с должным уважением, которого вы заслуживаете.

Виана вспомнила двух варваров, которые увезли ее из замка, и опять внутри нее все сжалось. Они и вправду проявили некоторую галантность, пусть и неуклюжую, но потом, наткнувшись на засаду, доказали, что под налетом цивилизованности по-прежнему оставались дикарями.

— Я позвал вас, — продолжал Арак, — чтобы вы оказали дань уважения вашему новому королю и повелителю. И, как вам должно быть известно, любому королю нужна королева.

Виана невольно устремила взгляд на опустевший трон королевы, где покоилась ее диадема, ожидавшая теперь новую хозяйку.

При других обстоятельствах, в спокойные времена, когда оба принца были живы, половина нортийских девиц жаждала в будущем носить эту диадему и править королевством вместе с красавцем Бериаком, но сейчас ни одна не шагнула вперед, а некоторые даже попятились назад, стараясь остаться незамеченными.

Издав короткий, лающий смешок, Арак снова откинулся на завоеванный силой трон.

— Тройлас! — гаркнул он. — Пора.

Бледный, дрожащий человечек бросился к нему и склонил голову в знак покорности; в руках он нес старую увесистую книгу, на обложке которой красовался герб нортийских королей: на голубом фоне парящий над серебристым замком орел.

— Это королевский писарь, — шепнула Белисия. — Как и многие слуги Радиса, он испугался за свою жизнь и присягнул на верность дикарю.

Виана кивнула; она знала в лицо этого человека, хотя до сей поры не знала ни его имени, ни должности при дворе. А еще она не понимала, зачем Араку понадобились королевские слуги.

Впрочем, это тут же стало ясно. Резким, пронзительным голосом Тройлас стал по очереди вызывать дам, одну за другой. Особо сопротивляющихся люди Арака подталкивали в спину, так что в конечном счете все названные оказались возле трона. Тройлас называл имя дамы, ее титул, родословную и имущество, а Арак под испуганно-затравленными взглядами прочих женщин изучающе осматривал ее и затем передавал одному из своих приспешников. Виана быстро догадалась, что женщины были наградой воинам за храбрость и преданность. Вождям племен доставались наиболее родовитые дамы. При выборе красота не имела никакого значения; предводитель варваров дарил им земли, поместья и дворянский титул. У вождей от этих дам и девиц родятся сыновья, принадлежащие к дворянскому сословию. Унаследовав состояния в различных областях Нортии, они через пару поколений станут полноправными хозяевами всего королевства, и уже никто и никогда не сможет выгнать их отсюда.

Виана стояла неподвижно, как обреченная корова, которую вот-вот поведут на бойню. Она знала, что рано или поздно очередь дойдет и до нее, но никак не могла придумать что-то, чтобы выкрутиться.

— Аналиса де Бельросаль! — выкрикнул Тройлас.

Девчушка лет девяти-десяти, дрожа от страха, шагнула вперед и пошла вдоль зала. Мать с жутким криком бросилась за ней и встала между Араком и своей малышкой.

— Сжальтесь, господин! — взмолилась она. — Аналиса совсем еще ребенок. Возьмите меня вместо нее.

По толпе женщин пробежал невнятный ропот.

— Маркиза Бельросаль — сестра покойной королевы и кузина короля Радиса, — пояснила Белисия, хотя Виана и сама это знала. — По королевской линии она родня с обеих сторон.

Арак ничего не ответил. Маркиза стояла перед ним, крепко обняв Аналису, а Тройлас зачитывал длинный список титулов девочки.

— Аналиса станет нашей новой королевой, — объявил наконец предводитель дикарей.

Он повторил это на своем родном языке, чтобы его поняли все соплеменники, и дикари радостно взвыли. Маркиза умоляла Арака изменить решение, но ее доводы обернулись против нее.

— Вы уже стары для этого, маркиза, — с кривой ухмылкой пояснил Арак. — Аналиса пока еще ребенок, но дети растут. Впереди у нее уйма времени, чтобы родить здоровых и крепких детей.

Вскрикнув, маркиза в отчаянии заломила руки, но была бессильна изменить судьбу своей дочери. Тем не менее, ей было обещано, что она останется при дворе и будет заботиться о дочери на правах фрейлины.

