– Я, кажется, узнал в одном из преследователей нашего сбежавшего.

– Неужели он в банде Эммануэля Беринга?

– Всё может быть, он вполне мог пролететь расстояние до его поселения, и судя по наклонностям, стал членом банды.

Вдруг стрельба утихла, и снизу раздался возглас Оскара:

– Никита! Давай договоримся, ты ведь нашёл вход в этот тоннель с поездом, у Хьюго была карта. А этот щенок что рядом с тобой должен быть у моего барона, он убил двоих лучших его людей. Если ты мне сдашь этого мальчишку, твой робот не пострадает, я тебе даже верну твои доски для возврата на дирижабль, и укажу тоннель, в котором находится тот вагон с ядерным топливом. И ты отдаёшь мне карту и укажешь точное место входа, и конечно же, мальчишку, на этом и разойдёмся, капитан, у тебя одна минута на размышление.

Он дал нам минуту на размышление.

– Он тебе дал минуту на размышление.

– Я всё правильно тебе перевёл, и он дал минуту на размышление нам, русские своих не бросают! Но он не знает о наших козырях в рукаве, о нашем оружии, о нем никогда не говорилось, жаль только, Евгений Денисович не успеет добраться до верха. Но его словам не стоит доверять, он подстроил несчастный случай со мной, так же подло и поступит с нами.

На экране высветилась картина с одного из дронов, и по ней становилось ясно, что у нападавших не было никакого снаряжения.

– Никита, ты согласен? Смотри, я тебя всё равно достану, мы заберёмся к тебе, а тогда уж не обессудь, придётся вас доставить к моему барону!

– Оскар, ты блефуешь, у тебя нет никакого снаряжения, достань трос, мы подтянем, а верёвки сможете сюда доставить только через сутки.

Снизу вдруг раздался выстрел. Никита почувствовал неладное и высунулся глянуть вниз на взбирающегося вверх сянби. Перед его глазами встала картина гибели его наставника, он вдруг отцепился от жумара и начал падать вниз, всё было как в замедленной сьёмке. В чувство его привело резкое встряхивание. Это Рихард оттащил, чтобы не попасть под огонь снизу. Винтовки стреляли почти бесшумно, один упал без звука, второй – ему пуля попала в бедренную артерию – катался по земле, у него била фонтаном алая кровь.

– Оскар! Ты сказал, они безоружны!

– Ползи сюда, тебе надо перетянуть рану! Друзья не стали добивать раненого и дали ему добраться до укрытия. Снизу открылся ураганный огонь, в нише было негде спрятаться от осколков выбитого пулями гранита.

– Делать что будем?

– Подождём, нам всё равно в дневное время не подняться наверх.

– О чём они говорят, я их не понимаю?

– Это французский, ругаются, обвиняют Оскара за то, что он их подставил.

Экран осветился в режиме вызова:

– Никита, у вас там происходит настоящее сражение, ты сам-то цел?!

– Катя, ты не волнуйся так, мы залегли в нише и отстреливаемся от нападающих. Среди них Соколовский, и похоже, он не на вторых ролях.

– Вот сволочь, я так и знала, судя по его наклонностям, что он этого достоин. – Они убили Евгения Денисовича, а мы будем выбираться с наступлением темноты, нас плотно обложили, до завтрашнего дня они подтащат верёвки и попытаются нас взять.

– Может, помощь вам оказать?

– Ни в коем случае не обнаруживайте своего присутствия, мы сами выберемся из этой западни, передай мне прогноз погоды на ночь, есть у меня одна задумка.

– Хорошо, сейчас передам, ты что-то задумал?

– Всё будет зависеть от луны.

– Кажется, поняла.

– Я отключаюсь, нам энергия ещё пригодится.

– Твоя подруга о тебе беспокоится?

– Она спрашивала обстановку, и я ей рассказал об этом перебежчике, и о том, что номер первый погиб, спасая меня.

– Давай дождёмся темноты, я попробую забраться наверх и вытяну тебя вверх.

– Солнце через час с небольшим уже сядет, я попросил прогноз погоды на эту ночь, есть у меня задумка, как нам выбраться. Ты заберёшься наверх, а я отвлеку их.

– Каким же образом ты их отвлечёшь?

