— Так значит, вы предпочтёте закрыть глаза на творящийся пред вами беспорядок и доверите с ним разбираться посторонним? И это после того, как стали Покорителем? — пронзительно взглянув в глаза Линварта, задал ему вопрос Лайт. — Вам же на этот вопрос даже отвечать не надо, ибо я уже по глазам вижу, что вы мне скажете. Так к чему сомнения?

— Без них чересчур часто можно полезть в пекло и бессмысленно сгинуть… — приглушив свой голос, ответил Брэйк и кинул взгляд в сторону ошарашенного Форварда. — Если в душе уже есть решимость, то сомнения её не сгубят, а лишь помогут правильно ею воспользоваться.

— Отлично сказано, — слыша в этих словах опыт работы Линварта, выразился Дэй с уважением.

***

Остатки кровожадности демона взбудоражили вернувшееся сознание попаданца. Он на себе ощутил все те скачки и броски, с помощью которых до этого перемещалось его тело. Удовольствие от вонзающихся в плоть когтей вернуло к нему чувства. Прежде чем, вместе с моментом сожжения вражеского ядра, бросить в болезненную пропасть реальности, полную шипов.

Всё тело Ино люто болело, стоило ему вновь очнуться. Сильнее всего ныла правая ладонь, явно получившая ожог от того, что демон использовал испепеляющие лучи Хаоса с её помощью чересчур часто, даже не смотря на потерю брони. Но заставило приковать к ней свой взгляд заставило совершенно не это. А тот самый платок, что её перевязывал, прежде укрывая волосы…

— Юно… — произнес Кавасаки и попытался встать, но тут же его помутило.

Он успел упереться спиной в шершавую стенку заброшенного переулка и скатился по ней вниз, вновь принимая сидячее положение. В этот раз у неё очевидно не было времени или сил отца, дабы дотащить его обратно, потому она постаралась помочь ему, как смогла на месте. Осознав это, попаданец попытался еще раз отринуть боль и подняться, но вместо этого услышал вновь её голос, призывающий этого не делать. Говорила с ним будто именно та повязка, что превращала жжение в тепло.

Единственное, а точнее единственный, кто портил этот момент, так это демон, что тоже каким-то образом словно покинул покои его разума, нависая над ним мрачной тенью.

— Ты же одолел его? И никто из людей не пострадал? Прямо как я тебе и приказал, перед тем как…

— Ну, а как же иначе? — довольным голосом ответил ему демон. — Прямо как ты и «приказал»…

Ино теперь мог видеть демона в своей голове, а не просто слышать. Конечно, то были лишь очертания, так напоминавшие облик доспеха Пустого клинка, а потому демон скорее представал перед Кавасаки в виде могучей тени. Отчего очи его, кроваво-красные и пульсирующие серыми кругами, казалось, существовали отдельно от этого воображаемого тела и вбирали в себя всю суть прежнего голоса в голове.

— А Юно? Ты помнишь, как она?..

— Не. Я как этого вертлявого черта убил, так сразу на всё забил и позволил тебе вырубиться. Что, хочешь снова с ней повидаться, а? Лучше бы спросил, какие силы мой доспех приобрел на этот раз! — Ино представлял, как демон свободно расхаживает из стороны в сторону и активно жестикулирует, говоря всё это.

-!.. — Кавасаки даже не успел ответить, как демон явил новую способность своего доспеха, облачив в него руку попаданца и сделав её подобной хлысту.

Смотря на такое, Ино становилось дурно. Поэтому он тут же сбросил доспех, что вернуло руку в норму.

— Что? Не нравится? Ах-ха-ха! Ты даешь! — натужно гоготал демон, держась за живот. — А теперь придется как-то с этим жить! И научиться сражаться.

Он представил, как такой «рукой» невольно касается Сильвер. Обвивает её. Делает больно. Ему стало мерзко.

— Где следующий? — но попаданец предпочел никак внешне не отреагировать.

Ради неё он хотел остаться человеком, когда всё это закончится. Ради «похитителя душ с серой дороги в Вечность» тоже. Но Ино пускай и не знал, но верил, что тот справиться, если что, и в одиночку. Ибо до этого уже сколько лет ему доводилось. А вот Юно… тоже справиться. Просто собственной душе, куда бы она после второй смерти не попала, будет мучительно оставлять её вот так. Оставлять самого себя вот так… одиноким.

