‒ Ч-орёшь? ‒ хмыкнул, материализовавшись рядом, второй беспредельщик.
‒ Дракош тут не угос-чают! ‒ закатив глаза и активно кривляя губами, пожаловался Тристан. ‒ И нам, походу, не нальют. Беда, однако, брати́ш!
‒ Хм. Однако. Невежливо.
Салазар устремил на деревню задумчивый взгляд чёрных глаз. Люди уже попрятались, улица опустела, и метель бушевала вхолостую, однако избегая торговую лавку с эльфийками, драконом и двумя фриками.
‒ Зверьё-то кормить надо! ‒ не унимался Тристан.
‒ Ну что поделать, мы не гордые, ‒ пожал плечами Салазар. ‒ Пускай само попасётся. Самообслуживание где-то теперь даже в тренде.
‒ Д-ствительно. Чё эт мы! ‒ стукнул себя по лбу Тристан средним пальцем. Глянул сверху вниз на эльфиек и заискивающе похлопал в свои украшенные чёрными ногтями и сетчатыми перчатками без пальцев ладони.
Красноволосая забралась на дракона, и обе эльфийки взмыли в воздух. Дракон издал зазывный рёв и закружился над поселением. Не прошло и минуты, как к нему присоединились ещё три иномирных ящера, на двух из которых сидели приятели Салазара и Тристана, и отправились на поиски пропитания. А именно ‒ к хлеву со скотом.
‒ Итадакима-а-ас! ‒ жизнерадостно протянул Тристан.
Глава 2 «Бездушие»
Заган и Стас шли по большой снежной тропе. Несмотря на разгар дня, во всём поселении было тихо, как на кладбище. Ни одной живой души. Серые облака затянули небо, влажный снег хрустел под ногами.
Гвардейский отряд остался за пределами деревни, чтобы не напугать жителей, и окружил её со всех сторон, на случай возвращения агрессоров. Заган и Стас пешком, не прибегая к демонической силе, направлялись к большому дому на окраине поселения. Точнее, к тому, что от него осталось.
Остатки деревянных стен представляли собой обугленные головёшки. Крыша полностью разрушена и сожжена, внутри не сохранилось ничего ‒ сажа, угли и пепел. Снег вокруг пепелища покрыт бордовой кровью, а кое-где целыми кучами или кусками валялись чьи-то потроха.
‒ Что эти изверги здесь натворили! ‒ ужаснулся Стас, глянув на растянутые вдоль стены кишки. ‒ Это же сколько… людей здесь было убито!
Заган присмотрелся к органам своим медицинско-демоническим взглядом, собрал в руку горсть кровавого снега, вдохнул его запах и попробовал немного на вкус. Стаса всего передёрнуло.
‒ Это говяжья кровь, ‒ понял Заган, отряхнул перчатки и стал рассматривать все кровавые пятна в округе. ‒ Здесь убивали не людей, а домашний скот.
‒ Значит, этот дом…
‒ Это не дом, это хлев. В нём держали скотину.
Юный генерал растерянно топтался. Жалкое зрелище! Сам недавно был подобием солдата, мелкой паршивой овцой, теперь пытается влезть в шкуру пастуха. И о чём только думал захватчик, ставя этого юнца главнокомандующим всего могущественного легиона Инферно! Тошно.
‒ И… зачем каким-то демонам было сжигать хлев и перерезать весь скот? ‒ недоумевал Стас, осматривая чёрные стены.
Заган молча указал пальцем в глубь сгоревшего хлева. Подойдя ближе, Стас увидел, что деревянные доски глубоко исполосаны огромными когтями.
‒ Кто это был? Медведь? ‒ пролепетал юноша. ‒ Или…
‒ Дракон. И, кажется, не один.
‒ Дра…кон это гигантский ящер с крыльями, о котором говорили в другой деревне?
‒ Да. И отсюда он ушёл сытым и довольным.
Стас хотел было что-то сказать, но Заган резко поднял указательный палец, заставив молчать, огляделся и громко сказал:
‒ Выходите. Все!
За обгоревшей стеной послышались приглушённые голоса. Кто-то ругнулся, кто-то испуганно запричитал, затопал по снегу, и из укрытия высыпала целая толпа деревенских.
‒ Кто такие?! ‒ вышел вперёд средних лет мужик в полушубке и старой шапке-ушанке. В руках большая палка. ‒ Мы уж с утреца повидали одних чужаков.
Заган с интересом посмотрел на Стаса. Бедолага от растерянности словно язык проглотил.
‒ Прошу, господин главнокомандующий. Разбирайтесь, ‒ уважительно произнёс демон, и Стас весь побледнел.
