Их командир всегда отличался особым рвением, несдержанностью и презрением к опасности. Это сумасбродство иногда могло помочь и напугать врага, но соваться так в лабиринт улиц района, где властвовали грабители и убийцы, являлось чистым безрассудством, если не самоубийством. Плазмоид понимала это, поэтому бросаться, очертя голову, она не собиралась. Обладая хорошим зрением в темноте, девушка внимательно смотрела по сторонам, выставив посох вперёд и ожидала нападения в любой момент.

Но её перехитрили. Удара в спину она точно не ожидала. Слишком поздно она сообразила, что это ловушка, и их сюда попросту заманили. Слишком долго они блуждали по району, уходя всё дальше в глубину уличного лабиринта. И нападавший отлично знал город.

Вспышка, ударившая сзади, мгновенно ослепила и сразу сбила купол её магической защиты. Без него она в бой никогда не вступала. Следующий удар последовал откуда-то слева. Новая вспышка и бок пронзила сильнейшая боль. Из-под порванного в клочья платья полетели сгустки слизи в разные стороны. Волшебница издала полный боли и муки крик. Третий удар пришёлся спереди в ноги через несколько секунд, разнося их на множество сгустков. Ответить она не успела, ибо даже не смогла заметить ничего, кроме тени, перемещающейся в проулках. Конечно же, имело смысл ударить последним заклинанием по области, которое уничтожит и нападавшего, и Канхалдира, и несколько близлежащих домов вместе с их жителями. Но она никогда не была столь расчётливой и кровожадной…

Воин углублялся в глушь квартала, стараясь не терять из виду хотя бы тень девочки, чтобы успеть на помощь к её родителям вовремя. Но вскоре снизил скорость, потеряв её из поля зрения. Канх слишком поздно сообразил, что остался один, нужно дождаться напарницу. Тем более без света на её посохе он мало что видел вокруг. И самое главное ― вокруг царила тишина, никаких звуков битвы или насилия. В некоторых окнах на верхних этажах зданий горели тусклые огоньки, но, в целом, тишина.

― Эй, где вы? Девочка! Не спеши…

В этот момент он услышал взрывы позади, показались яркие вспышки света, озарившие улицу не хуже, чем днём. А потом послышался полный боли и муки крик напарницы.

― Нет! Кеври! Нет! ― драконорожденный ругал себя последними словами за такую оплошность.

Он недооценил противника, не выполнил элементарных правил Устава, которым обычно следовал беспрекословно. Теперь пострадал его товарищ, по его вине, его ошибке.

Канхалдир рванулся к месту событий, полагая, что всё происходит совсем рядом, и он успеет. Но не успел он пробежать и нескольких метров, как звуки боя и стоны боли затихли.

Воин остановился, заприметив, как в тени мечется какая-то фигура, и взял меч на изготовку. Убить бойца сейчас дело довольно проблемное ― полные латы и чешуя давали прочную защиту. Он должен аккуратно выйти отсюда и позвать на помощь стражу, может, ещё удастся спасти Кеври. Таков план. Но не успел он пройти и нескольких шагов, как почувствовал вокруг себя шипение, чуткий слух услышал где-то рядом напевные слова заклинания, как песчинки падают на землю…

― Спи! ― услышал драконорожденный и рухнул навзничь, не успев даже ничего сообразить.

Что привело его в чувства, воин так до конца и не понял. То ли стоящая в помещении духота и тепло, то ли нудно капающая где-то невдалеке вода. А может просто закончилось действие заклинания сна. Канх поднял голову и осмотрелся. Он оказался накрепко прикован железными наручами к тёплой стене. И полностью раздет. Броня валялась в одном из углов помещения.

Два магических огонька, плясавшие туда-сюда, дали возможность осмотреть помещение подробно. Судя по всему, это был подвал, достаточно большой, чтобы вместить небольшую незаправленную кровать, книжный шкаф с несколькими томами, пару больших столов, один из которых письменный с разбросанными на нём свитками, книгами и писчими принадлежностями. Второй больше напоминал хирургический стол с множеством инструментов на нём. У стены, недалеко от кровати, расположился большой новый арбалет, что так любят стражники города, и колчан с болтами. Несколько болтов выпали из него, давая рассмотреть необычный наконечник с магическим кристаллом, блестевший янтарным солнечным блеском.

