Дженсен пожимает плечами, потягивается, прежде чем сделать себе кофе.
— Хорошо. Может, перекусим по дороге?
— Да, конечно. Коул уже готов? спрашиваю я, благодарная за то, что мой голос не дрогнул.
— О, он не остался на ночь, но мы, наверное, должны захватить немного еды и для него, говорит Дженсен, дуя на горячий кофе, и снова оставляет меня на кухне в одиночестве.
Мне хочется ударить себя за небольшое разочарование. Все просто идеально, и я должна быть благодарна Коулу за то, что он решил провести ночь вдали от меня. После того как я оттрахала его в своей комнате, мы еще некоторое время лежали, не вставая, и заказали еду на вынос. Как только мы поели, Коул отправился в школу, чтобы успеть вернуться к тренировке. Я ожидала увидеть их обоих после тренировки, поэтому я, как трусиха, спряталась в своей спальне. Теперь во мне промелькнула досада, что все это было напрасно, потому что Коул полностью избегал меня. После нашего совместного времени я чувствовала себя неуверенно, не зная, как себя вести, словно у меня не было самого потрясающего секса за последние десять лет.
Я переодеваюсь в мягкий свитер и джинсы, и жду Дженсена в машине. Я погружаюсь в свои мысли, пока проезжаю наше местечко для завтрака, не бросая взгляда в окно, когда высаживаю его. Если Коул хочет избегать меня, я проявлю такой же вежливый прием из уважения.
Выезжая с парковки, я решаю сосредоточиться на делах, которые мне необходимо выполнить, чтобы вывести свой разум из запутанного состояния. Именно в такие моменты я обдумываю возможность найти работу, но после многих лет прибывания дома мне сложно отказаться от свободного времени. Я грамотно распоряжалась нашими деньгами, и понимаю, что они мне никогда не понадобятся, без особой потребности.
Я могла бы позвонить кому-нибудь из своих друзей, но поскольку у большинства из них есть маленькие дети, наше время не совпадает. У нас с мужем получилась случайная беременность в 18 лет, и хотя мы никогда не жалели о том, что оставили Дженсена, это определенно заставило нас отказаться от тусовок со всеми нашими друзьями из колледжа.
Выходя из машины, я мысленно составляю список того, что мне нужно в магазине, но мои мысли тут же возвращаются к Коулу. Я всегда покупаю больше еды, чтобы учесть его пожелания, и беру некоторые закуски, которые, ему нравятся. Как только я оказываюсь в магазине, я вспоминаю, почему я стала ходить за покупками только по субботам вечером.
— Оливия! Привет, давно не виделись! Грег выбегает из-за стойки обслуживания покупателей. Его длинные темные волосы собраны в пучок. По челюсти разбросаны тени многодневной щетины. Он не плохо выглядит, но он настырный и не понимает намека на то, что я не заинтересована в нем. Постоянная необходимость придумывать отказы на его ухаживания не дает мне покоя, и я стараюсь по возможности избегать его. Я машу ему рукой и пытаюсь поставить тележку между нами и пройти в другой конец магазина. И к сожалению, он идет рядом со мной.
— Как дела? Я рад, что ты зашла. Тревор сказал, что видел тебя с покупками в субботу, и я собирался поменяться сменами на следующей неделе, чтобы мы могли поговорить.
Замечу для себя, что мне действительно нужно найти совершенно другое место для покупок. Даже если мне придется ехать в два раза дольше, чтобы оторваться от этого преследователя.
— Да, с Дженсеном в школе это проще. Мрачно говорю я ему.
Он кивает. — Ему восемнадцать, верно? Он уже взрослый, ему, наверное, не нравится, что его мама так часто находится рядом.
Я плотно сжимаю губы, чтобы предотвратить язвительный комментарий, который едва не вырвался наружу. Он не замечает, что я не ответила, и продолжает.
— Итак, я хотел спросить, готова ли ты к свиданию, усмехается он, как будто рассказывает какую-то шутку.
Я сделала паузу. — Прости я безумно занята футболом и школой Дженсена. Ты ведь понимаешь, да?
Грег быстро кивает.
— Да, да. Конечно. Может быть, когда все нормализуется.
