– Да, Дарин? – отвечает почти сразу, словно ждал.
– Вы опять за мной следите? По камерам.
– Иногда я еще занимаюсь делами. Что – то случилось?
– Вы случились! Я не могу чувствовать себя в своем доме в безопасности! Мне все время мерещатся тени! Я хочу дома отдыхать, а не напрягаться каждую минуту! – высказываюсь, а в ответ тишина и смешок – Вы вообще слышите меня?
– Я сейчас дела порешаю и заеду.
– Не надо! – вскакиваю в панике, иду двери на второй замок закрывать. – Я не имела ввиду, что мне нужна ваша защита я лишь хотела узнать… В общем, где стоят камеры.
– В ванной и спальне нет. Только на кухне, и в коридоре.
Странно, но я почему – то верю ему.
– Завтра я пойду в полицию, чтобы написать на вас заявление.
– И что напишешь?
– Напишу, что вы меня преследуете! И про камеры напишу. Это все будет зафиксировано. Вы сядете…
– Мне нравится, когда ты злишься… Сразу представляю тебя разъяренной лошадкой, которую просто нужно укротить. Представляю, как держу тебя за волосы и насаживаю на свой член…
Рука невольно волос касается, я не люблю, когда их трогают, но почему – то почти чувствую как кто – то их натягивает до легкой боли, невероятно, но при этом возбуждая.
– Вряд ли вам понравится, если я разозлюсь по – настоящему, – отрубаю резко странные фантазии. – Прекращайте меня преследовать, и я возможно пойду вам на встречу.
– Со мной на встречу?
– Я имею ввиду, что не буду писать заявление.
– Ты не успеешь, Дарин… Ты у врача была?
– Даже если так, вам то что?
– И когда результаты?
– Вас это не касается! – кричу в трубку и сразу выключаю телефон. Нет надо же какой упертый! Ему одно слово, он в ответ три…
Съедаю свой салат и хочу пойти почитать книжку, когда раздается звонок.
Номер незнакомый, городской. Выхожу на балкон. Не хватало еще, чтобы Саид разговор мой подслушал.
– Алло?
– Дарина Олеговна? Это врач Истомина из клиники «Мирабель». Вы сегодня были у меня на приеме и сдавали анализы.
– Да, да, конечно. Я думала они придут на почту.
– На почту мы прислали, но я хотела вам сказать по результатам. Сможете ко мне завтра зайти.
– Ну после обеда смогу конечно, а что за срочность?
– Дело в том… Мы все перепроверили дважды, учитывая ваши слова. – Она делает драматическую, театральную паузу.
Глава 7.
– Вы беременны. Точный срок может определить гинеколог, завтра я могу вас записать к нему на прием. Очень хорошая, Арина Сергеевна Титова.
Шум в ушах не дает воспринимать информацию, она как звон где – то на краю сознания.
– Стойте, стойте, вы, наверное, ошиблись, я не могу быть беременной… Я даже ни с кем не сплю!
– Я понимаю, но анализы говорят о другом.
– Значит вы неправильно сделали анализы! Ошиблись! Я просто отравилась! Это просто несварение желудка!
– Но отсутствие менструации…
– Это гормональный сбой! Я не могу быть беременной, если только вы не начали верить в непрочное зачатие!
– Дарина Олеговна….
– Нет! Даже разговаривать с вами не вижу смысла! Я пойду в другую, нормальную клинику…
Отключаю телефон, и еще долго стою на балконе. Выдыхаю. Снова и снова. До запотевших окон. Этого просто не может быть…
Но если даже представить подобное, то это получается меня изнасиловали?…
Но когда…
Когда…
Я каждый день дома, я почти никуда не хожу по ночам, стараюсь пить только дома… Блииин… В голове всплывает яркое название «Кислород»
Месяц назад. Мы с Галей были на открытии какого – то модного клуба…
Но я точно знаю, что она довела меня домой…
Она обещала.
А если нет?
Если другой кто-то? У меня на утро все тело болело, словно я не танцевала всю ночь, а мешки ворочала… Месяц назад….
Набираю Галю, она отвечает не сразу, но все таки…
– Галь, помнишь мы тусили в «Кислороде», как раз открытие было.
– Ну… Давай быстрее, спешу я.
