-!.. — на этот раз уже треск стекла и крики окружающих вырвали её из раздумий.

А ведь сегодня она хотела просто отдохнуть и прогуляться, не терзаясь всякими мыслями и воспоминаниями. Но день испортил громадный водопад из смолы, обрушившийся на соседний квартал. Он сносил, разъедал и топил почти всё, чего касался. Она знала, что не убежит. Закрыла глаза пред наступающей волной. Но вспышка бледной стали заставила её в последний миг открыть их. Лик его демонической маски «подарил» ей мучительную надежду посреди той толщи тьмы, в которой она потонула.

***

— Не повезло тебе, собрат, наткнуться в такой форме и посреди такого числа людей на меня… — донеслись слова из-под маски Пустого Доспеха.

Его враг был теперь великим множеством. За каждым из носивших его смоляной наряд он мог скрываться. И готовить подлую атаку. Не люди, но чёрные тени окружили бледный доспех и его «спящего» носителя. Обитатель Пустого, однако, всяко различий меж ними делать не собирался. Он собирался сражаться как в последний раз. И не важно какая гора трупов после этого боя будет больше — невинных или же…

-!.. — первая волна теней ринулась вперёд, их пасти были разинуты под невозможными углами. — «Уничтожить!»

За мгновение бледный демон перерезал их окружение. Но этого мига хватило оппоненту, чтобы затеряться посреди своего омута, готовя очередную засаду. От подготовки к которой владельца Пустых Доспехов должны были отвлечь нескончаемые ряды теней. В каждой из которых могло затеряться истинное ядро соперника.

— Так даже лучше! — возопил демон и дернул свой доспех вперёд, на амбразуру.

***

Уцелевшие жители Четвёртого вынуждены были наблюдать одну из картин, что даже самые мрачные из их пророчеств редко являли в ночных кошмарах преданных жрецов или массивах упорядоченных данных. И хотя сущий мрак сражался с блистательным доспехом, чье невыносимое пламя пробивалось сквозь всякие потоки тьмы, историей о «Великом подвиге» ни в одном из предсказаний происходящее стать не могло. Видите ли, религия служителей Храма печатей Порядка не была таковой в привычном для людей до явления Хаоса смысле. Ну, вы знаете, где можно верить или не верить.

Ибо несла в себе реальную пользу и помогала людям. Не раз и не два, нет. Не объяснения верующим совпадений и случайностей в их жизнях ради она основана была. А для того, чтобы в Хаосе искать смысл. Упорядочивать его. Особо надменные Покорители называли сей процесс «Покорением для слабых». Но дух истинных служителей было не смутить такими высказываниями.

И как же больно было монахам в белых рясах с алыми полосами наблюдать, как тварь в такой же раскраске творить вокруг них такой Беспорядок. Скромные жилища обрушались одно за другим от воя чудищ, их гибельных щупалец и пылающих лучей. Когти рвали бумажные талисманы и готовящиеся печати, развешанные на стенах и столбах улиц. Обращающиеся после контакта с когтями гнилыми волнами силуэты людей окропляли собой места паломничества. Громадные трещины расходились по площадям, где ранее в единении с Порядком восседали и молились тысячи послушников. В горящих алым глазах Пустого отражались все те благословенные, нарочно примитивные, кузни, где отливались прежде лучшие из артефактов. Ныне они были разрушены. Пылали и дымились, дабы утолить волю демонических собратьев к разрушению.

***

Демон Пустого Клинка на ходу так быстро перестраивал тельце своего владельца, как не дано было переливаться даже склизкому и мерзкому желе. Его руки перед замахами становились больше, как и ноги перед прыжками. Он знал, что грозный Покоритель прямо над ним в их бой не вмешается, стоит доспеху из бледных пластин не покидать пределов уже разрушенного района Четвёртого. И как бы не хотелось становиться на одну сторону с этими слугами Порядка, хотя бы внутренней капризности ради, но демону выгодно было раз за разом ударами хвоста зону боя четко удерживать и очерчивать. Потому лишь, что «собрат» его сугубо стал бы сильней, позволь ему наполнить желудок людом вокруг.

