Кусок глины округло-угловатой формы мог быть частью грузила того типа, который встречен на Чаплинском городище (рис. 25, 7)[213].

Совершенно аналогично обстоит дело с бусами и вещами, изготовленными из бронзы. Две глазчатые бусы — большая округло-уплощенная и удлиненно-округлая, сужающаяся к концам, а также бронзовая длинная пронизка, свернутая из бронзовой тонкой пластинки, находят аналогии в вещах скифо-сарматского и зарубинецкого круга (рис. 24, 1, 2, 4)[214]. Сердоликовая округло-уплощенная неровная бусина, найденная на поле западнее городища, характерна, по мнению В.Б. Деопик, для VIII в. н. э. и, следовательно, должна быть связана с тем периодом, когда было построено за валами городища жилище 2 (землянка 2) (рис. 24, 3).

Бронзовая трапециевидная пластинка, украшенная пунсонным орнаментом (квадрат 30, глубина 0,80 м), находит аналогии в вещах высоцкой культуры и должна быть отнесена к милоградскому времени (рис. 25, 6)[215]. Близкая по типу предыдущей бронзовая подвесочка имела меньшие размеры и почти прямоугольную форму (квадрат 139, глубина 0,65 м). Ее покрывали пунсонные наколи, как бы образующие букву «Г» (рис. 25, 11). Единственная костяная поделка в виде округлого в сечении стержня с закругленным сточенным концом — мало характерна, и время изготовления этой вещи остается неясным (рис. 26, 1).

Самой характерной и многочисленной является серия железных вещей, хотя и среди них есть изделия, время существования которых определить крайне затруднительно. К такого рода вещам следует отнести всяческие шильца, пробойники, долотца, кольцо из толстой проволочки с заходящими один за другой концами (рис. 25, 4, 5; 26, 2–6). Ножи, в небольшом числе найденные в Колочине, представлены двумя типами. Первый — ножи с горбатой спинкой, характерные для зарубинецкого времени (рис. 26, 7, 8). Такие ножи П.Н. Третьяков склонен относить в Чаплине даже к милоградскому времени[216]. Другой тип — ножи с прямой спинкой. Они представлены двумя экземплярами (рис. 26, 9, 10). Один — более крупный — найден на площадке городища (квадрат 303, глубина 0,50 м). Меньший поднят на пашне западнее валов городища. Их следует, скорее всего, относить к числу находок середины I тысячелетия н. э. Большой нож-кинжал вполне мог использоваться в качестве оружия. Несмотря на явные следы гибели городища в пламени, оружие представлено только двумя предметами. Наконечник копья, найденный в квадрате 4, на глубине 0,6 м, имел удлиненную тонкую втулку, переходящую в перо, имеющее в нижней части угловатые очертания и посередине довольно отчетливо выраженное ребро. Острие его, к сожалению, обломано и утрачено (рис. 25, 1). Ближайшие аналогии ему мы находим в группе копий памятников середины I тысячелетия н. э., опубликованных Х.А. Моора[217]. Второй наконечник — дротика или стрелы для арбалета, — найденный в квадрате 92 на глубине 0,18 м, имел длинную втулку, перекрученную винтом у перехода в острие, которое имело форму вытянутого треугольника с двумя оттянутыми вниз заостряющимися углами (рис. 26, 11). Такого рода наконечники, судя по датировке И. Вернера, появились с конца V в. н. э.[218] Однако на наших землях их распространение следует отнести к более позднему времени. Большинство аналогичных наконечников, как, например, из Рудни, Хотомеля и других мест, относится к VIII–IX вв. н. э.[219] Различные варианты таких наконечников встречаются также в еще более позднее время, в эпоху Киевской Руси[220]. По-видимому, наконечник из Колочина следует отнести ко времени последнего разгрома городища, т. е. к тому периоду, когда западнее валов городища возникло жилище 2 (землянка 2). Наконечник дротика или арбалетной стрелы, вероятно пущенной во время осады, застрял в земле почти посередине площадки городища. После разгрома и пожара городища его не обнаружили, хотя очевидно, что все оружие, употреблявшееся в сражении, было тщательно собрано.

Пешня — орудие рыболовства, — снабженная массивным железным наконечником, во время осады, по-видимому, также была использована в качестве оружия (рис. 25, 10). Наконечник имел круглую втулку и сужающееся округло-четырехгранное острие. Вещь эта была найдена у основания вала 1 в квадрате 58 на глубине 0,45 м в слое пожарища, содержавшем обломки керамики середины I тысячелетия н. э. Другим свидетельством занятия населения рыбной ловлей являются четыре больших крючка. Один из них найден в квадрате 1 на глубине 0,60; другой — в квадрате 3 на глубине 0,60 м и два — в квадрате 303 на глубине 0,35 м (рис. 25, 2–3; 26, 12, 13). Все эти крючки в сечении круглые, с петлей для прикрепления к снасти, образованной простым отгибом конца стержня. Два таких крючка найдено в скоплении керамики середины I тысячелетия н. э. Подобные рыболовные крючки известны по раскопкам северных городищ Древней Руси, Литвы и Прибалтики. Они появились в VI в. н. э. и продолжали существовать в более поздние времена[221].

Чрезвычайно важны находки, говорящие о занятии земледелием. Первой такой находкой был обломок пятки косы-горбуши, довольно массивной, с перпендикулярным выступом у основания и сохранившейся частью широкого лезвия (рис. 26, 14). Среди зарубинецких земледельческих орудий подобного типа кос не было[222]. Аналогии этой находке встречены среди более поздних древнерусских материалов[223].

Вторая находка земледельческих орудий — клад из четырех серпов, обнаруженный в квадрате 307 на глубине 0,55 м. Серпы лежали среди углей. Они были брошены в ямку, вырытую у самой поверхности, видимо, при поспешном бегстве. На это указывает положение серпов. Один из них лежал вертикально, другие плашмя, в беспорядке. Все серпы имели перпендикулярный выступ для прикрепления к рукояти. Они слабо изогнуты, причем изгиб сделан несколько более резким неподалеку от места прикрепления рукояти (рис. 27, 1, 3, 4).

Один из серпов имел у основания полукруглый горизонтальный выступ (рис. 27, 2). Эти серпы своим изгибом, особенностями прикрепления к рукояти в общем отличаются от зарубинецких находок с Чаплинского городища, хотя и имеют с ними много общего[224]. Однако больше черт сходства прослеживается с позднейшими древнерусскими формами кос-горбуш[225]. В то же время нам кажется, что их следует считать именно серпами, так как вышеописанный обломок косы-горбуши с Колочинского городища был гораздо массивнее и шире.