Я отмахнулась. Сейчас меня больше интересовало другое, и я повторила:

— Куда мы едем, Аррам?

Сырая дорога под ногами лошади не могла быть трактом, ведущим в столицу. Слишком заброшенная. Даже колея травой поросла, видно, что много месяцев здесь нога человеческая не ступала. И это вызывало тревогу. Мне надо было в Кларию, на скалы Северного побережья, там, где ближе всего до границ с Монтийской Епархией, а не в какую-то лесную глушь.

— Мы в двух днях пути до столицы, — улыбнулся Аррам. Его непромокаемый плащ был на мне, и он кутался в обычный, который давно промок до нитки. — Здесь у королевы Вайдилы небольшой домик в лесу. Там безопасно, и мы сможем отдохнуть пару дней. Это и вам нужно, ваше величество, и Хелейне. Неизвестно каким образом юная госпожа исцелилась от своей раны, но прийти в себя и немного успокоиться в уютной домашней обстановке точно не помешает…

— Мы не можем задерживаться надолго, — помотала я головой, упрямо поджав губы. Потому что не могла не признаться себе самой, что слова об отдыхе сладко отозвались в моем измученном дорогой теле. Мне, и правда, очень хотелось хотя бы несколько дней никуда не скакать, а спокойно посидеть в кресле и помечтать о чем-нибудь хорошем. Например о том, как мы будем восстанавливать Ясноград после победы над Великим отцом… Или о том, как я обниму своих детей, когда все закончится.

— Два дня ничего не решит, — попытался пояснить свою позицию Аррам, но я его перебила:

— Чтобы разрушить целый город магам нужно не больше, чем полсвечи… А значит за два дня они могут превратить в руины половину моей страны. Я не могу позволить себе отдых.

— Хорошо, — не стал спорить наемник. — тогда мы проведем там ночь. Нам нужно согреться и высушить одежду. И там безопасно…

— Идет, — согласилась я. Отогреться и обсохнуть нам не помешало бы. И обзавестись еще парочкой непромокаемых кожаных плащей.

К небольшому охотничьему домику мы выехали в сумерках. Ворота нам открыли сразу же, как только услышали, что пожаловал освобожденный раб, которого королева Вайдила выбрала в качестве отца своей дочери.

Небольшой особнячок оказался очень уютным. После замка Олайны, в котором мебель была немного грубоватой и довольно простой, я решила, что амазонки чураются роскоши, предпочитая в своих жилищах свойственный воинам минимализм. Однако здесь все было по-другому. Я легко бы могла представить такую обстановку в королевском охотничьем домике в Грилории. Хотя, конечно, здесь с первого взгляда ощущалась некая чужеродность… То ли из-за обилия мужчин в белых рабских одеждах, то ли из-за не меньшего количества всевозможного оружия, развешанного на стенах, то ли из-за того, что статуэтки, расставленные на полках, изображали исключительно воительниц в полном вооружении. Как будто бы ребенок расставил по комнатам набор роскошных игрушечных солдатиков, используя дом, как огромное поле для придуманной битвы.

В этот раз принять помощь раба в омовении оказалось гораздо легче. Я уже не смущалась так, как в первый раз. Хотя, конечно, мне все равно было довольно неловко.

— Ваше величество, — сообщил он мне с поклоном, когда я села перед зеркалом в халате, — господин велел передать, что через ужин будет через половину свечи… А после пройдет церемония…

— Какая церемония? — удивилась я. И ляпнула первое, что пришло в голову, — ваш господин женится?

Губы раба тронула снисходительная улыбка, но он опустил глаза и так же ровно произнес:

— Наш господин уже женат на ее королеве Вайдиле, так что он точно не собирается жениться снова. Сожалею, но мне не известно, что за церемония пройдет после ужина. Мне было велено предупредить вас о том, когда она состоится, и я исполнил волю господина…

Я мысленно хлопнула себя по лбу… Могла бы догадаться, что в королевском охотничьем домике Аррама не называют освобожденным рабом.

— Хорошо, — кивнула я. И снова машинально ляпнула, — можешь быть свободен. Ну, в смысле, — неловко поправилась, — можешь идти. Дальше я справлюсь сама…

— Я принес вам платье королевы Вайдилы, — не сдвинулся с места раб. — Вся ваша одежда промокла, и я взял на себя смелость подобрать вам другой наряд. И полагаю вам будет непривычно это одеяние, и без моей помощи вы рискуете не успеть на ужин…

Мне ничего не оставалось, как согласиться. Хотя надо признать. Он действовал весьма профессионально, и я почти забыла, что это не привычная мне девушка-горничная, а мужчина-раб.

