За столом зашушукались. Начальник службы безопасности просто не мог пропустить без комментария упоминание моего задержания полицией:
– Умеешь ты, Крюков, вляпываться в … – Многозначительно не закончил.
– Так, – начал медленно, чтобы выиграть немного времени на обдумывание, – дурное дело – не хитрое. – Сделал маленькую паузу, чтобы отреагировали на шутку. – Зато теперь служители закона лишний раз к нам не сунутся. – Выразительно посмотрел на Остапенко. Тот закивал в знак согласия.
– И мэр к нам «не сунется»? – Передразнил меня Сергиенко.
Неожиданно в намечающуюся словесную перебранку вмешался Кармазин. Видимо, в планы гендиректора не входило превращение совещания в его кабинете в заурядную склоку.
– Володь! – Всё с той же укоризной в голосе. – Ты нам свой взгляд на развития площадки поведай. Из присутствующих лучше тебя в данном вопросе никто не разбирается.
Непроизвольно посмотрел на Ольгу. Склонив голову, она что-то отмечала в ежедневнике. Но я был уверен, что последняя реплика Виктора Анатольевича её задела.
– На сегодняшний день, – стараясь говорить ровным спокойным голосом, – законченного понимания пути развития у меня нет. – Краем глаза заметил довольное выражение лица Сергиенко. – Но считаю, что выделения нашей западной площадки в отдельное юридическое лицо с возможно более разнообразным составом акционеров нам не избежать. Если, конечно, заинтересованы в её развитии. – Теперь у меня был только один адресат. – Если мы собираемся оперативно реагировать на изменения конъюктуры рынка. Если мы хотим нарастить производство и сбыт, расширив номенклатуру. – Запнулся, словно, решая, стоит ли дальше перечислять. – Нам нужны новые партнёры. – Выдал вывод без подготовки. – Тем более, что старые самоустранились. – Слабый довод вдогонку.
Минуту в кабинете висела тишина. Во взгляде Кармазина интерес боролся с недоверием. Остальные присутствующие разделились. Кто-то опустил глаза, словно предавшись размышлению, искали ответ между строчек отчетов, лежащих перед ними. Кто-то смотрел на гендиректора, ожидая ответа на мой вызов.
– Мы с Крюковым говорили на эту тему. – Неожиданно подала голос Ольга. – Обменивались мнениями и доводами «про энд контра». И даже планировали выйти с подобными предложениями ближе к концу месяца. Но, – что-то похожее на выдох разочарования, – видимо, ему не терпится.
Реплика финдиректора послужила своеобразным молниеотводом для скопившегося в кабинете напряжения.
– Молодость, молодость … – Слегка похлопывая ладонью по столу вполголоса произнёс Кармазин.
Следующей парой фраз он поблагодарил собравшихся за плодотворную работу и закончил совещание. Попросил меня задержаться «на минуту». Я же в свою очередь, попросил Остапенко подождать меня в приёмной.
– Ты это серьёзно? – Тихо и совсем без вопросительной интонации спросил генеральный, как только за последним посетителем закрылась дверь.
– Повторюсь, – в последнее время взял за привычку уходить от прямого ответа, – на сегодняшний день у меня нет ни четкой цели, ни конкретного плана её достижения. Есть только, – замялся, подбирая слова, – есть только что-то вроде ощущения, в приблизительно каком направлении двигаться и какие неплохо было бы предпринять шаги. А там, – махнул рукой в сторону, – видно будет.
– Хорош стратег! – То ли с иронией, то ли с толикой разочарования в голосе. – Идти туда, не знаю куда …
– Главное идти. – Почти перебил старшего и по возрасту, и по положению. От чего сконфузился. – В движущуюся мишень труднее попасть.
– Тут ты прав… – Протянул Кармазин после минипаузы. – На нас началась охота. Будем двигаться.
Встал. Медленно подошел. Развернул кресло и сел рядом со мной, подавшись всем корпусом в мою сторону.
– Но по частям нас легче будет перебить. – Совсем тихо, словно опасаясь быть услышанным кем-то кроме меня.
– Если придерживаться военной терминологии, – я тоже стал говорить тише, – то из окружения лучше выходить малыми группами.
– «Из окружения»?