– Мы же выпивали…
– Да, еле уговорила тебя.
– Да. А я согласилась потому что ты обещала меня домой довести… – сглатываю ком в горле. – Ты довела?
– Конечно! Когда я обещаний не выполняла? – частенько.
– Галь, вот сейчас серьезно все. Ты же знаешь, что мне алкоголь мозг напрочь вырубает. Ты отвела меня домой? Или это сделал кто – то другой?
– Дарин, понимаешь… – виноватый голос, тихий и хриплый. – Андрей…
– Точно! Ты в тот день со своим женатым познакомилась, – вспоминаю я, а слезы потоком из глаз… – Ты сняла его в тот вечер, а меня бросила!
– Я не бросала! Мне обещали, что тебя довезут в целости и сохранности.
– Кто?!
– Я не помню! Мужик какой – то. Помню, что высокий и приличный. В джинсах и серой водолазке. Все фирмерное. И ты его знала. Ты танцевала с ним.
– Что за чушь! Я не танцую с мужиками!
– Иногда бывает.
– И кто он такой!?
– Да не знаю я! Я на утро позвонила, проверила, ты дома была…
– Он меня изнасиловал.
– Что?
– Я беременна… – контрольный в голову.
– Господи… Дарина… Я же не знала!
В горле ком. Перед глазами пелена. Как же так… Неизвестно с кем, неизвестно от кого…На той стороне что – то объясняет и оправдывается бывшая лучшая подруга, но я не слушаю, я просто умираю…
Умираю при мысли о том, что моим телом воспользовались, что мое тело осквернили….
Тогда утром… Я сразу в душ пошла… Я ничего не соображала, была выжатой, как лимон… Болели руки ноги, мышцы ныли…
Я списала на танцы и каблуки, а на самом деле….
Рыдание рвется из груди, я сползаю по стене балкона, просто сижу и заливаюсь слезами.
О загубленной карьере, а ребенке неизвестно от кого… Если рожать, а если нет?
Срок маленький…
Я не готова портить все из-за того, что подруга меня подвела…
Больше такого не повторится.
Больше я никогда не буду пить вне дома.
Набираю администрацию клиники и прошу к телефону своего врача.
– Да, Дарина Олеговна, успокоились?
– Да. Я же могу сделать аборт?
– О… Да, если вы считаете, что так будет лучше… Но вам уже двадцать шесть. Есть шанс потом столкнуться с трудностями при зачатии.
– Это мое дело, – без подробностей.
– Тогда думаю завтра можно прийти до сдать анализы и выпить первую порцию препарата. Всего три таблетки, которые рассосут плод.
– Меня устраивает, во сколько?
– Приходите, как сегодня к часу. Гинеколог будет.
– Хорошо, до завтра. – хладнокровно заканчиваю разговор. Поднимаюсь с гудящей головой…
Все правильно.
Все правильно… Этот ребенок не должен появиться на свет. Этот ребенок следствие чьей – то низости, преступления, животных инстинктов….
Иду в душ, включаю самую горячую воду, и пытаюсь отодрать кожу мочалкой, словно чувствую прикосновения отвратительного незнакомца, словно чувствую, как он пихает в меня свой отросток, выпуская гнилое семя…. Плод… Да, это плод. И лучше именно так его и воспринимать, и не думать, что это ребенок мог стать единственным по настоящему светлым пятном моей жизни…
Тот, кого бы я полюбила…
Но я бы не полюбила… Он был бы напоминанием о предательстве подруги о том, что мое тело осквернили… Я бы возненавидела его… Как ненавижу гипотетического отца. Кем бы он ни был.
***
Сможет ли Дарина простить подругу за ее поступок?
Не слишком ли быстро она приняла решение про аборт?
Глава 8.
Тошноты почти не чувствую, так что отметаю из головы все лишнее и собираюсь на тренировку. Напряжение мышц тела всегда помогало разгрузить голову. А мне это сейчас крайне необходимо. Не думать. Не страдать. Жить дальше.
Просто идти по жизни смеясь, стараясь забыть о том, что какой – то мужчина тискал меня, раздвигал мне ноги, орудуя там, словно гинекологическим зеркалом. Я просто уверена, что лежала без движения и ничего не понимала, а этот извращенец пользовался мной как надувной куклой.