С ней и этим Покорителем Кавасаки впервые ощутил что-то общее. Ощутил, что ему протянули руку. Пускай он, как абсолютный болван никогда о таком и не просил. В обеих жизнях. Теперь же один провожал его, а вторая встречала в посмертии. Это был или будет лишь миг. Может, он идёт уже сейчас. Но ради этого мига стоило… прожить сразу две жизни…

***

— Я НЕ СГИНУ ТАК ПРОСТО, ВЫ, ПАРОЧКА НИЧТОЖНЫХ СОЗДАНИЙ!!! — в печенках у Пустого уже сидела эта затянувшаяся тирада жалкого нытика, что так и не сумел побороть свой страх пред Хаосом.

Тело поэта подбросило в воздух. Круговые ряды иероглифов в много слоев под разными углами окружили его. Они вращались. Измученные голоса зачитывали нанесённый на подкорку реальности текст. Над вознесённой к небесам ладони собирался гигантский клубок проклятий. Капля за каплей чернила окропляли протянутую в единственной мольбе руку Пустого. А в это время сотня единиц Хаоса заставляла смертоносный шар разбухать.

Бледный доспех рассёк сам себя на несколько частей разломами. Но не развалился. А собрался заново. Теперь словно само ночное небо отразилось на пластинах. Пустой доспех блестел другой сотней единиц Хаоса, что остались в этом мире, а не были утянуты демоном внутрь его сознания.

Но это была уже не осознанная атака Пустого на два фронта в попытках что-то изменить. А банальный взрыв бесконтрольного Хаоса. Ино Кавасаки — юноша, чье имя Линварт Брэйк узнал всего от силы десять минут назад, готов был без страха броситься в пекло этого взрыва, не жалея себя, только дабы ударить в последнюю загоревшуюся златом точку на теле демона. Так как же мог Покоритель устрашиться и не сделать того же?

***

Попав в ножны, окровавленный клинок забрал вместе с собой весь тот жар, что поддерживал Линварта на ногах. Он завалился на спину, ощутив распростёртый под ней плащ-пальто. Раскинув руки в стороны, он попытался осознать, что только что вообще произошло. Уж слишком резко и сильно кольнули его сокрытые внутри погибшего юноши чувства и воспоминания, когда их души впервые соприкоснулись. Его язык каким-то чудом начал плести какую-то чушь, что разум считал даже более-менее связной. А теперь он не знал, как себя чувствовать. Пустота наполнила его сердце.

Было ли это горе? Или наоборот — свобода? Уложив свою голову на бок, он разглядел Лина, мирно сопящего в одном из не до конца обрушившихся зданий неподалёку. Брэйк не был уверен, осознанно ли в бою отводил Пустого от того места, или ему просто повезло, что не пришлось считаться с еще одной потерей. Хотя, Форварда в таком свете он и не видел. Ибо явно ощущал, что пролил бы немало слёз, сгинь этот безумец, рискнувший покорять прямо посреди боя. Ведь и он сам рискнул сделать так когда-то. Но если для Лина новый, еще не поглощенный обратно, Хаос сформировал своего рода прохладное место для сна, то вот с Линвартом в одно время…

— Хотя… Чего тут вспоминать всякое? Пора бы выбираться отсюда!

— А как же доложить о произошедшем? — услышал Покоритель голос, который почти позабыл.

Надменность Верхнего уровня в нём даже не была сокрыта. Грохоча своими многочисленными «чемоданами», к Линварту подобрался сам Эдвард Кейси: шляпа с круговым козырьком и деловой пиджак бежевого цвета, белая рубашка и чёрный галстук. В обоих руках он держал по контейнеру, подобному тому, что «каким-то чудом» вернулся в руки Линварта. Только Кейси этого было мало: через плечо у него был перекинут на лямке еще один такой. Второй висел, закреплённый на кожаном красном ремне, опоясывавшем его бежевые брюки. Через монокль с алой линзой его правый глаз осматривал округу, тогда как левый был прищурен.

— И что я тебе скажу из того, что ты еще не знаешь или не заметил? — спросил Брэйк, вяло уворачиваясь от чуть не переехавшей его удалённо управляемой платформы, на которую была свалена еще туча артефактов. И все в виде чемоданов, контейнеров или сумок.

— Ну да, ты прав. Тут скорее я тебе должен кое-что объявить, — расхаживая туда-сюда, Эдвард раскрыл свою спину, к которой будто прилип портфель. Что тоже являлся артефактом.