– Оскар знает о моём отношении к этому роботу, и попробуем на этом сыграть. В роботе есть компактное устройство, в его голове, куда всё записывается, вся его программа. Ну это как инстинкт у животных, где все базовые установки, а потом они приобретают опыт, ну это совсем как при дрессировке. И в результате животные приобретают привязанность к хозяину и его окружению. Примерно то же самое происходит и с сянби. Так вот, сыграем на том, что мне надо извлечь это устройство из тела, а потом я его смогу вставить в любое тело, и он будет вести себя точно так же. – Ты собираешься сыграть роль приманки на крючке.

– Только никакой приманки на крючке не будет.

– Как такое возможно?

– Нам надо подготовиться, во-первых, мне нужно вкинуть немного дезинформации в их стан, пускай понервничают и займутся кой-какими приготовлениями. Нам, самое главное, надо запудрить им мозги и отвлечь от критического мышления.

– Эй, Оскар! Ты слышишь меня?

– Чего тебе, хромоногий?

– Минута уже истекла, у меня возникло ещё одно условие. Там под стеной лежит Евгений Денисович, точнее, то, что от него осталось. Ты не смог бы вытащить из него жёсткий диск, на нём всё запечатлено, это ведь не простой механизм, а мой личный воспитатель, и я к нему отношусь с теплотой. Я узнал о том, что они роботы, буквально перед самым побегом.

– Каким образом ты это узнал?

– Пускай это останется со мной. Они не просто роботы, их называют сянби – это высокоинтеллектуальные механизмы, созданные для помощи и общения с людьми. – Ну у тебя может быть и сложились отношения со своим, а у меня нет. Там на спине должно быть небольшое отверстие, приведёшь механизм в действие нажатием тонким предметом, и откроется окно, в нём и будет жёсткий диск небольшой прямоугольник. Его нужно отсоединить от клемм, передашь это мне, после этого я выполню твои условия.

Сверху хорошо было видна суета возле тела, для начала его оттащили подальше от зоны обстрела в более укромное место. Потом, по-видимому, занялись раздеванием. Судя по высказываниям, никто не церемонился с костюмом, его просто разрезали ножами.

– Рик, переводи мне, они говорят по французском.

– В основном, ненормативная лексика.

– Я так и думал, пусть повозятся до самой темноты, подождём. Наконец ругательства утихли, и снизу раздался голос:

– Мы ничего не нашли, где этот хренов диск? Я подзабыл, где точно он находится, проверь голову, там должно быть отверстие, посмотрите внимательнее.

– Это твой план?

– Да, и пусть они разозлятся как следует. А следующим нашим шагом будет подготовка к бегству из западни, давай освободим один из рюкзаков, он всё равно у нас лишний, и переложим к нам, затем набьём его камнями и привяжем к верёвке, а сверху водрузим фонарь, подключим его на самый малый свет, и всё это будет со мной. К утру луну закроет облаками и видимость уменьшится, вот тогда я начну спускаться. Только это буду не я, а рюкзак, набитый камнями, и с фонарём, подключенным на самый малый свет. Они будут стрелять таким образом, чтобы взять меня живым. И при этой суматохе ты поднимешься наверх и затянешь нашу поклажу, а потом и меня.

– Эй, там наверху, ты издеваешься!

– С чего ты взял! Я не виноват в вашей глупости. Не нашли отверстия?

– Его здесь нет.

– Был бы я с вами, то нашёл бы его сразу же за пару минут. – Спускайся сюда, и мы вместе достанем этот диск.

– Ага, хитрец, чтобы ты меня тут же и связал.

– Никита, давай по-хорошему, а то завтра разговор будет другим.

– Я никуда не тороплюсь, мне и на свободе хорошо. А ты не забыл, у меня две винтовки и двое хороших стрелков, твои люди будут недовольны, когда предстанут в роли куропаток.

– А это не твоя забота.

– Надеюсь, ты не растерзал тело моего воспитателя?

– А зачем, я сейчас велю принести его на то место, где он упал, и ты убедишься в его целости и сохранности. А, уже потемнело, а завтра предстоит последний штурм, но не беспокойся, тебя мои люди постараются взять живым. И я не откажу себе в удовольствии насладиться твоими мучениями. А твоего дружка мы скорее всего убьём сразу. – Помечтай, фантазёр.