― О, ты наконец очнулся, ― услышал воин знакомый насмешливый голос.

Из-за угла, покрытого тенью и паром, где находился обеденный стол, вышла фигура. В руках он держал почти доеденную запечённую свиную ногу, заедая большим яблоком, что держал в другой руке. Фигура медленно выходила на свет.

― Ты, ― удивлённо выдохнул драконорожденный. ― Но как такое возможно…

И тут же осёкся, увидев в глазах своего подчинённого человека-следопыта яркие огоньки жёлтых змеиных глаз. Он сразу всё понял. Перевёртыш. Он заманил их в ловушку, обезвредил Кеври из арбалета магическими болтами, дополнительно бьющими излучением, что опасно для плазмоидов. Хоть Эрид и маг, но сражаться с сильными волшебниками один на один не сможет. Хитёр, ублюдок, действует исподтишка.

― И давно?

― Достаточно, чтобы быть рядом, изучить вас, быть в курсе всего, ― рассмеялся перевёртыш. Судя по взъерошенному виду, он уже явно устал за сегодня.

После чего доел мясо и яблоко, прожевал их и продолжил:

― В целом, прости, уважаемый. Ничего личного, но мне нужна твоя частичка для моего ритуала. Ты для него подходишь как никакой другой драконорожденный в этом городе. К тому же ты ― синий, мне потребуется защита от огня и молний.

― Зачем? Чего ты хочешь добиться?!

― Уважения! ― сверкнул глазами Эрид. ― Уважения и признания. Даже если через страх.

― Ты сошёл с ума, ― выдохнул Канхалдир. ― Слишком долго превращался в разумных существ, что сознание зверя не сумело переварить?

Вместо ответа тот хмыкнул, отбросил огрызок и кость в сторону, начал превращение. Что оказалось довольно противным зрелищем. Часть кожи и тканей сверху перевёртыш срывал руками, после чего упал и начал как будто выползать из-под своего текущего облика. Вместе с одеждой остатки тела остались лежать на полу. А перед воином стояло уже существо, покрытое сероватой слизью, щуплое и тонкое, голова похожа на змеиную.

― Нус-с, прис-ступим-с, пока ес-сть с-силы-с, ― шипяще прошелестел монстр, направляясь к столу с инструментами.

Он не обратил никакого внимания на то, что его жертва не сумела сдержать рвотный позыв. Тонкие цепкие пальцы подняли со стола несколько инструментов, и он обернулся к драконорожденному обратно. Тело Эрида продолжало превращение, становясь человеком. Похоже, что он сам не особо горел желанием оставаться в изначальном хрупком теле. Нарастали с противным хрустом и шелестом кости и мышцы, из горла исходило бульканье. Вот раздвоенный длинный змеиный язык облизал тонкие губы, и лицо полностью стало человеческим. И где-то воин его уже видел.

― Ещё раз прошу прощения, но я вынужден буду не использовать никаких обезболивающих средств, ― елейным голоском произнёс перевёртыш и улыбнулся. ― Мне нужна вся твоя боль. И все страдания. Единственное, что я могу для тебя и окружающих сделать, это вот это.

Он заткнул рот Канха кожаным ремешком с деревяшкой для рта. Она оказалась уже со следами зубов какого-то небольшого существа. Гнома или полурослика.

― Сожми зубами, станет легче, ― холодно посоветовал убийца.

Эрид несколько минут постоял перед жертвой, по всей видимости, прикидывая свои дальнейшие действия, кивнул, придумав, и снова куда-то ушёл.

Через пару минут вернулся, держа в руках небольшой стол. Расположив его непосредственно перед жертвой, он небрежно смёл крошки и остатки еды с него. Видимо, что он не особо заботился о чистоте и асептике. Пациент всё равно жить не должен в любом случае. Отойдя в сторону, он притащил таз с водой и пару тряпиц. Разложив одну из них, он начал медленно выкладывать на ней хирургические инструменты.

― Знаешь, скоро всё закончится, ― говорил Эрид спокойным голосом. ― И я не о тебе. Я про все мои планы. Луны уже почти на месте. Я всё хорошо рассчитал. Главное, чтобы эти недоумки из Управления не поймали меня раньше.