– А маги делают что-то бесплатно? – невинным голосом осведомился Фильт.
– Иногда, – спокойно ответил Мол-Габур, не сводя глаз с ученика. – Перемещают людей по порталам, одевают, кормят и поят их, как в своем доме, так и в других местах, например, в северных странах.
Фильт опустил глаза, коря себя за длинный язык. Вообще-то он спросил это в шутку, но маг, судя по всему, был в другом настроении.
– Мы отправились в его магазинчик. Честно сказать, я удивился, так как выяснилось, что Швейкель уже немного подготовился к возможной встрече с бандитами. Он заменил большое основное стекло на ударопрочное, которое с одного раза не разобьешь, а оно, между прочим, стоит немалых денег. Дверь в его кабинет была теперь из какого-то особого сплава металла и с усилением рамы, так что так просто ее не взломать, а возможный пожар туда не проникнет, и ведь именно в кабинете Швейкель хранил свои самые ценные фолианты, предназначенные для конкретных коллекционеров.
– Видать, этот Швейкель неплохо подзаработал за прошедшие годы: такую дверь мало кто себе может позволить. Я видел их только в банке, в королевском дворце и у пары знатных вельмож, – сказал Фильт, радуясь про себя, что волшебник не стал раздувать тему про оплату своих услуг.
– Наверное, – согласился с учеником учитель, попыхивая трубкой. – Однако Швейкель всё равно не чувствовал себя в полной безопасности даже с такими мерами. Кстати говоря, потом выяснилось, что практически все частные книжные магазины в Кафтелии сильно пострадали, и лишь у него ущерба почти не было. Другие владельцы поскупились на безопасность и поплатились за это.
Я поставил кое-какую невидимую человеческим глазом магическую защиту, а также посоветовал Швейкелю обзавестись кнопкой для срочного вызова помощи. Нет, не городской стражи, разумеется – их можно было ждать и несколько часов. Вызов шел к особому отряду волшебников, постоянно находящемуся на дежурстве. Признаться, такая кнопка есть только у короля и еще некоторых жителей Кафтелии, так как маги неохотно влезают в вооруженные конфликты людей, поэтому на ее установку нужно согласие члена Высшего совета. Даже не могу сказать тебе, Фильт, почему я вдруг решился на такое ради Швейкеля, но что-то мне подсказало, что подобная предосторожность не повредит. Установка кнопки не запрещена, но в некоторых случаях приходится объясняться перед Высшим советом, а это, скажу я тебе, не самое приятное дело. Ведь если человек воспользуется кнопкой, а отряд прибывших магов посчитает, что его вызвали зря, то, во-первых, эту кнопку снимут, а во-вторых, тебя будут долго и нудно отчитывать на Высшем совете и припоминать данный конфуз при каждом удобном случае. Зато в обмен на это я получил откровенный рассказ Швейкеля о том, как создавалось его дело, так что вот тебе и объяснение тому, откуда я знаю столько подробностей.
Визита бандитов пришлось ждать недолго. Интересная штука: разбойники обычно действовали нахрапом. То есть они разбивали стекла, врывались в магазин или таверну, и так далее. В этот раз нападение было совершенно другим, и лишь какое-то чутье Швейкеля позволило этой истории так закончиться.
Незадолго, примерно за час до закрытия в магазинчик зашли двое небедно одетых людей. Совершенно обычные посетители таких мест, хотя книготорговец видел их впервые. Они бегло осмотрели выставленные для продажи книги, но, не проявив к ним никакого интереса, обратились напрямую к хозяину с просьбой о возможности приобретения одного редкого издания. У Швейкеля оно было, и он, как всегда, затянул свою привычную песню, расхваливая достоинства книги и ее редкость, после чего назвал очень высокую цену. В таких случаях покупатель, как правило, если не закатывает глаза, то начинает ожесточенно торговаться: порой тут дело в самом процессе, а не в деньгах.
– Это как? – не понял разведчик.