– А нас кто-то вызвал на честный поединок? Или в чистом поле сойдёмся рать на рать? Нет. Нас будут через властные кабинеты и через карманных силовиков доводить до кондиции. Я просмотрел ретроспективу сколачивания империи Алихтанова. Там сплошные рейдерские захваты предприятий, прихваченных в период дикой приватизации случайными людьми. Доводили до суда, а потом шли на мировую с уступкой прав… Простенькая, но рабочая схема. Чтобы с нами так не прошло, – тоже чуть подался в сторону собеседника, – нужно затруднить выбор цели. Сделаем перекрёстное владение. Может быть, привлечём инвестора в западную площадку, что поднимет стоимость всей корпорации. Не сможет Алихтанов и его бригада за всем уследить, везде успеть. Они не супермены и ресурс у них ограничен. К тому же время …
Я осёкся, видя, как Кармазин помрачнел.
– Кто этим всем будет заниматься?
Машинально поднял плечи.
– Вот и я не знаю. – Откинулся на спинку кресла – Володьке сейчас не до этого. – Махнул перед собой, словно мошку отгонял. – Да и слабоват он в таких делах. Тебе тоже в банке забот хватает… Ольга? – Задумался. – Нет. Она исполнитель. Не стратег. Кто? – Повышая тон. – Кстати! – Словно спохватился. – Ты в этом, своем Остапенко уверен? Какой-то он того … Никакой…
– Я его в деле видел. – Это была домашняя заготовка. – Поверьте, он способен на многое. И Листунова на чистую воду со всеми его делишками именно Остапенко вывел.
Упоминание провального эпизода в управленческой карьере гендиректора неприятно укололо самолюбие моего визави. Было видно, что за эту половину дня он уже устал. Очевидно, давление неминуемой схватки за предприятие выматывает старика.
– Набросай план действий. – Вставая. – Соберёмся узким кругом. Обсудим. – Пошёл на своё место. – И это, – не глядя на меня, – в ФСБ своём поддержку запроси, понадобится…
Я вышел в приёмную. К моему удивлению там меня ждали Ольга и Олег. Невольно улыбнулся такому совпадению имён.
– Чему это ты рад? – Сухо. Возможно, даже слишком сухо. – Мы его тут ждём, а он…
Ольга встала и, показывая, кто тут главный:
– За мной! Оба!
8
– Обязательно попробуй жульен из белых грибов с брусничным соусом.
Варя вела себя, словно бывает тут не реже раза в неделю. По сторонам не смотрит. Меню даже для вида не стала раскрывать. На приветствие подошедшей принять заказ девушки ответила лишь кивком головы. Дает советы по выбору блюда. Хорошие советы! Этот жульен в одиночку вымоет все содержимое кошелька …
Андрей нацепил на лицо гримасу выбора. Продолжал скользить глазами по страницам меню, не в силах сосредоточиться на названиях, и не понимая, что за ними скрывается. Согласиться с Варей, рискуя попасть в неловкую ситуацию, или изобразить отсутствие аппетита, остановившись на кофе с недорогим пирожным? Живот предательски заурчал.
– Да я как-то не очень по жульенам …
– Ручаюсь! Ты такого в жизни не пробовал! – Варя буквально вырвала из его рук меню и небрежно отложила на край стола.
Прозвучало, как вызов, не принять который было бы невозможно, если бы не ограниченность в наличности. Уезжая из дома, в знак несогласия с тем, что его отправляют в «сибирскую ссылку», молодой человек демонстративно выложил свою кредитку, оставив лишь наличные. На всякий случай. Первое время они были не нужны, но с началом поездок в город пригодились. Валентина как-то поинтересовалась, нужна ли какая помощь. После подаренной машины просить на бензин – признак дурного тона. Поэтому в тот раз Андрей поскромничав, отказался. А ещё зря не попросил отца, когда говорил с ним по телефону в доме Крюковых…
– Нам два жульена из белых. Один с брусничным, другой с клюквенным соусом. Один греческий салат и один таёжный. Мне можжевеловый чай, а … Андрей! Что будешь пить?
– Я вместо жульена супчика бы похлебал. – Сделал слабую попытку избежать конфуза.
– Брось! – Отмахнулась, словно от навязчивой мухи. – Никакой суп не сравнится с ним. Говорю же тебе, в жизни такого не пробовал!