- Чи! – выругался он. – Чи, чи! Как я мог прошляпить такое?

С трудом совладав с чувствами, он вышел на улицу. Самая обыкновенная улица спального района города. Он стоял на крыльце своего небольшого частного домика, с которого открывался хороший вид. Вот мимо него прошумел большой автобус с почти пустым салоном. На светофоре остановился грузовичок, перевозящий бутылки с качественной питьевой водой. На противоположной стороне улицы на лавке расселся какой-то дед, уткнувшийся в свой старенький смартфон, каким пользовались лет десять назад. Где-то вдалеке раздался вой полицейской сирены, заставивший белого волка вздрогнуть. Не обратив на мага внимания, мимо пробежали трое львят. Они весело переговаривались, пряча в карманах коротких джинсов сразу по нескольку немытых слив. Волк поглядел им вслед. И у него внутри проснулась кровавая жажда.

- Я должен буду добыть ещё одного, - твёрдо сказал он себе. – Мне хватило мозгов затариться ингредиентами по самые уши, все они ещё есть в моём доме в загашнике. Нужен всего-то ещё один котёнок. На этот раз я так глупо не оплошаю!

«Цуккерброд» - древнейшее кафе Леограда. Находится в Срединном районе на улице Ткацкой. Открыто в 2786 году Третьей Эпохи гиеной-купчихой Фридой Бок, переселившейся в центральный район Леограда с Немецкой слободы.

Помимо чая, кофе и горячего шоколада в кафе «Цуккерброд» подавали также и другую заморскую диковинку – мороженое.

Несколько веков спустя кафе стало местом встреч видных тогдашних банкиров, держателей капиталов и финансистов, что позже дало почву для возникновения Леоградской фондовой биржи.

С 1690 года по 1752 год Новой Эпохи на месте «Цуккерброда» попеременно находились ресторан, столовая для студентов и столовая для малоимущих.

Материал из Фурропедии – свободной сетевой энциклопедии

И снова привет, леди и элементы! Это я, цесаревич Ленноз. Эта глава – лёгонький филлер, интерлюдия, если хотите. И сейчас я гоню по улицам Срединного района моего родного Леограда в кабине своего красного суперкара под охраной машин дворцовой полиции.

- Ю-ху! – вскинул лапы я, не касаясь ими руля. Я просто сидел в своём кресле, отдав управление автопилоту. Я наслаждался своим городом. – Ещё быстрее, братцы!

Бортовой компьютер моего суперкара, приняв мою команду, ещё пуще разогрел мотор. И мой кортеж помчался по Срединному району ещё резвее, со всех колёс.

Мой «Луксор» мчался по улицам Леограда как ветер. Впереди, позади, по обеим сторонам – чёрные суперкары и джипы дворцовой полиции с красно-синими мигалками и воющими сиренами. На крышах джипов моей охраны, к слову, красовались глушилки РЭБ – если вдруг надо будет подавить какой-нибудь дрон или боевого робота. А мой железный конь покорял эти просторы. Я чувствовал себя свободным.

Вокруг нас красовались древние, но от этого ещё более красивые и ценные дома из кирпича и камня. Дома древних купцов, аристократов, офицеров, выдающихся деятелей. Колонны, портики, лоджии и балконы, наличники на окнах. Вот я промчался мимо небольшой площади, около которой высилось одно такое древнее здание – огромный даже по нашим современным меркам дом. Двенадцать гранитных колонн, портик с барельефом, а над ним – скульптура гигльва, вставшего на задние лапы. Стены здания были желтоватые. Это был наш Обширный театр. Знаменитый на весь Фуррон театр. В общежитиях местных артистов порядки как в армейских казармах – грызня идёт нехилая. И билеты в Обширный театр стоят как крыло самолёта, конечно. Но это заслуженно. Настоящий храм искусства!

- Ваше высочество, кофейня «Цуккерброд» прямо по курсу! – раздался в рации голос кого-то из моей охраны.

- Это хорошо, боец, - ответил я. – Готовьтесь тормозить.

С воем сирен и сиянием красно-синих мигалок мой кортеж встал около почтенного и очень древнего двухэтажного здания с изысканной террасой перед фасадом. Дерево, стекло, камень. В меру зелени для красоты. Два слова на нашем леомийском и хинландском языках, языке гиен, на вывеске над дверями: «Цуккербродъ Zuckerbrot». И свежо тут. Я вышел из кабины красного суперкара. В мой нос влетели ароматы кофе, чая и горячего шоколада.