– Такие опытные и, я бы даже сказал, страстные торговцы как Швейкель очень любят спорить о цене, и чем более веско выглядят аргументы покупателя, тем больше им нравится торг. Это он мне сам рассказывал. Порой Швейкель даже усаживает визитера в укромном уголке магазина, где стоят два стульчика и столик, приносит ему чай или кофе, и они продолжают беседу, которая зачастую выходит за рамки покупаемого предмета. Таким образом, Швейкель узнает массу интересных сведений и, в конце концов, уступает в цене покупателю, который, быть может, и заплатил бы запрашиваемое продавцом, но уже без всяких разговоров. Швейкель, который и так уже заработал неплохие деньги, не скатился до вечно жадного старикашки, что продолжает копить серебро и золото, даже не собираясь его на что-либо тратить или куда-либо вкладывать. Как раз такая судьба постигла многих держателей небольших магазинчиков, притом не только книжных.
– Интересно, – протянул Фильт. – А я всегда считал, что для них значение имеют только деньги.
– Ну, в накладе они всё равно не остаются, – улыбнулся маг. – Просто Швейкель уже в таком положении, что может себе позволить подобные торги, которые, кстати, ему потом могут пойти на пользу. Понимаешь, в отличие от других он очень дальновидный человек, а большинство торгашей живут лишь сиюминутной выгодой.
Так вот. Когда Швейкель назвал высокую цену за интересовавшую посетителей книгу, те сразу же согласились, и это показалось ему подозрительным. Дело было не в том, что он никогда ранее не видел эту парочку. Он знал практически всех коллекционеров Кафтелии и их подручных, но Сколладия большая, и в столицу также наведываются люди из других городов. Именно в мгновенном согласии с ценой было что-то не то. Швейкель задумчиво покивал головой и предложил гостям чай и кофе, которые могли бы скрасить им ожидание, пока он ищет книгу на стеллажах, хотя он, разумеется, прекрасно знал, где она находится. Он просто тянул время, пытаясь сообразить, что ему делать. Те отказались от напитков и сообщили, что хотели бы поскорее совершить покупку, так как очень спешат. Тут один из визитеров направился к входной двери, и Швейкелю стало понятно, что он просто сейчас запрет дверь изнутри и его будут грабить. А может, и убьют. Других посетителей в магазинчике не было. Швейкелю было, естественно, наплевать, будет ли грабеж происходить с разбитием стекол и пожаром или же таким вот вежливым и тихим способом, оба варианта его не устраивали. Но жать кнопку вызова отряда магов он побаивался, так как я предупредил его о последствиях ложного вызова, а пока ему никто даже не угрожал. Как он потом рассказывал мне, в глазах оставшегося с ним «покупателя» он прочитал свою смерть. Тот сказал, что сейчас достанет деньги, и полез во внутренний карман. В этот момент второй грабитель повернул в замке ключ, а Швейкель увидел направленный ему в грудь нож, который вытащил первый бандит.
Они велели несчастному продавцу отдать им все деньги из кассы, а потом открыть дверь кабинета, о котором они, судя по всему, были прекрасно осведомлены, и принести ему самые ценные книги, хранящиеся там. И посоветовали не валять дурака и не делать глупостей, если он хоть сколько-нибудь ценит свою никчемную жизнь. Швейкель стал с горестным видом складывать монеты в протянутый бандитами мешок и прощаться при этом чуть ли не с каждой – о, в нем умер неплохой актер! Грабители с некоторым недоумением следили за этой сценой, но, видимо, списали всё на чокнувшегося с горя старика. Они лишь поторопили его. Однако одна из монет была непростой, именно она активировала магическую защиту, для этого ее надо было лишь погладить и прошептать слово «прощай», что Швейкель делал практически со всеми монетами, так что бандиты ничего не могли заподозрить. Отдав кассу, книготорговец открыл кабинет и вытащил оттуда несколько книг, притом действительно очень ценных. Он не был уверен в том, что разбойники не разбираются в книгах, поэтому не хотел рисковать. Те бросили беглый взгляд на фолианты и, не сказав более ни слова, аккуратно положили тома в другой мешок. Затем оба подошли к двери, отперли ее и вышли на улицу.
– А как же ваша магическая защита? – спросил Фильт, которого постепенно увлекла эта история.