Я бегло осмотрела местность и поняла, что мы вышли к основному помещению, где производили наркотик. Об этом свидетельствовали лабораторные столы со склянками, наполненными непонятным содержимым, горелки и прочее оборудование для производства и упаковки наркотика. Вдоль стен выстроились готовые к отгрузке партии К58.
Вдруг я почувствовала опасность и инстинктивно увернулась от пролетевшего мимо огненного копья. Маг, который ранее убежал от нас с Максимом, решил напасть исподтишка. Настала пора вливаться в бой. Я сняла с пояса пистолет и, быстро прицелившись, выстрелила несколько раз. Элементалист расплавил пули и вновь повторил атаку копьем. Мне удалось воспользоваться браслетом и перенаправить пламя в него же. Копье угодило точно в живот мага, от чего тот загорелся и с криком упал на пол.
– Не используйте на этой сучке дальнобойную магию! – услышала я неприятный скрипучий мужской голос. – Нападайте на нее только в ближнем бою!
Я перевела взгляд на отдающего приказы. Это был низенький мужчина в броском бордовом костюме и черной шелковой рубашке. Очевидно, это тот самый нерадивый папаша, что пожертвовал сыном ради денег. На меня нахлынула волна ярости и отвращения, а в душе зародилось желание собственноручно прихлопнуть это ничтожество. Я надела усиливающие перчатки с металлическими пластинами, что получила в отделе магических разработок перед отправкой на задание, и ринулась к главе синдиката. Тот сразу понял мои намерения и быстро отдал несколько приказов. Вскоре путь мне преградил маг ближнего боя. Он явно находился под действием наркотика. Об этом свидетельствовал град сильных, но предсказуемых и простых атак. Я подгадала момент и со всей силы ударила кулаком в висок врага, моментально вырубив его. Еще двое подоспевших члена синдиката попробовали отправить меня в нокаут с помощью электрической магии, но я перенаправила ее сразу в обоих противников, выведя их из строя. Больше путь до главы было некому мне преграждать. Максим успешно разобрался с большинством нападающих и как раз заканчивал с последним.
Не только я поняла, что кровавая бойня близится к завершению, но и нерадивый папаша. Он громко выругался и побежал к двери неподалеку от него, попутно звоня кому-то по мобильному телефону. Я ускорилась, но все равно немного не поспевала. Глава синдиката скрылся за дверью, бросив напоследок в мою сторону победоносный взгляд, что совершенно не соответствовало его положению загнанной крысы.
– Постой! – крикнул Максим. – Пойдем вместе!
Я не остановилась и уже собиралась вломиться в комнату главы, как услышала:
– Это приказ! Кира, чтоб тебя, остуди голову!
Голос напарника звучал не столько сердито, сколько обеспокоенно. Возможно, именно это заставило меня послушаться. Не прошло и минуты, как Максим нагнал меня.
– Не стоит недооценивать загнанных в угол, – заговорил он, доставая из кармана монетку. – Тот еще мог припрятать туз в рукаве. Наложи на нас свою магию. Я войду первым, ты за мной. Поняла?
– Хорошо, но не убивай его. Оставь паршивца мне.
– Будь по-твоему, но лучше и тебе его до смерти не доводить. Ублюдок нужен для допроса. Возможно, тогда узнаем что-то новое о культе Уробороса.
Я решительно кивнула. Максим попробовал открыть дверь, но та, как и ожидалось, оказалась заперта. Однако это не создавало проблем. Дверь была полностью сделана из металла, что давало Максиму полную власть над ней. Он прикоснулся к блестящей ручке и отошел в сторону. Громко заскрежетав, петли вместе с замком сломались, после чего дверь с грохотом упала.
В следующую секунду нечто темное и большое понеслось на нас. Щит сработал как надо и отразил атаку в дальнюю стену. Раздался оглушительный грохот.
– Осторожно! – крикнул Максим.
Очередная атака понеслась на нас. В этот раз я увидела, что магия нападающего приобрела вид огромной змеи, сотканной из сгустков тьмы. Змея разинула пасть и готова была вцепиться в нас с Максимом, но моя магия вновь отразила ее. Максим швырнул вперед горсть металлических шариков. Каждый понесся в комнату, где скрывался нападающий, с ошеломительной скоростью. Прозвучал звук удара металла о металл. Новой атаки врага не последовало. Не теряя бдительности, мы прошли в комнату, где скрывался глава синдиката и, возможно, еще один маг.
