— Не для простой усмешки же тогда? — спросил уже Лайт.

— Я тут недавно раздумывал кое-над чем и захотелось с кем об этом потрещать. Не против выслушать парочку слов наставления от Монаха, а? — ответил Кровавый, а тем, как задал свой вопрос, особого выбора в ответе не оставил.

— Да только нам тут надо одного попаданца словить, так что… — но Линварт всё равно попытался съехать.

— Так я как раз о нём и собирался с вами поговорить. Точнее обо всём их роде горемычном, ха! — очевидно, ничего у него не получилось, а уж Лайт и Лин знали, как этот разговор пойдет, потому молчали. — Вы же понимаете, что среди трёх наших основных разумных видов противников порученный вам для устранения — самый слабый?

— Попрошу уточнить, — решился сказать Форвард.

— Не знаю уж что им там наговаривает этот «хер у древа за чёрным стеклом», но они же все в наш мир приходят «героями». Есть у них всех своя какая-то цель, которой они добиваются, а на пути к ней даже действовать стараются во благо местного люда, ха!

— Попрошу уточнить, зачем вы нам это рассказываете? — спросил уже и Лайт.

— Нет, ну вы сами подумайте, у них какая-то каша в голове! Да, Хаос они активней прочих в наш мир привносят, да только нарочно с ним ничего дурного творить не желают. По крайней мере, пока их не загнать в угол (или Третий круг). И всяко, коли начинают они злодеяния творить, то делают это по «дилетантски». Безвкусно и предсказуемо.

-?.. — никто из трио не мог предсказать, куда ведёт Монах свой монолог, а потому стояли рядом с ним они настороже.

— А вы посмотрите на наших подземных ребят, что не видят света и чистоты неба (даже искусственного), или регрессоров всяких! Это же отъявленные маньяки и преступники, что годами и поколениями готовы творить зло и противостоять нашему граду! Вот с ними можно вести полноценную войну. А с вырвавшимися из другого мира в наш ребятами так — играться, — улыбка на лице капитана пугала Лина.

— Серьёзно, просто померяться кое-чем заявились? А как всё сладко начиналось… — недовольно вздохнул Брэйк и снова уселся на лестницу, в этот раз забыв подобрать подолы плаща.

— Неплохо сказано, но порой даже бесконтрольные и буйные дети способны творить невероятное зло, — по Дэю было видно, что он ожидал чего-то подобного, так как говорил он спокойно. — Так что позвольте.

— … — Лин же всё еще не мог оторвать удивлённого взгляда, прикованного к Кровавому, даже когда трио успело его покинуть. — На Нижнем обстановка совершенно иная, да?

— Тебе повезло, что в первый наш визит туда не наткнулись на кого из особо воинственного клана, ха… — лишь сухо усмехнулся в ответ на это Брэйк. — А вы как, Дэй? Зацепили парочку недальновидных по пути?

— Я никогда не видел себя солдатом на безымянном поле боя, когда поступал в Бюро, — дал размытый ответ тот и спокойно продолжил путь, возглавляя их.

Четвёртый круг постепенно справлялся с последствиями случившегося. Ментальный вред снисходил на нет при этом куда медленней, нежели физический. Чудеса техники и технологии, подпитываемые регулируемым Корпорацией Хаосом, быстро управились с перестройкой и восстановлением разрушенного. Этот супер-город сделал из своего злейшего врага свой самый мощный источник энергии. Многим в связи с этим борьба трёх великих небоскрёбов с Хаосом может показаться абсурдной или лицемерной. Но на деле речь шла вовсе не о борьбе с ним изначально. А о тяжелом пути Покорения. Пусть он и калечит тела, но делает сильней души. О таком попаданцы, привилегированные по праву… какого-то странного дедка у расцветающей кроны, даже и не задумываются. На своем пути оставляя лишь разбитые судьбы…

— Незачем тебе приближаться к нашему дорогому городу хоть на метр ближе, Первый, — произнес с нотками приказа Тим Ронг, завидев знакомую (по сотне брошюр верхних кругов Корпорации, слухов высших служителей Храма и фото из засекреченной базы данных Бюро) фигуру.