— Выговор или благодарность? — съязвил Брэйк, окончательно поднявшись, ухватившись за протянутую руку Кейси, что, однако, нарочно глядел в другую сторону всё это время.

— Тут уж как посмотреть, — этот странный Покоритель с уровня, что завис высоко в небе, изо всех сил пытался избежать зрительного контакта с Линвартом. Делал вид, будто его и нет здесь вовсе, а говорит он сам с собой. Тон и обрывистость фраз этому только способствовали. — Конечно, всё Бюро признательно тебе за то, что попаданец мёртв. Особо бухтеть, что он бы пригодился живым для чего-то, никто не собирается. Но и награждать тебя… есть ли смысл?

На секунду он бросил оценивающий взгляд на застывшую на губах Линварта улыбку, что была ему так типична. А после продолжил ходить вокруг, заставляя нарезать левитирующую платформу со своим «приданным» круги, постоянно рискуя споткнуться о тот или иной обломок или зацепить осколок.

— Тогда, на этом и разойдемся?

— Нет. Не получится. Ты наделал немало шума. И конечно же верхушка не хочет, чтобы о твоей истинной сущности узнали.

-!..

— Или истинной сущности того, кто сидит внутри тебя, да! — не успел Брэйк высказаться, как Кейси себя поправил сам.

— Девятый мне уже как дом родной, а там всем!..

— Не. На этот раз и это их не устраивает.

— Тогда?.. — попытался спросить Линварт.

— Тем более на Нижнем какая-то муть началась, — но просто продолжив говорить, Эдвард уже косвенно ответил. — Твой новый подручный к тому же… воняет Хаосом так же (по моему мнению). Так что коли не сгрызут вас местные суровые дядьки, приют на пару-другую месяцев вы там найдете. А уж верха всё подчистят и отвлекут внимание честного люда и Покорителей на что другое.

— А ведь было бы в разы проще…

— … — только хмыкнул Покоритель с Верхнего, прерывая речь Линварта. — Не мне… не нам решать. Счастливо.

Конечно же Эдвард Кейси не просто так с высоты иного уровня на Девятый свалился. Всё это время за пределами барьера он готов бы вмешаться, прими ситуация «неблагоприятный» оборот. Вообще, ему успели все уши прожужжать о том, чтобы он «не мешкал», пока он спокойно перебирал содержимое своей коллекции, часть которой носил постоянно с собой. Но, по итогу, он был рад, что вытерпел и доверился своему «старому другу». Пускай немного и опешил, ожидая застать изначально его альтер-эго. В том числе и на подавление которого его сюда направили. Если «разбушуется». Но о таком даже противно думать…

— «Но еще больше я удивился, что он таки прикончил попаданца, — пролетая этажи уцелевших стеклянных многоэтажек верхом на своем самом массивном из артефактов, рассуждал Кейси. — Вряд ли это годы взяли своё. Такие болваны никогда не меняются. Тогда больше стоит удивляться тому, как только решился этот бледный нарушитель Порядка из другого мира самоустраниться. Бунтарская душа, попавшая в незнакомое и враждебное ему место, взяла и обрела покой. Приняла Порядок. Никогда такого не случалось. От того даже хочется искренне посочувствовать этому безымянному, ха…»

Внутри подвала “под изъятое проклятое снаряжение” северного отделения Покорителей Нижнего уровня этой ночью было удивительно неспокойно.

- Дьяволы вернутся, и вы поплатитесь за!.. – взревел пойманный Монахом ранее заместитель главы клана Чёрного Змея, привязанный к стулу.

Но Кровавый заткнул его мощным шлепком по щеке. Они начали его «допрос с пристрастием» всего-то минут десять назад, а этот тощий лысый дылда вопил и расплескивал повсюду свои сопли и слезы. Весь его чёрный плащ, полностью закрывающий тело нечистого, покрылся потом.

- Сэр, мне кажется, он не скажет нам ничего дельного… - заметил усевшийся на стуле справа от заключенного Антон.

Место юноша, всё тело которого покрывали пепельной раскраски протяжные и толстые лоскуты ткани, скрывающие пальто и брюки под ними, занимал соответствующее его должности в Северном отделении. Глаза его были черны, как смоль, тело расслабленно, кожа смуглого цвета резко выделялась на фоне одеяний, но меркла в полутьме округи. А волос на голове не наблюдалось.