— Поднимаемся выше! — уже в который раз повторил ему демон. — Мы покорим этот городок и всех демонов в нём! И тогда твоему «ненаглядному за стеной» будет путь сюда открыт! Или что, разочаровался уже в этой идее, ха?

— Я просто… — всё пытался найти себе оправдание Ино. — Неважно.

В его голове вспыхнули картины боя прошедшего и вероятные еще лишь грядущих. Всё его естество невольно сжалось и он не смог и шага сделать, когда ему такого труда стоило подняться. Но вспомнив её лицо, он ступил вперёд и даже сдержал писк, который почти вырвался из него. Она не испугалась его тогда. И даже рискнула помочь, обнаружив униженным снова. Ино не был уверен, что отнёсся бы подобным образом к самому себе, а она смогла. Значит и он сможет.

Только если мерзкая улыбка, которую за всё время их ментального разговора демон так и не показал, не будет так пилить его со спины.

— Я просто не мог не отблагодарить тебя за то, что снова меня подлатала! — почесывая заднюю сторону своей шеи, Ино всё пытался разговорить смущенную Юно.

Нависая над ней в своем массивном наскоро подлатанном плаще, он напоминал себе Чудовище, что сопровождало Красавицу. Только вот тех манер, что были присущи избраннику сказочной героини, ему явно не хватало. Глядя на красоту улиц солнечным днём, Кавасаки не понимал, буквально расцветает всё вокруг из-за каких-то чар местных или из-за её близости. Она старалась не издавать и звука, но от него не отходила. А порой он и вовсе ловил на себе её неловкие взгляды.

Прохожие озирались на них, но надолго взгляд не задерживали. Всё же как не пыталась принарядиться Юно, да только среди её гардероба ничего лучше рабочего красного платьица с почти выцветшими розовыми включениями в виде кувшинок не нашлось. Девушке редко доводилось его носить, а потому оно сильно пострадало от времени, проведённого в забвении. Всё же ранее оно принадлежало матери. А пускай отец как-то сказал, что в нём она от неё почти неотличима, Юно это заметка скорее больно кольнула, нежели обрадовала.

Вот и сейчас она шла, глядя себе под ноги, а не вперёд, не в силах окончательно разобраться, стоило ли ей так вообще наряжаться…

— Ох, а где это мы? — но вот голос Ино заставил её невольно поднять глаза и оглядеться.

Он сегодня помог ей со всей работой в мастерской и по дому, мастерски управляясь с такими объемами Хаоса, что даже испугали девушку поначалу. Но качество выполненной работы говорило само за себя. И Юно даже стыдно было представлять, как прочие будут хвалить её за то, к чему приложила свою руку вовсе не она…

— Может, купим тебе чего прохладного выпить? А то солнце так и жарит, вот ты вся и… — он поднял её упавшую на лоб неказистую челку и нежно ощупал лоб.

И ведь сделал это машинально! Тогда как от одного касания к её коже его рука застыла на месте на добрых пару секунд, выдавших его неловкость с потрохами! Просто от самых кончиков пальцев напрямую в мозг по обездвиженной конечности прошёл такой разряд, что заставил всё его тело невольно вздрогнуть. Как только его голос не треснул на половине того предложения, что он ей адресовал?!

— Да! Было бы неплохо! — и только он хотел отвести свою руку, как ошпаренный, Юно вцепилась в неё и почти потащила за собой.

Господи! Кавасаки проклял бы своё тело, посмей оно воспротивиться сему от резкости. Но маленькой Юно удали было не занимать, а потому они оба зашли в магазин поблизости. Попаданец даже не разглядел его названия, пускай вывеска с ним почти уткнулась ему в лицо, перед тем как он, пригнувшись, вошёл. Признаться честно, он вообще с трудом фокусировал на чем-то, кроме неё, взгляд. Жара природная и внутренняя заставляли всё пред глазами плыть. Но черты округи не особо этому препятствовали.

Когда они вновь вышли на ту площадь, где изначально остановились, то Ино позволил себе составить панораму округи. Прямо напротив оказалось небольшое кибер-святилище, похожее скорее на компьютерный зал его мира, принцип работы или назначение которого мозг отказывался понимать. Справа от него вверх тянулась башенка, подобная тем небесным благовониям, что внутри неё и продавали. Слева же раскинулась обширная столовая для служителей с постной едой, придающей телу и душе Порядок.