— … — на что попаданец с внушительным клинком, лезвия которого сочились с обоих краев широкой рукояти, ничего решил не отвечать. Ибо сам предпочитал, когда к нему обращаются не по номеру прибытия, но по благословенному когда-то имени — Мироходец.

Но хотя бы остановился, дабы взглянуть на говорившего с ним Покорителя с Верхнего уровня сквозь свою неухоженную коричневую грязную шевелюру, опавшую переплетением множества локонов на лоб. Наряд его при этом смотрелся в разы лучше, нежели сам попаданец, уже третью неделю что-то ищущий в далеких пустошах за пределами города. Чем-то его облик напоминал робы священника, в чём-то был похож на мантию благородных рыцарей забытой эпохи. Кто-то, конечно, мог бы сказать, что на Мироходце просто были натянуты лоскуты чёрной и фиолетовой ткани разных длин с редкими полосками и лентами мрачно зеленого. Однако Тим видел в этом какую-то структуру.

— Тварь с Пятого мы успокоили, так что более тебе спешить туда не надо, — продолжил Ронг, демонстративно глянув не в глаза Первому, что тот раскрыл, зачесав волосы, а на свои часы на правой руке. — Приношу от лица Бюро извинения за беспокойство.

— И сколько еще вы сможете сдерживать её голод, заточённый в самом ядре вашего града? — низким баритоном спросил попаданец, заставив вздрогнуть сопровождавших Тима Покорителей из Бюро рангом ниже.

— Про ядро ты сказал точно. И мы не позволим тебе его вырвать, — в ответ на что на Первого грозно глянул одинокий карий глаз и циферблат, что подобно повязке прикрывал второй потерянный.

Да, тот что со стрелками. Современный люд из мира Мироходца даже сказал бы, что тот, пускай, и был миниатюрным, но исполнен был в стиле эпохи Ренессанса. Вообще, на причудливом Покорителе измерителей хода времени всех сортов было полно. Один, наиболее продвинутый, цифровой, циферблат отсчитывал время, будучи закреплённым на чокере, опоясавшем горло юноши с пепельными волосами. На груди также можно было рассмотреть свисающие с шеи на тонкой изящной цепочке часы с крышкой. Вокруг правой лодыжки обвились, подобно кандалам, еще одни часы, что обычно люди носят на запястье руки. Просто на левом из них уже были одни. За стеклышком которых скрывались только вовсе не деления, а чистый Хаос, своими бурлениями дающий одному Тиму понятные данные.

В остальном же наряд парня нельзя было назвать особо выделяющимся. Разве что наиболее близким к не официальному, но военному варианту. Ибо унылый пиджак с туфлями он променял на серый мундир, а на голове носил такого же цвета фуражку.

— «Вот и чем только Кейси занят, что заставил меня со своим „подопечным“ возиться, а? По дружбе помоги — замести, называется!» — выругался Ронг, угрюмо разглядывая ход стрелок на своей правой ладони механической руки, в которую было впаяно еще немало сокрытых от простого взгляда измерителей времени.

Что все показывали разное время. Разное время одного человека. Каждый из них был своеобразным трофеем, что одноглазый Покоритель получил, сразив реинкарнатора. Забавным и печальным был разве что тот факт, что самые свои «внушительные» и заметные часики Ронг получил одними из первых. Вместе с катастрофическими ранами, соответственно.

— Ты когда-нибудь прекратишь «охотиться», а? Сколько еще тебе сущностей и понятий нашего мира наго сгубить, чтобы стать сильнее? — с надменной усмешкой спросил Тим.

— … — он знал, что Первый не ответит.

Бедолаги с пятаком единиц вокруг напряглись, но Ронга не особо беспокоило их волнение. Его давящий взгляд Первого не впечатлял. Пускай тот и «врубил его на полную». Этот иномирец успел породить немало самых могучих сущностей, что их мир когда-либо видел. И за долгие годы своей жизни он явно возгордился сим фактом. Хотя бы отчасти, открыто не признавая, всё скрывая за своей немногословностью. Тим видел это по глазам.

— Почему бы тебе не сразить ту тварь, что поддерживает весь этот Хаос вокруг? Внешний мир отчистился бы, и все были бы тебе благодарны.