Из салонов машин дворцовой полиции вышли бойцы моей охраны. Все огромные мощные львы с имплантами, киборги. Усиленные искусственные мышцы, роботизированные глаза, когти из стали. На них сидят чёрные пиджаки и белые рубашки, тёмные очки. Бронежилеты, пистолеты, бронещитки, которыми они в любой момент готовы меня прикрыть. И пистолеты-пулемёты, замаскированные под простые чемоданчики. С ними мне нечего бояться.

- Ваше императорское высочество! – ко мне навстречу выбежала хозяйка заведения – рослая и крепкая гиена в элегантном пиджаке. – Я ждала вас! Ваш любимый столик уже готов и ждёт вас.

- Спасибо, сударыня Фрида, - я улыбнулся гиене, ступив на дорогой паркет кофейни. Я уже собрался направиться к этому самому столику, стоящему около большого белого рояля, но тут задержался на несколько секунд около хозяйки. – Скажите, госпожа Фрида, а кто ещё из моих знакомых здесь, в «Цуккерброде»?

Гиена нахмурилась:

- Генерал-губернатор Кут, адвокат Златоуст и…

- Кто ещё, сударыня?

- И ещё фельдмаршал Фуррорэ, ваше высочество, - докончила гиена.

Я тоже нахмурился. Я невольно сжал кулаки. Фуррорэ здесь! Вот новость так новость!

- Велите сварить для меня лучший и самый дорогой кофе в вашем заведении, сударыня. Я хочу провести этот день приятно.

В салоне кофейни играла живая музыка – восемь музыкантов исполняли отрывки из симфоний со скрипками, виолончелями и каким-то ещё духовым инструментом. Повсюду стояли столики из орехового дерева с кружевными скатертями, за которыми отдыхали самые элитные звери Леограда. А других здесь и нет – это древнее и очень уважаемое заведение. Как-никак, из него пару веков назад выросла Леоградская фондовая биржа.

Я уселся в мягкое кресло у своего любимого столика. Рояль около меня. А на столешнице уже ждёт меня чашка лучшего кофе в Леограде и несколько очень сладких эклеров в жёлтой глазури. Я оглядел зал. На стенах висели портреты важных львов в костюмах. Всё это знаменитые писатели и философы прошлого, которые были завсегдатаями этой кофейни много лет назад. Писатели… Мои коллеги. И с их времён «Цуккерброд» стал не только местом для элиты, но и местом для чтения или написания хороших книг.

Я сделал глоток кофе и отрезал столовым ножом кусочек эклера. А потом попросил одного из телохранителей передать мне одну такую интересную книгу. Обложка с роскошным рисунком старинного корабля, рассекающего вечернюю водную гладь. Не парусника, а парохода с шестёркой огромных труб, из которых валит густой чёрный дым. Но всё равно по меркам нашего мира это старинный и даже древний корабль.

«Ночь воспоминаний» - значится название. Мемуары давным-давно уже умершего писателя и журналиста по имени Лиан Палкатор, бывшего когда-то пассажиром суперлайнера «Великаник», самого роскошного и большого корабля своего времени, пошедшего ко дну в первый же свой рейс.

Вообще, крушение «Великаника» - это очень важное событие в истории нашего мира. Именно оно в своё время послужило поводом для начала Первой Всефурронской войны, одной из самых кровавых войн в истории Фуррона. Виноват был не айсберг и не рифы. А военная подлодка Хинландии, которая приняла суперлайнер за нарушителя границы и пустила в него торпеду. На борту было много аристократов, миллионеров и, самое главное, кронпринц Люпуссии Фёдор с женой-принцессой. А тогда наша Леомия была связана с Люпуссией и другими странами договорами о помощи в войне. Волки объявили войну Хинландии. А потом и началась грандиознейшая в нашей истории мясорубка. Заговорили пушки. Заворчали моторами танки. Закашляли пулемёты и поднялись в небо боевые дирижабли с тоннами бомб.

Я ещё раз выпил кофе и ещё раз откусил вкусного эклера. Склонился над страницами книги, куда я заложил в прошлый раз закладку. Перед моими глазами замелькали строчки.