Я фальшиво улыбаюсь, а затем поворачиваю голову в сторону входа. — Кажется у тебя клиент.
Его глаза заглядывают мне через плечо и расширяются.
— Я найду тебя позже, и мы сможем поговорить еще немного.
Быстро шагая прочь, я как можно быстрее хватаю свои вещи и надеюсь, что он не успеет отпустить клиента к тому моменту, как я завершу делать покупки. Только когда я благополучно возвращаюсь в машину, я понимаю, что захватила все продукты, не подумав о Коуле. Это дает мне маленькую надежду на то, что я смогу преодолеть свое недавнее увлечение.
Коул
Тебе это нравится?
Тебе нравится мой большой член в твоей тугой…
Я сморщился, уменьшив громкость, так как парень продолжает говорить, впиваясь в нее. Я медленно опускаю руку на свой твердый член, пытаясь сосредоточиться на заднице брюнетки на видео. Она была моей любимицей, потому что цвет ее волос напоминал мне Оливию, даже легкий розоватый оттенок ее бледной кожи был схож. Я предпочитал кадры, на которых не было видно лица, потому что так было легче думать о ком-то другом. Но это конкретное видео действовало мне на нервы. Или, может быть, дело в том, что у меня было настоящее, а фантазии и близко не стоят.
Передернув член несколько раз, я окончательно сдался, уловив запах, доносящийся из кухни. Выключив порно, я надел боксеры и подошел к окну возле кровати. Я распахиваю его, используя учебник по математике, чтобы избавиться от вони. Я знаю, что их не волнует, что запах их стряпни просачивается в мою одежду или школьные принадлежности, но меня это точно волнует. Мне неловко видеть задумчивые взгляды, когда я прохожу мимо, гадая, учуют ли они запах, и беспокоюсь, что они думают, что я под кайфом.
Вот почему я стараюсь никогда не возвращаться домой. Не то чтобы моя мама замечала, дома я или нет. Опустившись на свою кровать, я решил, что надо идти к Дженсену. Прошла уже неделя с моего дня рождения, а я каждый день находил отговорки, чтобы не приходить. Я знаю, что скоро он начнет что-то подозревать, но мне нужно было дать Оливии немного времени.
Если бы это зависело от меня, я бы никогда не выходил из ее дома. Я бы забрался в ее постель и спал рядом с ней каждую ночь. Но она была напугана, и я знал, что должен успокоить ее, чтобы она поняла, что мы вместе. Хихиканье, а затем стон пробиваются сквозь стену, и я гримасничаю. Скатившись с кровати, я переодеваюсь в шорты и футболку. Я планирую сделать свою пробежку достаточно длинной, чтобы успеть до вечера, пока не придут ее клиенты. Не забывая захватить телефон на случай, если решу не возвращаться вообще.
Сбегая по лестнице, я едва разминулся со стариком, стоящим внизу. На его тонкой белой футболке желтые пятна подмышками и темные пятна на растянутом материале над выпуклым животом. Он почесывает бок, а затем натягивает рваные шорты, обтягивающие его жирную кожу. Мистер Роджерс — воплощение трущобного мужика. Я уверен, что ему это сходит с рук, потому что, когда он смывает с себя всю грязь и копоть, чтобы надеть костюм для суда, он выглядит как любой другой обычный белый человек.
— Мальчик! Где твоя мамочка? Он ворчит, вынимая изо рта зажженную сигарету.
Я пожимаю плечами.
— Не видел ее.
Его глаза сужаются и скользят по моему телу, а его язык проводит по потрескавшимся губам.
— Она задерживает оплату.
Отступив назад, я снова пожимаю плечами.
— Я не знаю, что вам сказать, мистер Роджерс. Я ее почти не вижу.
— Ну, кто-то же должен платить. Либо ты, либо твоя мать. А если у тебя нет денег, я уверен, что мы сможем придумать что-нибудь другое. Его взгляд устремляется на мою промежность.
Желчь поднимается у меня в горле, и я отступаю еще дальше. Я мог бы легко сломать его, если бы он попытался что-то сделать, но мне, честно говоря, совсем не хочется к нему прикасаться.
— Я уверен, что полиция с удовольствием узнает о том, что вы намекаете на сексуальные услуги несовершеннолетнему.