Ушлый хрен.
— Без проблем. Скрывать мне нечего, — развёл я по-простецки руками. — Ты удивишься, но я действительно самый обычный простолюдин. Однако место неподходящее. Смогу только после возвращения, — указал я глазами на плац и отряд, который был практически укомплектован.
Наследник побочной ветви доминирующего дома Фалайн понял меня без слов и утвердительно кивнул.
— Договорились! — хмыкнул с добродушной улыбкой Танар, и у всех на виду стал удалятся прочь. — Удачного патруля, Ранкар. Рад был с тобой познакомиться, — но не успел аристократ пройти и пары десятков метров, как голос его стал громче. — Не вздумай меня позорить, сестра!
В ответ же раздался знакомый девичий вскрик, который сочился небывалым пренебрежениям:
— Катись в Инферно, Танар!
Вашу ж собачью жизнь! И почему мне кажется, что эта непонятная семейка еще успеет попить моей кровушки.
— ОТРЯД! — громко скомандовал я, заканчивая со всеми приготовлениями. — ВЫДВИГАЕМСЯ!
* * *
Царство Аделлум.
Дальний рубеж.
Линия боевого столкновения.
Несколько часов спустя…
Поначалу я задавался вопросом: «В чем суть патрулей на передовой и есть ли в них смысл?» Из-за специфики работы в синдикате кое-кто начал забывать, что местечковые схватки во многом отличаются от той самой настоящей войны. Честно признаться, поначалу я считал патрулирование бестолковым делом, пока не столкнулся с реальностью в первые часы своей службы. Линия боевого соприкосновения простиралась на многие-многие мили. Основная масса ожесточенных сражений проходили гораздо восточнее. Именно там лилась кровь. Именно там поселилась смерть.
Собственную ошибку я осознал в тот самый момент, когда мы оказались на ближайшем к бастиону кордоне и сменили предыдущий патруль. Точнее это случилось через несколько часов после того, как мой отряд достиг защитного строя и укрепленного района. Защитный строй вмещал в себя, как мне показалось, бесконечную сигнальную сеть и защитный барьер, но лично нашей зоной ответственности являлся десятикилометровый отрезок передового рубежа. Именно на ней требовалось предотвратить любое вторжение и любыми способами защитить оборонительный массив.
Когда патруль сменяется, то один офицер передавал всю доступную информацию своей ротации. В бастионе я получил артефакт в виде браслета с проекционной картой, на которую наносился артефакторами крепости тот самый защитный строй со всеми отметками, и при любом вмешательстве в установленные массивы подавался магический сигнал напрямую мне.
Так вот стоило перенять все последние данные из рук смертельно уставшего своего предшественника, как началась полнейшая вакханалия. Складывалось впечатление, что браслет не утихал ни на минуту. Одно происшествие сменялось вторым, за вторым шло третье и далее им не было никакого конца.
За сколько тренированный человек с Терры сможет пробежать десятикилометровый отрезок? Зная синдикатовских бойцов и их таланты могу с уверенность сказать, что за полчаса или немного больше. Так вот воители на уровне губителя при полном обмундировании могли это сделать минут за двадцать пять, а те, кто выше рангом и того быстрее. Лично мне, находясь на ранге вершителя и периодически обращаясь к неистовству, удавалось это провернуть минут за пятнадцать.
Через пять часов среди вверенных мне воителей дома Фалайн начало расти изумление и те стали чаще перешёптываться между собой. Даже Йоргос стал коситься в мою сторону с некоторым удивлением, когда на нужное место я пребывал первым, опередив обоих одарённых. Марию по-прежнему моё молчание и нелюдимость лишь раздражали. Невозмутимыми и отчего-то довольными оставались только «Осколки», которые и не помышляли за мной угнаться и выдерживали единый темп с остальными.
К концу шестого часа вдоль всей вверенной мне десятикилометровой зоны я уже узнавал каждый камень и кустарник, ибо успел раз десять переместиться с одного её края до другого. К концу седьмого часа я проклинал всех чудовищ и монстров Вечного Ристалища. К концу восьмого часа сигнальная сеть активировалась каждые пять или десять минут, и я уже ненавидел иерихонских укротителей всеми фибрами души. Ведь именно они и занимались такого рода диверсиями.