Виане было очень жаль бедняжку Аналису; она вспомнила Ринию, младшую сестру Робиана и с тяжелым сердцем подумала, не выдадут ли замуж и ее тоже. Однако ни самой Ринии, ни ее матери, герцогини Кастельмар, Виана нигде не видела и потому подумала, что это, возможно, добрый знак. На миг в ее душе вспыхнула надежда, что теперь, когда Арак нашел себе королеву, остальные женщины смогут вернуться домой.

Надежды оказались тщетны. Виана почувствовала слабость, услышав, что Тройлас назвал ее имя.

Девушка попыталась собраться с духом. Арак выслушал маркизу, хотя и не выполнил ее просьбу. Так, может, ей удастся убедить его. Виана мягко высвободилась из рук пытавшихся удержать ее Дореи и Белисии и пошла вперед, опустив глаза и не смея взглянуть на ужасного дикаря.

— Виана — дочь павшего в бою герцога Корвена де Рокагриса, — говорил меж тем Тройлас. — Других детей у герцога нет, так что она единственная наследница его владений.

Девушка едва слышала, как писарь подробно перечислял ее титулы и наследство. Новость о гибели отца обрушилась на нее тяжелой кувалдой. Конечно, она с самого начала знала, что у герцога слишком мало шансов выжить в бою, и все же в душе теплилась искорка надежды увидеть его снова. Чтобы сдержать слезы, Виана закрыла глаза и едва не лишилась чувств, но голос Арака вернул ее к жизни.

— Хорошо, она будет славной женой для Олдара.

Огромный дикарь с курчавой рыжей бородой и висящим за спиной топором восторженно гикнул в честь короля, и одноплеменники радостно поддержали своего вождя.

Виана была в ужасе. Ее собираются выдать замуж за это чудовище? И отпрыски этого Олдара будут наследниками Рокагриса? Не бывать этому!

— Господин, — осмелилась заговорить Виана, — я не могу выйти замуж за этого человека.

Арак изумленно и слегка обеспокоено посмотрел на нее. До сих пор только маркиза де Бельросаль осмелилась возражать ему, но это было понятно: она защищала дочь, и в ней текла королевская кровь. Дикари встретили заявление Вианы дружным хохотом, но Арак повелительно махнул рукой, и смех мигом стих. Арак подался чуть вперед и, не моргая, уставился на девушку своими стальными глазами. Неожиданно Виана почувствовала себя крошечной пылинкой, но ее душа вдруг взбунтовалась. Каким бы впечатляющим не казался этот человек, он был всего лишь дикарем-узурпатором. Собравшись с силами, Виана гордо вскинула голову и выдержала взгляд Арака. Тот нахмурился.

— Как смеешь ты перечить моей воле? — прорычал он.

— Я… — голос Вианы дрогнул, но девушка справилась с ним и продолжила. — Прошу меня простить, но я давно обручена с другим. Так решили наши отцы, — добавила она, вспомнив слова Белисии о том, что в свадебных делах дикари считаются с мнением отца девушки.

Арак посмотрел на Тройласа, нервно перелистывавшего книгу.

— Здесь нет такой записи, господин, — наконец промямлил писарь.

— Значит, девчонка врет?

— Я бы так не сказал. Безусловно, она говорит правду, но даже будучи одобренным королем, брачный союз не имеет силы, пока он не записан в этой книге.

— Ты хочешь сказать, что они еще не женаты?

— Именно так, господин.

Арак снова повернулся к Виане.

— А тебе известно, что твой жених, вполне возможно, погиб на войне? — изрек он.

Виана кивнула.

— Надеюсь, что он жив, господин, — ответила она, стараясь скрыть дрожь в ногах.

— Можно узнать, кто этот счастливчик?

— Робиан де Кастельмар, сын герцога Ландана.

С каждым произнесенным словом уверенность Вианы крепла.

— Робиан? — приподняв бровь, повторил Арак и усмехнулся.

Виана не понимала, что так развеселило дикаря. Она кивнула и почувствовала, как покраснели ее щеки. Она ждала, что Тройлас сверится с книгой, а потом сообщит своему новому владыке, что представляет собой Робиан де Кастельмар, но тот даже не удосужился открыть свой фолиант. И Виана быстро узнала, почему.