– Рад, что вы пришли, Миша, – просиял Светоч, обернувшись ко мне.

– Какого черта тут происходит? – сходу набросился я.

Он ничуть не смутился. Напротив, стал еще радостней.

– Забавно, как часто вы упоминаете его.

– Что? Кого я упоминаю?

– Давайте вернемся к вашему первому вопросу. О том, что происходит, – предложил он, вновь отвернувшись к алтарю.

Я промолчал, ожидая продолжения.

– Уверен, вы испуганы, что не можете выбраться из капсулы виртуальной реальности, – насмешливо констатировал Светоч Дмитрий Дмитриевич.

– Не так, как Вероника и Астралка и…

– О да! Этот фокус куда как более впечатляющий, не так ли? А ведь это коснулось всех игроков. И еще коснется тех, кто подключится в ближайшие пару дней.

– Как такое вообще возможно? Где мы?

– Вы в Игре, – Светоч нежно погладил козьи ноги статуи и опять повернулся. – А что касается того, как это возможно… Скажем так: нет смысла объяснять. Просто поверьте, это за пределами вашего понимания.

– А вы попробуйте, – буркнул я, начиная раздражаться. – Я вообще-то не тупой.

– Ну… Для вашего мира – нет. Прекрасно разбираетесь в РПГ, сеттингах, перках, прокачке персонажей и прочих премудростях компьютерных ролевых игр. Уверен также, что из вас мог бы выйти прекрасный программист…

– И еще выйдет. Если выберусь из этого ада, – недовольно буркнул я.

– Ага! Вот мы и подобрались к кульминации нашей беседы!

– Значит, мы выберемся? – Мое сердце обнадежено заколотилось. – Как это сделать?

– Может, и выберетесь. – Лицо Светоча чуть помрачнело. – Но не надейтесь, что это будет легко.

– Неужели новый квест?

– В точку, Миша. Квест.

– Опять какая-нибудь пещера с кувшином? Может, надо засадить вас обратно?

– Напротив, надо освободить меня.

– Сдается мне, однажды я уже сделал это, тогда-то неприятности и случились. Да и к чему эти игры? Вы ведь не были пленником или типа того.

– Я был пленником, – возразил Светоч. Лицо его стало совсем серьезным. – И вы действительно освободили меня. Однажды поймете.

– Но тогда зачем опять освобождать? – Я ощутил, как закипаю от всех этих непонятных, запутанных условий и целей.

– Потому что я все еще пленник. И только смерть освободит меня по-настоящему.

Секунд пять я таращился на Светоча, будто парализованный. Затем рассмеялся, как идиот. Тот невозмутимо ожидал, когда меня отпустит. Но меня не отпускало, и я продолжал ржать. Лишь внезапная мысль привела меня в чувства.

– Так это мы запросто! – угрожающе выпалил я, как только чуть-чуть отдышался. Затем размахнулся и что есть силы врезал, метясь в его пухлый нос.

Я четко попал по цели, но эффект был нулевым, даже отрицательным. Вместо того, чтобы нанести ему хоть какой-то урон, я сам чуть не брякнулся на каменный пол храма. Светоч при этом ничего не предпринял: ни блока, ни уклона. Просто моя рука прошла сквозь него, будто он призрак.

– В храме такие фокусы не пройдут. К тому же я не здесь, – объяснил он грустно.

– Чего? Как так? Вот ведь вы. – Я ткнул в него пальцем.

– Это не совсем я. Это мой даймон. Приходится общаться через него.

– Даймон? – Сразу припомнился урок философии, где Ольга объясняла нам, что есть даймон и чем он отличается от демонов из ада и деймонов Филипа Пулмана.

– Это что-то вроде части души, которой я могу поручить какие-то дела. Например, встретиться с кем-то, что-то сообщить. Жаль, силы его ограничены, особенно на первом круге ада.

– Ада? – тупо повторил я, поняв, что вообще перестал что-либо понимать.

– Именно. И это очень важный пунктик, который вам надо понять, – принялся объяснять Светоч. – Сейчас в Игре мы на первом круге ада. Благодаря вам.

– Чего? – оторопел я. – Я-то тут при чем?

– Вы сделали это, освободив меня.

– Так все-таки освободил?

– Да, но не полностью.

– Ага! Точно! И только смерть освободит вас! Только как же убить, коли вместо тела даймон?

