И когда так было сказано, все братья, исполненные великой отваги, — Варшнея [465] и оба пандавы [466] — отправились в Магадху, облачившись в одежды [467] блистательных брахманов-снатаков,[468] благословляемые приятными речами друзей и родственников.
И вид их, обуреваемых гневом за своих родственников (преследуемых Джарасандхой), облаченных в лучшие одежды и внешностью напоминающих Солнце, Месяц и Огонь, был страшен. И видя Кришну и Арджуну с Бхимой, шествующим впереди, готовых совершить единое дело, непобедимых в бою, (Юдхиштхира) считал Джарасандху уже убитым.
Ведь оба они, великие духом, хорошо умели направлять все дела (в мире), равно как и разрушать действия (врагов), касающиеся закона, пользы и любви. Отправившись из страны кауравов,[469] они прошли через Куруджангалу [470] и достигли прекрасного озера Падмасарас.[471] Миновав затем (область) Калакуту,[472] они пересекли (реки) Гандакию,[473] Шону,[474] а также Саданиру.[475]
Миновав одну за одной (другие) реки, которые (брали начало) на той же самой горе,[476] они шли дальше. Перейдя прелестную Сараю,[477] они увидели страну восточных косалов;[478] миновав ее, они направились в Митхилу.[479] Переправившись через (реки) Малю [480] и Чарманвати,[481] Гангу [482] и Шону, они все втроем направились на восток. И (наконец) неувядаемые (герои) пришли к магадхскому полю с растущими посредине деревьями амаранта.[483] И достигнув горы Горатхи,[484] они увидели столицу Магадхи,[485] всегда изобилующую скотом, богатством и водой, украшенную прекрасными деревьями.
Так гласит глава восемнадцатая в Сабхапарве великой Махабхараты.
Глава 19
Васудева сказал:
Вот, о Партха, великая и прекрасная (столица) Магадхи, расположенная на благоприятном месте, изобилующая скотом и водой, украшенная красивыми дворцами, свободная от всяких бед. Пять больших гор: Вайхара, Вараха и Вришабха, а также Ришигири, о милый, и пятая, прекрасная Чайтьяка,[486] — все они с высокими вершинами, покрытые прохладно (тенистыми) рощами, связанные друг с другом, словно защищают совместно город Гиривраджу.
Они как бы скрыты лесами деревьев лодхра,[487] концы ветвей которых покрыты цветами, и эти леса благоуханны и усладительны, приятны для влюбленных. Это здесь благородный Гаутама, суровый в обетах мудрец, произвел от женщины-шудры, дочери Уши-ары,[488] — Какшивана и других сыновей. И потомки Гаутамы после его кончины (пребывают) в том месте; они чтят магадхский род из-за доброго расположения (Гаутамы) к царям. И могущественные цари из Анги, Ванги и других стран, некогда прибыв в обитель Гаутамы, благоденствовали там, о Арджуна!
Посмотри, о Партха, на эти чарующие рощи (деревьев) прияла [489] и прекрасные (рощи деревьев) лодхра, раскинувшиеся вблизи обители Гаутамы. Здесь (жили некогда) змеи Арбуда и Шакравапин,[490] каратели врагов, здесь было превосходное обиталище змеев Свастики и Мани.[491] Эту страну магадхов не смеют избегать облака ради Мани, ибо Каушика [492] и Маниман [493] проявили (к ней) свою благосклонность. А Джарасандха намеревается осуществить свои непревзойденные цели. Мы же тем не менее, напав на него, сегодня собьем с него спесь.
Вайшампаяна сказал:
Когда он так сказал, все братья, наделенные великой силой, — Варшнея и оба пандавы — подступили к столице Магадхи. И они подошли к неприступной Гириврадже, переполненной довольными и сытыми людьми, принадлежащими к четырем кастам, к городу, где (всегда) происходят празднества. Подойдя затем к воротам города, они (не вошли в него), а устремились к высокой горе Чайтьяке, почитаемой потомками Брихадратхи и городскими жителями. Это здесь Брихадратха напал на быка, поедавшего бобы.
Убив его и поломав (вокруг множество) бобовых стеблей, он велел сделать три литавры [494] и, обтянув их его шкурой, установил их в своем городе. Там эти литавры, усыпанные небесными цветами, издавали (протяжный) звук. И (братья) осадили вершину горы Чайтьяки: желая убить Джарасандху, они как бы уже наступили ему на голову. Обрушившись на эту неподвижную, огромную, высокую, древнюю и хорошо известную вершину, всегда чтимую венками и гирляндами (цветов), они своими могучими руками разрушили ее. И тогда, увидев столицу Магадхи, они вошли в нее.
В это самое время домашние жрецы освящали Джарасандху, обнося вокруг царя, восседающего на слоне, пылающий священный огонь. А те в облике соблюдающих обет снатаков, безоружные, но обладающие вместо оружия своими руками, желая сразиться с Джарасандхой, вошли (в город), о потомок Бхараты! И увидели они несравненное великолепие торговых лавок со (всякой) снедью и гирляндами цветов, ломящихся от предметов всякого рода и изобилующих всевозможными богатствами, какие только можно пожелать.
И видя те богатства в том торговом ряду, наилучшие из мужей — Кришна, Бхима и Дхананджая пошли по главной улице. Вырвав насильно венки у продавцов гирлянд, они, могучие, все в разноцветных одеждах, в венках и с блестящими серьгами, вошли во дворец мудрого Джарасандхи, как гималайские львы, разглядывающие скотный загон.
Руки их, могучеруких, умащенные сандалом и благовонным алоэ, о великий царь, казались подобными каменным столбам. При виде их, подобных слонам, высоких, как стволы дерева шала, [495] с широкою грудью, у магадхов родилось изумление. И те могучие быки среди мужей, пройдя через трое ворот, [496] у которых столпился народ, горделиво подошли к царю. А Джарасандха, поднявшись им навстречу, принял, согласно установленным обычаям, посетителей, заслуживающих воды для омовения ног, медвяного напитка и достойных почитания. И сказал им царь-властитель: «Привет да будет вам!». И так как этот обет его (принимать гостей), о царь, был известен по всей земле, то царь тот, всегда побеждающий в битве, услышав о приходе брахманов-снатаков, даже если это бывало в полночь, выходил к ним навстречу, о потомок Бхараты! Увидев их в необыкновенном одеянии, Джарасандха, наилучший из царей, был изумлен, но принял их с почетом.