Перед нами открылось воистину странное зрелище.
Глава синдиката лежал на полу и истекал кровью. Из груди мужчины торчала черная рукоять кинжала. Больше в комнате никого не оказалось, однако все еще отчетливо чувствовались остатки чьей-то темной энергии.
– Что за чертовщина? – растерянно пробормотала я, подходя к бездыханному телу.
На лице умершего застыла маска удивления, его руки обвивали рукоять кинжала.
– Нас не было всего минуту, не больше. Что тут могло произойти за это время? – спрашивала я в пустоту.
– Предательство, – спокойно ответил Максим. – Вряд ли же он сам себя прирезал. Да и обстановка вокруг лишь подтверждает это.
Я немного отошла от шока и окинула комнату взглядом. По всей видимости, здесь располагалось что-то вроде личного кабинета главы синдиката. Все кричало о стремлении к роскоши владельца: черное кожаное кресло, массивный дубовый письменный стол с резными ножками, старинные кованые часы в углу, явно являющиеся коллекционной вещицей, несколько бархатных кресел для посетителей, шерстяной ковер с причудливыми узорами. Я сразу поняла, на что намекал Максим. Торшер лежал неподалеку от тела так, словно умирающий инстинктивно схватился за него при падении. Часть бумаг в беспорядке валялась на полу. Получается, тот, кто напал на нас, быстренько убил и главу синдиката. Причем последний, скорее всего, знал мага и доверял ему.
Максим присел рядом с умершим и указал на пистолет в кобуре, висевший на поясе главы синдиката.
– Даже пистолет не достал. Вероятно, кто-то из синдиката решил устранить главу под шумок, чтобы в будущем занять его место. Обычное дело внутри подобных группировок.
– Согласна. Все указывает на это. Но как же тот маг скрылся?
– Скорее всего, тут были еще двое помимо главы синдиката. Один атаковал нас, а второй разобрался с главой и ждал друга, чтобы свалить отсюда. Хотя маги, способные к телепортации, – редкость, но всякое бывает.
Я повернулась лицом к пустому дверному проему и вдруг заметила большую картину, висевшую прямо над ним. На картине изображался свернувшийся в кольцо змей, поедающий собственный хвост, символ культа Уробороса.
– Синдикат Третьей змеи явно был довольно тесно связан с культом, – решительно заявила я, указывая на картину. – Здесь наверняка будут какие-то зацепки, связанные с их сотрудничеством! Надо все хорошенько осмотреть!
– Согласен. Причем лучше не медлить. Если те, кто убил главу синдиката, заручились поддержкой Уробороса, то они могут вернуться и подчистить тут все. Нужно кому-то здесь остаться, а второй поищет мальчишку.
– Я хочу поискать мальчика. Думаю, он будет где-то поблизости от лаборатории.
– Видел несколько комнат в лаборатории, обыщи их для начала. И будь аккуратна! Мальчик может воспринимать тебя не как спасительницу, а как врага, погубившего его семью.
– Думаешь, он так будет воспринимать всех этих людей после того, что они с ним сделали?
Мне верилось в это с трудом, но Максим придерживался другого мнения.
– Вполне. Ты же слышала о Стокгольмском синдроме. Всякое бывает. Я порой встречал ополоумевших заложников, готовых ради мучителя инспекторам глотку порвать. Поэтому будь готова ко всему и не подставляй пацану спину.
– Хорошо.
Мой голос звучал неуверенно. От мысли, что мальчику могли настолько истерзать психику, становилось горько.
Я вышла из кабинета, оставив обыск на Максима, и направилась на поиски. Из разгромленной лаборатории зашла в комнату неподалеку от кабинета главы. Стоило мне переступить порог, как в нос ударил запах дезинфицирующих средств. Все блестело от чистоты, что сильно отличалось от остальных помещений синдиката. Это место походило на медицинский кабинет. Правда, кушетка имела разительные отличия. У нее были кожаные крепления для фиксации рук и ног того, кто на ней лежал. Я заглянула в холодильник и обнаружила аккуратно сложенные пакеты с кровью. Далее мое внимание привлек металлический лоток на столике близ кушетки. В нем остались несколько использованных ватных шариков и игла. Похоже, мальчик был тут совсем недавно. Вероятно, у него забирали кровь для производства наркотика, но потом вломились мы с Максимом и пришлось быстро завершить процедуру.