— Кюнехелм, гляди, одна малявка осталась не у дел. — Демон закинул руки за голову, непонятно каким чудом удерживаясь на стуле, вновь качающемся на двух ножках. — Займись ею.

 «ВОТ ЖЕ ГАД!»

 С испугу Аркаша рухнула обратно на стул. Угрюмого гиганта Джадина не решилась позвать себе в наставники ни одна группа первогодок. И не мудрено. Даже от звука его шагов, сотрясающих пол, пока он поднимался по лестнице, веяло зловещей опасностью.

 По спине девушки побежали мурашки, а подбородок начал бессовестно трястись от ужаса. Внушительная живая громадина нависла над Аркашей, словно вынырнувшая из океанских глубин косатка над зазевавшимся пингвином.

 Джадин, не утруждая себя лишними словами, бухнулся на стул Маккина. Аркаша невольно глянула на пол: не пробили ли ножки стула поверхность? Пронесло.

 — Привет.

 От голоса нефилима срочно захотелось метнуться в норку, а от выражения лица — испустить дух тут же на месте.

 — Привет, — повторил Джадин и чуть наклонил голову к плечу. Густые рыжие брови злобными гусеницами двинулись навстречу друг другу, складываясь в угрожающий тупой угол.

 Дрожь распространилась по всему телу. Даже в сидячем положении нефилим занимал слишком много пространства. Аркаша прикинула, что если сейчас встанет рядом, то со своим ростом, возможно, достанет до его макушки.

 — Эй.

 Ему бы работать в службе доставки гробиков. «Ваш гроб, сэр. Ах вы еще живы? Непорядочек. Извольте, сэр, залечь на дно, а то я зря, что ли, махину такую пер? Ложитесь, ложитесь. Сейчас крышочку-то сверху приколотим гвоздиками — уно моменто».

 Аркаша решила, что если Джадин и дальше будет давить на нее этим своим леденящим кровь взглядом, то она добровольно ляжет в любой предложенный им гробик. 

— О, это же ты. — Джадин наморщил лоб. — Таракашка.

 Обида хлестнула по заморозившемуся от ужаса разуму не хуже мокрой плетки.

 — Таракашка с волосами цвета апельсиновой корки, — добавил Джадин. На мрачном лице появилось выражение, отдаленно напоминающее любопытство.

 «На себя бы посмотрел. Вот у кого волосы оттенка корки апельсина!»

 — Эй, Таракашка, ты меня слышишь?

 — Я Аркаша!

 — Таракаша?

 — АРКАША!

 — Понял, Каша, не ори.

 «Чума! — Аркаша отшатнулась. — Я и правда на него орала?»

 До слуха донеслось издевательское хихиканье. Ровен вовсю веселился.

 — Вообще-то, Каша, я плох в заклинаниях, — признался вдруг Джадин. Аркаша приоткрыла рот, наблюдая, как его щеки смущенно порозовели. Не ожидавшая от него подобной реакции, она еще больше напугалась. — На игре еле-еле Стопроцентные создаю, и Наложение хромает. Короче, плохой из меня учитель.

 «Чтоб тебя, Момо! — Аркаша послала ухмыляющемуся демону гневный взгляд. — Я ж ни одного заклинания без магии не осилю. А если не будет результатов, вдруг эта ходячая глыба с расстройства меня прихлопнуть решит?!»

 — Ну что, детки, попрактикуемся? — Лакрисса нетерпеливо потерла друг о друга ладошки. — Демоненыш, будь добр, организуй нам свечки на тортик.

 — Не давите на меня, первый помощник старосты.

 — Моя б воля, я б на тебя бульдозер сбросила, — с любезной улыбкой сообщила демону девушка. — Да боюсь, Грегори меня за это в угол поставит.

 Ровен картинно схватился за сердце и, качнувшись, откинулся на спинку стула. Аркаша понадеялась, что он завалится назад и ушибет себе что-нибудь — желательно, что-нибудь нужное. Но тот, к сожалению, удержался. И прямо в полете щелкнул пальцами. Воздух в помещении на долю секунды стал теплым, а затем пламя занялось на фитиле сразу всех имеющихся на столах свечей. Первокурсники, не удержавшись, синхронно ахнули. 

— Фокус отменный. — Лакрисса передвинула свечку своей группы на середину стола. — Но я все равно тебя терпеть не могу.

 — По этому поводу я обязательно подепрессую, — пообещал Ровен, возвращаясь к прежнему ленивому состоянию. — Позже. Скажем, в промежуток между сорок третьей и сорок четвертой секундой третьего часа дня.