‒ Мы прибыли… ‒ пролепетал он и тут осёкся, не зная, можно ли говорить деревенским правду. ‒ Мы прибыли, чтобы разобраться… кто напал на вашу деревню.
‒ Кто напал, того уж нету! ‒ отвечали из толпы.
‒ Вам дело какое до нашей деревни?! ‒ рявкнул мужик в полушубке и опасно махнул палкой. Видимо, староста поселения. ‒ Уж двадцать лет, как её построили, никому дел не было, а тут нате! Вы явились нас со всеми нашими землями захватить, барины недоделанные!
‒ Нет, послушайте! ‒ воскликнул Стас.
‒ Точно-точно! ‒ запричитала толпа. ‒ На одёжки-то их гляньте! Оба из дворян!
‒ Феодалы! Рабовладельцы!
‒ Уж я этих крепостников на своём веку повидал! Сам бежал от такого.
‒ И нападение эти «благородные» подстроили! Гляньте ‒ только утром напали, а тут уж разбираться пришли! Дня не прошло!
‒ Думают, сейчас придут, возьмут нас под своё крылышко, а потом опять да в крепостные! Не бывать этому! Мы свободный народ!
Народ всё гудел и горячился. Всё больше людей подходило к сгоревшему хлеву, и скоро весь наполнили его, не оставив пути к отступлению.
Когда казалось, что ещё мгновение, и люди просто набросятся на чужаков с кулаками и палками, Стас несчастно скорчил лицо, схватился за голову, отдёрнул руки и отчаянно воскликнул:
‒ Заган!.. Пожалуйста, сделайте что-нибудь! Я… я не знаю, как нам быть!
Внутри Загана заискрилось злорадное ликование вперемешку с отвращением. И страхом за будущее империи. Вздохнув, он оставил за спиной это ничтожество и зашагал навстречу толпе.
Люди рассвирепели ещё пуще и, не мешкая, рванули на него, кто с палками, кто с кулаками. Однако Заган лишь поднял руку, и вокруг ладони в чёрной перчатке закружил вихрь воздуха, увеличился и перерос в настоящий смерч.
Обугленные стены рассыпались не то что в пепел ‒ в прах. От хлева не осталось ни доски, ни щепки. Люди с криком разлетелись по опустевшей улице и, не удержавшись на ногах, попадали в снег. Яростный смерч быстро утих, но ещё продолжал кружиться вокруг руки вечного, демонстрируя людям его могущество.
Минута, и всё постепенно стихло. Заган опустил руку и продолжил неприхотливо осматривать каждого выпучившего глаза человека. Никто не осмеливался подняться на ноги.
‒ Теперь мы можем спокойно поговорить? ‒ неприязненно выдал вечный.
‒ Де… демоны! ‒ заикнулся лежащий пластом староста, стянул с головы шапку и уткнулся в неё лицом. ‒ Божественные демоны!
Народ ахнул и попрятал лица кто где. В шапки, в ладони, в рукава верхней одежды, в снег. Заган фыркнул себе под нос и объявил:
‒ Кому есть, что рассказать о нападении на деревню? Кто что видел? Есть здесь такие?
‒ Да… великий… я видел! ‒ сдавленно брякнул староста в свою шапку, поняв, что никто говорить не собирается.
‒ Встать, смертные. Все!
Люди неуклюже поднялись и опустили головы, лишь исподтишка посматривая на Загана и Стаса. Все с макушки до пят в снегу, кто-то в крови убитой скотины, но отряхнуться и вообще сделать лишнее движение никто не решается.
‒ Кто-нибудь ещё что-то видел? ‒ требовательно гласил Заган. ‒ Одного свидетеля мало. Отзывайтесь!
Нашлось ещё четверо очевидцев ‒ девушка, юный парень и двое мужиков. Всем остальным Заган приказал разойтись по домам, а свидетелям рассказать всё, что они знают.
Стас лишь стоял в стороне и, потупив глаза, пришибленно молчал.
Выяснилось, что сначала взбесилась сама природа. Бушевала неистовая метель, снег облеплял лица и глаза, ослепляя жителей, оживала растительность и хватала людей за ноги, оживали предметы, разнося по округе мусор и всё, что плохо лежит. И четыре дракона, сожравшие и просто разорвавшие на куски весь скот из деревенского общего хлева.
‒ Девушки! Голые совсем, посредь зимы! Чтоб мне на этом месте провалиться, были девушки! ‒ божился староста, махая руками и стуча себя по груди. ‒ Одна на зверюге этой сидела, точно на кляче! Обе голые, как младенцы, а уши!.. Уши на заячьи похожи.