Из-за практически непроходимого обрыва в километре от начала оборонительных барьеров, нормальным разумным невозможно было подняться незамеченными и атаковать какую-либо часть защитного строя. Вот только прирученные твари отличались повышенной ловкостью и прытью. Они нарушали эти законы природы. Чудовища рвались вперед с оголтелой жадность и жестокостью, невзирая на собственные жизни. Зачастую это были сверхбыстрые каракалы и мерзкие гули с гарпиями, но порой на барьер пытались напасть и более массивные твари. Одной из таких образин являлась песчаная кобра и размер чудовища при первом её появлении меня невольно поразил. Впрочем, при поддержке Йоргоса её удалось уничтожить весьма быстро.
Лишь одно разочаровывало и ввергало мои эмоции в еще большее раздражение и злобу. Ядра! В атаковавших нас чудовищах абсолютно не было столь нужных для Руны ядер силы. Для меня эта охота сейчас являлась бесполезной. Хотя периодически я видел, как многие воители, да и наши маги тоже, что-то на ходу срезают с мёртвых тварей.
Однако наряду с удивлением на лицах многих воителей стала образовываться еще одна эмоция. Жуткое непонимание. Многие стали замечать, что я не убиваю чудовищ, а лишь их калечу. Добивал монстров Аркас и Рамас. Именно они чаще всего прикрывали мне спину.
К началу девятого часа я не поверил собственному сенсорному полю, чутью и артефакту. Потому как впервые за всё время с начала патруля браслет затих и не подавал признаков жизни. На миг померещилось, что я или моё наследие каким-то образом поглотило всю магию, что была скрыта в украшении, но проекционная карта продолжала функционировать исправно, что и дало всему отряду некую передышку.
Причем передышкой воспользовался не только отряд, но и одна заноза в моей задницу, рот у которой не затыкался на протяжении нескольких долгих часов. Прямо сейчас та приближалась в мою сторону с угрожающей гримасой.
Хотя Йоргос всеми силами пытался её остановить:
— Мария, не надо…
— Тебе жить надоело, простолюдин⁈ — подойдя вплотную, рявкнула злобно магиня, испепеляя меня снизу-вверх взглядом светло-оранжевых глаз. — Ты что себе позволяешь⁈ Мало того, что игнорируешь всем известные правила во время патруля, так за каким-то демоном мешаешь работать нам и даже не думаешь убивать тварей! Зачем ты их калечишь, идиот⁈ Их надобно истреблять!
Слушал я взбалмошную идиотку вполуха и был погружен в собственные мысли.
Еще одна прелесть заиметь должность лейтенанта заключалась в том, что офицерам выдают походные пространственные сумы. Для меня же это являлось самой замечательной вещью на свете. Безупречный предмет. Выкраивали артефакт из кожи какого-то редкого животного, а суть её была в том, что она здорово помогала при переноске вещей, облегчала вес, являлась небольшой по размеру и спокойно крепилась на пояс.
— Мария, уймись, — попытался успокоить девицу товарищ. — Главное, что из бойцов никто не ранен. Тактика лейтенанта очень действенна.
Тактика? Какая к бесам тактика? Я всего-навсего первым прибываю на место и принимаю волну чудовищ на себя.
— Заткнись, Йорг! — рыкнула на того одарённая, отчего парень сдулся как резиновый шарик. — Его поведение губительно!
— В каком месте вам мешает ваш же командир? — спокойно осведомился я, вынимая из заветной сумы на ремне чистую тряпицу, и между делом начинаю очищать Гаммы от смердящей крови чудовищ. — В каком месте моё поведение губительно? Оглянись по сторонам, девчонка. Разве кто-нибудь из них ранен?
— Что⁈ — свирепо зашипела та, словно ужаленная, а по пальцам у неё пробежали искры. — Мне послышалось? Мерзкий простолюдин назвал меня «девчонкой»? Ты забыл, что я благородная⁈ Для такой черни как ты, я достопочтенная Мария! Тебе ясно?