Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Видите? – спросил Амди, хотя и не совсем в полном восторге. – Публика сочтет, что это невероятно смешно. – Он ткнул мордой вверх. – Шелковинт уже сейчас так думает.

На самом деле Шелковинт просто разрывался от удовольствия. Но это резко прекратилось, когда Амди издал последовательность аккордов, означавших нечто вроде «сейчас твоя очередь», и жестом велел остатку стаи спуститься на землю.

Все головы, кроме одной, дернулись назад, скрылись из виду. Равна услышала угрюмое бульканье. Амди ответил чем-то жизнерадостным. Три его элемента собирали мелки, остальные смотрели на Шелковинта и жестами его звали.

Остаток стаи спустился по лестнице один за другим, последним хромой. Четверка сбилась у подножия лестницы, сердито глядя на Амди.

Равна и Джефри переглянулись, и Джефри сказал:

– Амди, поосторожнее. Не забывай, кто это.

– Я… я помню. Я ничего силой его заставлять не буду.

Амди двинулся к дальнему углу конюшни, где висела упряжь. Там было уютно, но места хватило бы двум стаям для разговора наедине. Шелковинт минуту подождал, потом пошел, подозрительно оглядываясь. Две стаи исчезли за стойками с упряжью. Донесся звук спокойного разговора.

– Не могу понять, что они говорят, – сказал Джефри.

Прошло полминуты, звуков битвы не было. Только слышно было, как переступают в стойлах керхоги и шипит сама себе Ритл.

Снаружи становилось шумно. Равна узнала хриплую музыку, которая объявляла о зрелищных мероприятиях.

Шелковинт и Амди прекратили репетицию. Амди суетился вокруг стола, собирая всех вместе, проверяя, что весь нужный реквизит собран в одной тачке. Шелковинт придвинулся ближе к двери. Его размазанную маскировку стерли – она уже не имела смысла так далеко от Домена Резчицы. На поводке он держал Ритл. Вид у Шелковинта был не очень довольный, но в этом, быть может, была вина Ритл. Равна подошла ободрить стаю, Шелковинт посмотрел на нее и сказал первые самнорские слова после той ночи, когда умер его элемент:

– Мы делаем много смеха. Видишь?

Он слегка ткнул в нее одной головой.

Снаружи в дверь постучала какая-то стая, громко булькая.

– Готовы, уже готовы! – крикнул Амди. – Равна, держись от меня где-нибудь слева. – Джефри уже стоял с другой стороны восьмерки. – Не волнуйся. Не волнуйся. Я тебе все время буду подсказывать. Все будет нормально!

Вой.

Двери уже разъезжались, музыка зазвучала в быстром темпе. Шелковинт вылетел в свет дня, Ритл поневоле за ним. За музыкантами (все сопровождение генерировали один или оба охранника) Равна увидела широко рассевшуюся толпу – ничего похожего на тесную свору, которая была днем.

Шелковинт все еще хромал одним элементом, но сейчас изображал хромоту еще и с другой стороны. Два его элемента, держащие поводок, шли близко друг к другу, будто страдая от односторонней глухоты. Эту походку они стали отрабатывать сразу, закончив раскраску себя в шахматную клетку. Ритл могла и не играть роль, но ее упрямые старания доставить неудобство «хозяину» были отличным фоном для игры Шелковинта: шут и собака шута. Жестокий средневековый юмор, но хохот толпы заглушил музыку.

Потом на свет дня вышел Амди, сопровождаемый по бокам людьми. Хохот толпы затих, послышались удивленные завывания. Двое охранников пошли вперед, расчищая путь. Один из них тащил тачку, похожую на маленькую телегу.

– Идите за охранниками, – велел Амди. – Хозяин гостиницы мне сказал, что это – клиенты, заплатившие двойную плату, чтобы видеть нас здесь, а потом еще и на выступлении.

Охранники шли мощеной дорогой к гостинице. Повсюду располагались телеги, даже возле платформы канатной дороги, стоящей как наклонная башня в реве и тумане водопада.

Еще стаи смотрели от портика гостиницы, но охранники обошли здание подальше, ведя артистов и привилегированную публику по длинному дефиле, которое кончалось огромным амфитеатром – Равна на этой планете не видала похожего.

Труппа Амди прошла под навесами на краю площади, скрываясь от взоров публики.

Хозяин гостиницы вышел на середину. Булыжники были подогнаны хитрым узором, но кое-где попадались темные кляксы пятен, в узор не входящие. Гм. Жертвенные животные?

