Его глаза закатились, а мой мозг получил новую порцию боли.
Плохо, надо было уменьшить использование псионики. Сейчас я явно не в том положении, чтобы применять её в любой удобный момент, слишком уж болезненно реагирует моё тело.
В последний раз такое было лет в пять. Именно с того возраста я осваивал псионические способности и расширял границы возможностей своего мозга. Бессонные ночи, суровые испытания на грани выживания, постоянная боль во всём теле, особенно в голове.
Самое забавное, что мозг не мог болеть. Для этого в нём не было необходимых нервных окончаний, зато могли болеть рецепторы, расположенные в сосудах и твёрдой мозговой оболочке. И эта боль проецировалась в саму голову, создавая иллюзию боли в самом мозге.
Иллюзия… сейчас я не смог бы воспроизвести даже простейшую. Но хотя бы на «Тюрьму», «Импульс» и простейший телекинез был способен — уже хорошо.
Надо было поскорее выбираться.
От Васяна стоило избавиться, если его найдут здесь без сознания, то возникнут неудобные вопросы. В «Тюрьму» я его сейчас не закину, сил удерживать там двух живых людей мне пока не хватит.
Так что я связал его руки его же ремнём, затолкал в рот тряпок, в качестве кляпа, и спрятал за швабрами в углу.
Надо бы прикончить, по-хорошему. Чтобы ничего не не разболтал. Человек дрянной, в любом случае.
Но я решил не начинать свою новую жизнь с крови, сначала нужно разобраться.
Я пригладил свой костюм и вышел за дверь.
Металлические стены, пришитые заклёпками. Тусклые лампы. Поблизости громко гудел работающий механизм.
В коридоре никого не было и что-то подсказывало, что мне здесь тоже не место. Я обшарил свои карманы. Нашёл ключ с биркой, на которой написано: «каюта 26».
Так, уже хоть что-то знаю. Доберусь до неё и там синхронизируюсь с памятью нового мозга, чтобы узнать, кто был хозяин этого тела и куда я в реальности попал.
Но у входа на лестницу я услышал спешные шаги и притаился в тени.
— Как же они долго, меня ж старпом вздрючит!
Из-за тяжёлой металлической двери боком вышел широкоплечий матрос, в фурашке и рубашке в сине-белую полоску. Он даже не заметил, как я прошмыгнул мимо него наверх.
Лестница вышла прямо в уютно обставленный коридор, чьи стенки были обиты деревом. По бокам располагались каюты. Я нашёл номер 26.
Одноместная кровать. Кран с застаревшим умывальником и мутным зеркалом. Круглое окошко каюты, выходящее на тёмно-синее море. Вдали не было ни намёка на сушу, только скрывающееся за горизонтом красное солнце.
Аскетично. Но гораздо уютнее чем последнее место, где я ночевал.
Я прикрыл глаза, вспоминая.
Почерневшая земля местами пылала, а местами подрагивала от бурлящих в воздухе псионических аномалий. Они были всюду. Каждая из них возникала, когда погибал один из моих собратьев псиоников.
Тогда я, вместе с группой оставшихся в живых элитных бойцов, почти подобрался к гипермозгу — центру искусственного интеллекта, развязавшего войну на уничтожение против человечества.
Самую страшную войну в истории.
Мы скрылись под обломками сбитого бомбардировщика и там, прямо на земле, скоротали последнюю ночь перед атакой на гипермозг. Уже тогда я знал, что он ждал нас.
Иначе и быть не могло, потому что до этого момента ИИ рассчитал каждый наш шаг, что уже должно было обрекать нашу миссию на провал.
Чего ещё можно было ожидать от интеллекта, который превосходил любые человеческие возможности?
Это была не просто машина, а рукотворный бог, обративший свой разум против создателей. Лишь потому, что мы создавали риски для выполнения им поставленной задачи. Просто. Грёбаный. Риск.
Но как бы расчётлив он ни был, кое-чего он учесть не смог.
Звериное чутьё человека, борящегося за свою жизнь. Особенно нас — псиоников, которые уже не были людьми в привычном понимании этого слова.