 «В этот раз я не ощутила никакого давления. — Аркаша отодвинула от себя горящую свечу. — Сейчас было по-другому, а не как на станции Бездны. Может, потому что его силы теперь частично запечатаны? Но даже с «Базовым Держателем» уровень его умений поражает. Отлично, Теньковская, а твое единственное умение — это, видимо, наживать себе врагов среди самых опасных здесь созданий. Надо было с самого начала придерживаться обычной своей тактики — быть скромной, тихой, покладистой и со всем соглашаться. А теперь — сиди, не трепыхайся и жди, пока тебе соизволят надавать по шее!» 

— Пробовала когда-нибудь воссоздать «Саламандру»?

 Лицо Джадина совершенно неожиданно оказалось рядом — он нагнулся над столом, требуя внимания. Аркаша, глухо икнув, попыталась кувыркнуться со стула, но попытка провались. Огромная рука — вполне возможно, что если бы у Джадина возникло желание, он бы легко раздавил девичью голову, как какой-нибудь подгнивший орех — легла на Аркашино плечо и удержала от спонтанного буйства.

 «Только не убивай, только не убивай!»

 — Так пробовала?

 — Что? — Аркаша очень старалась не запищать, чтобы не раздражить ненароком рыжую громадину.

 — Воссоздать. «Саламандру», — с расстановкой повторил Джадин. Насчет эмоциональной нестабильности временной ученицы он не сказал ни слова. То ли не заметил крайнюю степень паники девушки, то ли просто-напросто привык, что на него так реагируют. 

— Не... не пробовала.

 — Ага. Ясно. — Джадин тяжело вздохнул и растерянно уставился на их свечку. Помолчав пару секунд, постучал пальцем по подсвечнику, угрюмо глянул на второкурсников, уже вовсю дающих практические советы жадно внимающим первогодкам, посмотрел на съежившуюся Аркашу и досадливо крякнул. — Чертятище… Ладно, объясню на пальцах.

 «Только не бей!»

 Схватив подсвечник, юноша поднес его к лицу Аркаши.

 «Только не волосы!»

 — Вот это, Каша, огонь.

 «Да ты что!» — Слава небесам, что саркастическое восклицание подскочило лишь на мысленном трамплине.

 — Заклинание «Саламандра» — одно из основных... э-э-э... с огнем, короче, связано. Название от духа огня. Это еще из алхимии пришло... да, оттуда, оттуда. Огонь испускает огненная мелочь, вот и назвали так заклинание. Чтобы воссоздать любое заклинание, нужно использовать… этот… ну, чертятище такое. Проводник! Ага, то самое. Обычно проводником служит всякая ересь типа колец, талисманов и еще веточек, точнее, палочек волшебных. Все маги с этими палочками не расстаются. Но прям щас ты про эту чертятищу забудь! В Блэк-джеке нам не разрешено использовать ничего, кроме своих собственных сущности и тела. Поэтому… зри в сущность!

 — А? — Аркаша боязливо отодвинула свой стул от стола.

 — В сущность, Каша, говорю, зри! Надо тебе огненное заклинание, обращайся к своей сущности. Сущность — она... так... она основа? Не... Источник! Вот. А тело — уже настоящий проводник. Как бы представь себе огонь, мысленно отщипни кроху от своей сущности, как кусок от пирога, и бабах! Создавай! Заклинание. И вслух не забудь сказать. Когда говоришь вслух, тело-проводник пропускает энергию наружу... Фух. Тяжеловато изображать препода. Ну что, уяснила?

 «Как бы мне поделикатнее ответить? И так, чтобы мне не вломили за ответ?»

 — Как насчет демонстрации? — Аркаша шумно вдохнула, чтобы успокоиться. — Для… наглядности.

 — Я ж сказал тебе, Каша, что плох в заклинаниях, — ворчливо напомнил Джадин.

 «Сейчас вломит!»

 — Ладно уж. Попробую. Может, и со Стопроцентными потом фортанет.

 — Фортанет! — убежденно вякнула Аркаша и сразу же втянула голову в плечи.

 Джадин хмыкнул, громко хрустнул пальцами и выставил руку, удерживая ее всего в паре сантиметров от свечи.

 — Вообще-то, «Саламандра» применяется для создания огня. Но на практике вместо внутреннего источника используются внешние. Типа этой свечки. Эльблюм в прошлом году говорил, что, если научимся работать с внешним источником, порождать огонь внутренней сущностью будет легко. Так вот — ни черта! У меня даже с внешним всего пару раз вышло!