– Вот именно, поэтому вам и нужно добраться до седьмого круга ада и убить меня. После этого вы и все остальные сможете выбраться.

Он так спокойно говорил о собственной смерти. Впрочем, чему тут удивляться? Смерть в игре – не приговор. Но тут уж меня такое зло взяло!

– Почему бы вам тогда не сказать, где ваша тюрьма, как туда пробраться и каким оружием предпочли бы сдохнуть?

– Это ваша задача, не моя.

– То есть вы вовсе не хотите этого?

Он промолчал.

– Тогда почему рассказали?

– Потому что я всегда играю по правилам. И хочу, чтобы и вы их знали. Всё по-честному.

– Но как мне? – начал было я, но не успел закончить.

Светоч многозначительно поднял указательный палец и с подозрением покосился к двери храма.

– Кто-то идет. – Вспышка света, и он исчез так же, как ранее возле магазина Гарольда.

В храм действительно зашли двое. Оба игроки и оба знакомые: минотавр Толян и вампирша Голубка, больше известная мне как Кобра – моя ненавистная учительница по психологии. Они были вполне прилично экипированы, и я догадывался, что не обошлось без сбора лута в пещере с вулканом мира.

– Ну точно! Он здесь! – восторженно заверещала Голубка. – Я же говорила! Что? Грехи отмаливать приперся, засранец мохнатый?

Мохнатый? Серьезно? Конечно, мое тело антропоморфного ли́са покрывала рыжая густая шерсть. Но кому уж придумывать неприятные прозвища по расовому признаку, так точно не клыкастым кровопийцам.

– Выйдем, – предложил мне Толян. Голос его звучал угрожающе.

Я лишь плечами пожал. Выйдем так выйдем. Чего мне бояться в Игре? Если подумать, я даже снарягу не утрачу в случае смерти. Я ведь и так только-только после перерождения – гол как сокол, даром что лис!

Как только мы оказались снаружи, в руках Толяна появился магический посох.

– Это всё из-за тебя, – прорычал он.

– Чего из-за меня?

– Не прикидывайся дебилом, дебил! – тут же завизжала Голубка. – Из-за тебя мы оказались в Игре. Ты втянул нас в нее!

Ни стыда ни логики у Кобры. Как же просто во всем обвинять других. И опять эта спесь и оскорбления. Видимо, здесь, в Игре, она уже не боялась, что я разболтаю об ее отношениях с Толяном. Впрочем, и мне было плевать уже. Я наконец-то нашел, на кого выплеснуть накопившуюся ярость.

– Тебя, тварь, я вообще никаким боком сюда не звал!

– Что?! Да как ты смеешь?!

– Катись в клоаку, Кобра. Я вовсе не соби… ПЛАМБЛОК!

Щит возник вовремя и в какой-то степени защитил меня от огненного шара. Но лишь частично.

Отлетая под действием взрывной волны, я заметил, что и самого Толяна зацепило, и Голубку тоже. Это радовало, но не сильно, ведь следующий огненный мяч их уже не заденет. А он летел следом!

– Пламблок!

Бух! И я снова отлетел. Впечатался головой в дверь храма. Здоровье предательски опустилось до двенадцати. Никакой ведь защиты, лишь лохмотья. И бежать некуда. Позади стена храма, а впереди Толян, запускающий третий фаербол. Я успел лишь открыть дверь и войти на порог. Дверь даже закрыться не успела, когда… Ба-бам! И я снова объят пламенем.

Но почему-то меня не отбросило. А здоровье? Всё ещё двенадцать? Но как?

– Чертов храм! – заскулила Голубка.

Ах, ну да! Вспомнились и недавние слова Светоча. Выходит, храм – это место, где нет угрозы смерти. Можно перевести дух и…

– Снежноцеление, – пробормотал я.

Ага. Магия исцеления в храме вполне себе работала. Я принялся активно лечиться, пока не наполнил свое здоровье. Толян же с психу не унимался и продолжал запускать фаерболы. Еще три заряда врезались в храм.

– И что, так и будешь там сидеть? – с вызовом прокричал он. – Лошара!

Но я вовсе не собирался отсиживаться и ждать, когда они с Коброй уйдут. К тому же кто знает? Делать им теперь особо нечего, в универ не надо, могут ждать весьма долго. А я уже полон здоровья, к тому же хоть без оружия и брони, но отнюдь не беззащитен.

– Лошара тут ты! – огрызнулся я, распахнув дверь ударом ноги и выбегая наружу.