Когда я уже собиралась выходить, он подставил мне локоть, приглашая воспользоваться его поддержкой. Я немного растерялась. С одной стороны его жест был вполне обычным. Я сотни раз сопровождала мужчин, не считая это чем-то особенным. Но это почти всегда были те, кто равен мне по положению… Слуги же обычно подавали раскрытую ладонь. Но сейчас все было не так… Это был раб.

Я, конечно, не допускала мысли, что в доме королевы рабы будут провоцировать гостей на нарушение принятого в стране этикета, но боялась, что сама допущу еще одну ошибку. Их уже и так было достаточно. Одно «можешь быть свободен» чего стоит. Я чуть от стыда не сгорела, когда поняла, что сказала. Нельзя допускать такие проколы, когда находишься в чужой стране с визитом. Пусть даже неофициальным.

Раб по прежнему ждал меня, делая вид, что не замечает затянувшуюся паузу. И только когда я решила, что буду действовать так, как привыкла, ведь я все равно не знаю, как правильно, мягко улыбнулся и произнес:

— Прошу прощения, ваше величество, мне кажется, я виноват перед вами за то, что неправильно оценил обстановку… Я думал вам известно, что королева Вайдила приняла решение смягчить участь мужчин в Королевстве Кларин и, постепенно, освободить их из оков рабства…

— Да, — кивнула я, — я это знаю… Аррам… господин Аррам, — поправилась, — говорил мне о намерениях королевы Вайдилы.

— Но он, вероятно, — склонил голову раб, — забыл сообщить вам, что в этом доме нет рабов… Все мужчины, которые служат королеве в этом доме свободны. — Он широко улыбнулся. — К тому же многие из нас, в том числе и ваш покорный слуга, принадлежим самым знатным семьям нашего королевства. Вы совершенно зря испытывали неловкость…

Я ошеломленно уставилась на него… Ничего себе… Выходит этот мужчина вовсе не раб? И только сейчас я поняла, что на его шее, как и на шеях других мужчин, которые встретили нас, не было ошейников. Но вдобавок к этому, выходит, что этот мужчина еще и аристократ?

— Но почему тогда… — вырвалось у меня невольно. Но я замолчала, когда поняла, как невежливо прозвучит мой вопрос.

— Вы хотели спросить, почему я тогда прислуживаю гостям? — невозмутимо поинтересовался он.

Я кивнула. Да, именно это я и хотела спросить. Мужчина-горничная и так звучит очень странно, а уж мужчина-аристократ-горничная это вообще…

— Я не прислуживаю всем гостям, — невозмутимо ответил он, — я прислуживаю только королеве… И вам… В знак уважения.

— Благодарю, — машинально ответила я и запнулась… — простите, а могу я узнать, как вас зовут?

А этот странный аристократ тихо рассмеялся:

— Да, конечно. Простите и вы меня великодушно, я получил свободу совсем недавно и никак не могу привыкнуть к тому, что нужно представляться. Мое имя Лилор… Я старший дворецкий и управляю всем в этом доме. Если вам что-то нужно, то вы смело можете обращаться ко мне. Я буду рад вам помочь.

— Я буду иметь в виду, — улыбнулась совершенно искренне я. Пусть Лилор, на мой взгляд, был весьма странным, но он безусловно умел располагать к себе людей. Было в нем что-то такое… особенное… внушающее доверие. Наверное, поэтому я и решилась задать очередной бестактный вопрос, слегка завуалировав его под светский разговор, — а я думала, королева Вайдила освободила рабов уже давно… Ну, господин Аррам говорил, что она пришла к такому решению тогда, когда была в Грилории… А это было довольно давно.

— Да, вы правы, — тряхнул головой Лилор. — Первые свободные мужчины появились в этом доме лет семь назад. Но я попал сюда только в прошлом году… Видите ли, когда главой нашего рода была моя мать, меня абсолютно устраивала моя жизнь. Я не хотел снимать ошейник, поскольку он вовсе не тяготил меня. И когда королева Вайдила пришла к моей матери в с предложением о выкупе, я слезно умолял хозяйку оставить меня при себе и не продавать. Мне не нужна была свобода.