— «А я вот от убийства и поглощения посторонних ни черта не получаю. Только мелкому внутри меня досаждаю! Что неплохо, вы не подумайте, ха-ха! Но ему и того, что уже свершилось хватит…» — маска на лице «задремавшего» Ино треснула, явив «улыбку» демона внутри.

Она была кривой, четко вырисовывая острые зубы внутри пасти идущего в очередную скоростную атаку Пустого. Не руки, но клешни его были громадны, а из локтей вырывался прочь реактивный поток голубого пламени. Одним хлопком демон перемолол меж своих громадных ладоней пять смоляных отродий за раз. Или покрытых смолой людей. Не время было щадить одних, чтобы упустить других.

Поломанные ядра свалились на укутанную покрывалом разрухи поверхность. Гнилые отростки оппонента жалобно и почти боязно затряслись. Одна за другой теневые армии наступали на демона из Пустого Клинка. Но тот лишь упивался, расчленяя одного беспомощного солдата за другим.

— Корпорация удерживает в стальных оковах, Бюро уничтожает, а Храм через себя пропускает! — вдруг услышал мольбы какого-то выжившего у себя под ногами демон.

Нижнюю половину тела того уже оттяпало, но он до сих пор держал руки в молитве, лежа на земле с закрытыми глазами и обритой головой.

— Мы пропускаем сквозь себя весь Хаос этого мира. Прощаем. И привносим в мир Порядок… — из последних сил причитал он.

— И что же вы видите, когда нарочно впускаете Хаос в свои тела и мысли? Смог ли хоть кто-то из вас предвидеть мой триумф сегодня, а? — расхохотался демон, пока с его задранной головы стекала наземь густая смола.

Огромной лапой он наступил на голову монаха и раздавил без всякого усилия.

— «Может, всё же стоит убивать людей? Ради такого ощущения-то, ха?»

***

— Вы?! — раскручивая над своей головой копье, спросил Лайт Дэй, завидев, как к нему подобрались Лин-Лин. — А где чертовы Покорители с Пятого?!

— Мы кое-как дождались одного, так как остальные стационарные «потерялись» в погоне за Первым и… — попытался объяснить что-то, отчаянно борясь с отдышкой Форвард, пока темные огоньки танцевали на его лице.

— … — в то время как Линварт лишь довольно хмыкнул, наблюдая за скакнувшим в пропасть Лайтом.

Покоритель с Девятого попытался своим снисхождением прибить ненавистного бледного попаданца, но тот каким-то чудом в последний миг скользнул в сторону. Одновременно с этим успев еще и поджечь обрушившегося рядом с ним Дэя потоком синего пламени, сорвавшимся с кончиков пальцев. Но копейщик за время падения лишился не только всякого терпения, но и печатей на теле, потому такой пшик Хаоса не мог навредить ему. Гул разошелся по земле, украсив растерзанный демонами район трещинами, полными гремучего золота.

Первый же новый выпад Покорителя оттяпал левую половину тела в демоническом доспехе… Или так ему показалось. Ибо на деле тот лишь изогнулся в недоступную нормальному человеческому телу форму, уклонившись таким мерзким методом от удара. Золотой раскат, пройдясь по наполненной руинами земле, очистил её от всякого мусора на протяжной и широкой линии, что четко выдавала зону поражения и мощь того приема, который демон избежал.

Копье покрылось молниями и завертелось в руках Дэя с невероятной скоростью, переходя из одной атаки в другую. Неподготовленный глаз мог лишь наблюдать многочисленные разряды грома и яркие искры, расходящиеся от Покорителя. В то время как носитель рогатой маски со сломанной улыбкой умело маневрировал меж выпадами Лайта. Они носились внутри ограниченного темной смолой круга с невероятной скоростью, при этом демон никак не мог набрать дистанцию, как не пытался. А по нему было видно, что он так и хотел удрать. Или же обрушить сразу четыре луча синего пламени на Покорителя!

— «Вы посмотрите только!» — наклонив голову, улыбнулся в нездоровом предвкушении Пустой, глядя на скрещенную в блоке пару копий своего оппонента.

— «Если и это не поможет, то я активирую артефакт. Плевать на Покорителей Четвёртого. Они всё равно не рискнут сунуться, предпочтя открытому бою спасение оставшихся в зоне гражданских!» — разведя копья в сторону, готовился Лайт.