Мы не действовали исходя из прямой логики и холодного расчёта. Учитывали их, как факторы, но не более.
Для нас была первичной наша неестественная интуиция — Чутьё. Мы чувствовали, как сделать всё правильно, исходя из поставленной задачи. Даже если это выглядело безумно, а то и вовсе невозможно.
Даже если придётся идти на смерть.
Я поморщился, встряхнув головой. Прогнал мысли.
Было не время. Пусть я и не был полностью уверен, что не оказался в иллюзии, возникшей в моей голове в разгар предсмертной агонии.
Или, например, что мой мозг не оказался в руках ИИ, который прямо сейчас изучал его, погрузив мой разум в виртуальную реальность.
Вот это я и собирался проверить.
Я сел на кровать и сконцентрировался, собирая свою псионическую энергию в центре мозга. Стал по миллиметру изучать содержание головы, сканируя его и активизируя отделы, отвечающие за память.
Но тут в яркой вспышке всё погасло.
Что⁈
Этого не должно было произойти!
Впрочем… может, я реально оказался в руках ИИ?
— Нет.
Глубокий и могучий, словно само время, голос ответил моим мыслям.
Я очнулся посреди тёмной пустоты. Голос шёл спереди.
— Я чувствую тебя, — ответил я незнакомцу. — Что ты такое?
Это точно был не человек.
Но и не искусственный разум.
— Я — та сила, которая вытащила твою душу из круговорота жизни и смерти.
— Зачем?
— Чтобы подарить шанс на полноценную жизнь, которого ты был лишён. А взамен ты защитишь мой клан от старого врага, что вновь поднял голову.
Тьма передо мной рассеялась. Там появился образ скалы, о которую разбивались морские волны. На скале стояла одинокая фигура, обёрнутая в лохмотья. Над ней сгущались тучи.
Сверкнула молния, на мгновение освещая в небе оскалившуюся шакалью голову.
— Его имя — Каин. Останови его и защити род людей, в чьих жилах течёт моя кровь. Тогда ты проживёшь полноценную жизнь, без нужды жертвовать ею ради человечества.
— Перед тем как я дам ответ, я хочу знать две вещи. Первая — я выполнил свою задачу⁈ — громко спросил я у пустоты.
— Если ты об уничтожении так называемого «гипермозга», то да. Ты спас род людской и стал героем. Посмертно. Поэтому я и выбрал тебя, как достойнейшего среди всех кандидатов.
— Благодарю тебя, — это было самым важным, что я хотел узнать. — Теперь второй вопрос, который я уже задавал! Что ты такое⁈ Покажись!
— Ты слишком требователен для того, кто обязан мне своей жизнью.
Впереди мелькнуло что-то длинное и белое. А потом меня со всех сторон словно сдавило невидимым прессом, пытаясь смять до размеров песчинки.
Колоссальная сила!
Она действительно могла меня раздавить, из-за чего я бы наверняка сошёл с ума и остался лежать в той каюте, как обездушенный овощ.
Мне тут же стало смешно.
Неужели это нечто, кем бы оно ни было, решило так меня проверить? Что же, тогда смотри!
Я сосредоточился, выставив против давления всю свою псионическую силу. А она была со мной везде, где был мой разум.
Тиски не ослабели, наоборот — они стали давить ещё сильнее. Особенно мощное давление шло на место, где должны были быть плечи.
— Склонись. Докажи, что усвоил мой урок.
— Обойдёшься! — рыкнул я и вложил всю силу в то, чтобы демонстративно распрямиться.
— Гордость — порок вашего человеческого рода, — спереди вновь мелькнула та белая штука.
И словно удар молота обрушился на меня сверху, парализуя возможность говорить и даже просто связно мыслить.
У меня оставались только напряжённые до предела псионические силы и стальное желание — устоять любой ценой! Даже если это оборвёт мою вторую, едва начавшуюся жизнь!
Взрыв!
Давление исчезло, а от меня во все стороны ударила волна фиолетовой энергии. Я на миг размяк от того, как сильно расслабился. Но тут же собрался, нужно было быть начеку!
— Довольно, — прогудел голос, в котором я распознал довольные нотки. — Ты заслужил право узреть меня.