Хозяин гостиницы произносил что-то вроде речи. Но буквально через секунду после начала заорали сверху, и крик поддержали со всех сторон. Амди держал пару голов на виду у публики, но весь остальной притаился.

– Знаете, что они кричат? «Мы не за то платили деньги, чтобы тебя слушать!»

Хозяин гостиницы на арене с отвращением мотнул головами и удалился в свою ложу величественной походкой.

– Это значит, наш выход? – спросила Равна.

Восьмерка ниже припала к земле.

– Амди? – спросил Джефри ободряющим ласковым голосом с другой стороны этой стаи. – Ты отлично до сих пор действовал, давай дальше!

– Я… я… не было времени составить план. Я…

Публика распевала все громче и громче. Кусок очень гнилого ямса вылетел из-под навеса, расплескался, чуть забрызгав Шелковинта. Тот с омерзением что-то буркнул и выпустил случайно поводок Ритл. Синглет рванулся на волю, забыв прежнюю осторожность. Ритл помчалась широкой дугой, все время что-то громко булькая. Остановилась, оглянулась на миг на собственные задние ноги, за воротником потеряла из виду землю и шлепнулась. Вскочила, не прекращая орать, хвастливо и почти наверняка бессмысленно. Но что самое странное – это было похоже на интонации речи хозяина гостиницы.

Скандирование толпы сменилось хохотом.

Ритл остановилась в смущении, запрыгала взад-вперед, требуя серьезного к себе отношения. Смех только стал громче. Она бросилась на ближайшие ярусы зрителей – и ее дернул назад поводок Шелковинта. Она дернулась в сторону, натягивая поводок. Тем временем Равна заметила, что головы Шелковинта мотаются вверх-вниз, наслаждаясь неожиданной забавой. Он глянул в сторону Амди, а потом – все еще невидимый для публики – совершенно сознательно отпустил поводок.

Бедная Ритл на арене чуть не рухнула снова. Потом, ощутив свободу, побежала вдоль первого ряда, таща за собой длиннющий поводок.

Шелковинт кое-как выбрался на публику. Его элементы были покрыты клетчатым узором, по краям шли хромые. Он побежал за поводком синглета, потрясающе естественно промахиваясь по нему снова и снова. Наконец он всеми четырьмя телами плоско прыгнул на него, зажав где-то внизу. Встал, крепко держа поводок четырьмя парами челюстей, триумфально раскланялся и начал говорить свою собственную речь. Но ручной зверь шута не стал ему помогать: Ритл бегала вокруг четверки все быстрее и быстрее, а поводок укорачивался.

Наконец Шелковинт сам об него споткнулся, зашатался, возмущенно вопя. Публике это показалось еще смешнее. В него запустили еще несколько гнилых овощей, но это, скорее, было выражение одобрения. Один кусок попал Шелковинту в плечо, размазавшись по черно-белым клеткам. Ритл вроде бы над ним смеялась, но ей тоже пришлось уворачиваться от подарка публики, и это не получилось.

Шелковинт заметался в очевидной панике, потом весь повернулся туда, где прятались Амди и компания. На стайном языке жалоба значила что-то вроде:

– Хозяин, Хозяин, иди сюда!

Вот так и должен был выступить Амди. Он издал низкий, прочувствованный вой… и выпрыгнул на арену.

Смех сменился приветственными воплями, и дождь гнилых овощей стих. Амди шел так гордо, как Равна никогда не видела, и те, что шли в середине, задрали морды точно вверх. Если бы так шел человек, он бы задирал вверх руки, привлекая внимание зрителей.

Джефри перешел на место, которое Амди освободил. У него на лице блуждала широкая удивленная улыбка.

– Что он говорит? – спросила Равна.

– Слишком быстро, не разбираю. Обещает что-то…

Учитывая разницу диалектов, Амди, наверное, и для своих слушателей говорил слишком быстро, но это могло способствовать его обаянию. Он величественно махнул Шелковинту и Ритл, и эти двое ушли с площади, все еще оставаясь в образе, хотя Равна понимала, что для одного из них такое поведение – чистое притворство. Шелковинт скользнул под навес и привязал Ритл к деревянному столбу. Он улыбался и ворчал – по очереди, вытирая сок со шкуры. Посмотрел на Равну и Джефри с некоторым злорадством, будто говоря: «Сейчас будет ваша очередь!»

1593
{"b":"907316","o":1}